Чорный переворот - Алексей Птица

Мерид Негусси приехал после обеда.

— Есть что-то срочное, Имарат? — спросил он у референта.

— Да, есть много документов на подпись, а ещё срочная депеша от посла Великобритании. Мне кажется, она с поздравлениями.

— Ладно, — буркнул Мерид. — Давай, посмотрю.

Взяв папку с документами, Мерид Негусси зашёл в свой кабинет и, швырнув папку на стол, направился прямиком к холодильнику за прохладной фантой. Откупорив бутылку, он налил полный стакан пенящегося напитка и, подождав пару секунд, начал жадно пить вкусную воду. Лишь напившись, вернулся к столу.

— Так, что тут у нас? — пробормотал он про себя. Налив себе ещё один стакан и отставив его в сторону, Мерид раскрыл папку и погрузился в чтение документов. Ознакомившись с теми из них, которые требовали его подписи, он взял ручку и стал размашисто расписываться. Однако не на всех. На край стола Негусси откладывал те документы, которые подписывать по той или иной причине не хотел, рисуя на них резолюции с причинами отклонения. Письмо английского посла Мерид оставил напоследок.

Завершив работу с приказами и отчётами, он взял в руки плотный конверт с королевским гербом. Покрутив в руках, достал из ящика стола нож для бумаги и вспорол конверт. Бумага с тихим треском подалась острому лезвию, и генерал, наконец, вытянул из конверта письмо.

Мельчайшие невесомые частички смертоносного яда выпорхнули из конверта вместе с посланием, и генерал невольно вдохнул их. Он тут же ткнулся лицом в стол, мгновенно потеряв сознание. Но пока он был жив, он дышал! И его ноздри продолжали втягивать невидимых крохотных убийц. Через минуту правитель Эфиопии потерял разум, а через ещё одну у него спали лёгкие. Кровь перестала поставлять мозгу и клеткам тела кислород, и Негусси умер.

Адъютант долго ждал, когда же генерал вернёт ему папку с документами. Однако час шёл за часом, а генерал всё не выходил из кабинета. Часа через три адъютант всё же решил на свой страх и риск проникнуть в святая святых нового главы государства. Он тактично постучался, но ему никто не ответил.

Тогда адъютант осторожно приоткрыл дверь, и его взгляду предстала неприглядная картина чужой смерти. Генерал лежал на столе, грузно привалившись к столешнице и безвольно раскинув руки.

— Товарищ генерал, товарищ генерал! — потормошил адъютант Мерида Негусси. Но вставать генерал явно не собирался, потому как давно умер. В его руках покоился крепко зажатый пальцами листок письма.

Не зная, что делать, адъютант вырвал листок, и его взгляду открылась единственная фраза, написанная от руки по-английски: «Die, you beast!» (Умри ты, чудовище!).

Но и порошок, и раствор, которыми было пропитано письмо, являлись очень токсичным ядами и долго не теряли свою убойную силу. Взяв письмо и поднеся его к глазам, адъютант тоже подписал себе смертный приговор. Несущая гибель пыль мгновенно проникла в его нос, а другой яд, впитываясь через поры кожи рук, устремился к нервной системе.

Почувствовав сильное головокружение, адъютант выронил письмо на стол и, опёршись руками о столешницу, мотнул головой, пытаясь привести себя в чувство. Однако ему становилось всё хуже и хуже. С трудом оторвавшись от стола, он сделал три шага к выходу и… резко свалился на пол, со всего маху ударившись об него головой. Боли помощник Мерида Негусси не почувствовал: за миг до удара его душа уже отправилась вслед за душой генерала. Змееголовый, пируя в это время в небесных чертогах со своим другом Зану, с удивлением воззрился на дорогих гостей.

Несколько раз в кабинете и в приёмной раздавались телефонные звонки, но по понятным причинам трубку никто не брал. А посетителей в этот день больше не случилось, так уж сложилось. Не иначе происки Змееголового. Поэтому о смерти главы Эфиопии и его адъютанта стало известно лишь поздно вечером.

Когда обнаружили трупы, поднялся немыслимый переполох. Но в это время мы с бойцами уже выдвигались на угнанной военной машине к зданию госбезопасности. Успели в аккурат к тому моменту, когда до них дошла информация о гибели Негусси.

Впрочем, как и любая эфиопская система, местная госбезопасность весьма инерционна. Да и вообще эфиопы очень долго, что называется, «запрягают». Эта медлительность была нам только на руку. Однако вскоре все, кто находился в здании, проснулись и засуетились, к нему даже прибыли несколько машин с сотрудниками.

— Пора, — дал я знак своим людям. Тихо спрыгивая с машины, они начали рассредотачиваться в разные стороны, беря наизготовку входы и окна здания и распределяя между собой секторы ведения огня.

Убедившись в том, что бойцы готовы к бою, я дал отмашку. Тут же в направлении входа застрочил ПКМ, а три гранатомётчика одновременно нажали на спуск. Выпустив из сопл шлейф искр и пламени, отчётливо видимых в темноте, гранаты устремились к своим целям. Бой начался.

Я тоже не остался в стороне и, изготовив к стрельбе снайперскую винтовку, открыл из неё огонь. Грохот выстрелов и взрывов разорвал ночную тишину города. Яркие вспышки осветили всё вокруг. Разрывы гранат и пулемётные очереди выкосили всех людей, что остались снаружи. Но затем в бой вступили засевшие внутри. Всё здание заволокло цементной пылью, выстрелами выбитой из стен, и малейшее сопротивление оборонявшихся тут же гасилось на корню.

Не теряя времени, я оставил винтовку и, взяв наизготовку автомат, рванул в сторону входа. Моей целью был главарь всей этой конторы, и совершенно точно он находился здесь. Его устранение являлось основной моей задачей, и я должен лично убедиться в его смерти. Впереди меня бежали автоматчики, очищая путь. Гранатомётчики, быстро сменив позиции и перезарядив свои орудия, пускали в здание новые гранаты, целясь в окна верхнего этажа.

К такому напору держащие оборону оказались не готовы. С легкостью очищая коридоры и этажи, мы продвигались вперёд, пока не зачистили всё здание, выловив и главного начальника этой конторы Абала Чу́му.

— Ну, что? Говорят, ты очень хотел увидеть, кто убил Менгисту? — спросил я, глядя ему в лицо.

— Ааа, — бессвязно промычал дважды раненый Абал.

— Да, с тобой особо и не поговоришь, — хмыкнул я. — Всё, ты увидел меня. Расскажешь об этом Змееголовому, он тебя с нетерпением ждёт, — сказал я и, отвернувшись, приказал: — Кончайте его.

Автоматная очередь в упор оборвала жизнь Абала, и обрывки его души помчались на встречу с Ящером.

— Жгите здание!

На улице вновь разгорался бой: прибыло подкрепление из какой-то воинской части. Но их БТР уже вовсю пылал. Два следовавших за ним грузовика остановились, изрешечённые пулями и тоже начали гореть. Все выжившие, кидая оружия, сразу же бросились бежать, растворяясь в темноте ночи и переплётах узких