Первый Выбор - Канира

Кивнув они застыли смотря в глаза друг другу. Кашлянув отвлёк их от того чтобы они здесь занимались интимными делами и мы продолжили движение через лес. Спустя пару шагов я заметил, что маленькое существо всё ещё следовало за нами на почтительном расстоянии. Хлоя периодически оглядывалась через плечо, отслеживая его позицию с точностью, которая заметно улучшалась с каждой прошедшей минутой. Её новые инстинкты оттачивались прямо на ходу. Интересно.

Спустя некоторое время — я не мог сказать точно, сколько прошло в этом месте, где время текло странно — плотность деревьев начала постепенно уменьшаться. Впереди мы могли различить изменение в типе растительности. Когда мы наконец вышли на край обширного поля, перед нами открылась поистине удивительная картина. Всё пространство было покрыто растениями, которые напоминали гигантские цветы размером с небольшие дома. Каждая из этих впечатляющих структур поднималась на высоту, легко превосходящую десять метров. Их массивные лепестки двигались медленно и размеренно, открываясь и закрываясь в каком-то только им понятном ритме, демонстрируя яркие и разнообразные цвета, от которых рябило в глазах.

Запах, который исходил от этих цветов-гигантов, был невероятно интенсивным — сложная смесь ароматов, которая была одновременно приятной и почти подавляющей в своей концентрации. Если бы кто-то дал понюхать смертным такое…они бы точно впали в экстаз.

Хлоя резко остановилась прямо на краю поля. Её рука взметнулась к носу, а глаза почти сразу начали слезиться.

— Боже мой, фу что это за запах, — голос был напряжённым, с трудом сдерживающим кашель. — Ощущение, будто кто-то взял и засунул мне в нос сразу целый цветочный магазин, со всеми букетами одновременно.

Люцифер мгновенно среагировал, создав тонкий барьер, который фильтровал воздух непосредственно вокруг Хлои.

— Так лучше?

— Да, намного, спасибо, — её дыхание постепенно стало более регулярным и спокойным. — Я не ожидала, что обычный цветочный аромат может быть настолько подавляющим. Я всегда любила запах цветов, но это… это было на совершенно другом уровне, который далеко превосходил всё приятное.

— Дело в том, что все твои чувства значительно усилились, — пояснил я, наблюдая за её реакцией. — То, что раньше воспринималось как приятный аромат, теперь обрушивается на тебя как нечто значительно более интенсивное. Адаптация к этим новым чувствам критически важна для выживания в мире, где буквально каждый аспект окружающей среды чужероден и непривычен.

— Ну-ну брат, не пугай так даму…

— Эй он не пугает меня!

Мы начали осторожно двигаться через поле, выбирая путь между гигантскими цветами. Светящаяся пыльца медленно дрейфовала вниз с их лепестков, оседая на нашей одежде и коже подобно снегу. Барьер Люцифера успешно отклонял большую часть этих мерцающих частиц, но некоторые всё же проникали сквозь защиту, оседая на волосах Хлои и создавая эффект, который был почти декоративным, словно она украсила причёску светящимися драгоценностями.

Хлоя осторожно коснулась волос рукой, провела пальцами через пряди, а затем резко отдёрнула руку, когда увидела светящийся материал на кончиках пальцев.

— Это вообще безопасно? — в её голосе прозвучала вполне понятная тревога.

— Совершенно безопасно, — подтвердил я после быстрого, но тщательного анализа. — Материал не токсичен и не несёт в себе никакой угрозы. Можешь просто стряхнуть его, если он тебя беспокоит.

— Знаешь, Люцифер, — Хлоя повернулась к нему с кривой, немного измученной усмешкой. — Когда ты говорил, что хочешь показать мне новые интересные места, я представляла себе что-то вроде Парижа или Токио. Определённо не инопланетный мир, где деревья светятся изнутри, а цветы размером с дом активно пытаются засыпать меня какой-то волшебной пыльцой.

Люцифер рассмеялся, и звук этот тёплым, беззаботным несмотря на обстоятельства.

— Ну что же, детектив, я никогда не был особенно обычным в своих предложениях и выборе развлечений. Так почему же романтические путешествия должны быть исключением из этого правила?

— Романтические? — бровь Хлои выразительно поползла вверх. — Мы застряли в совершенно неизвестном мире без малейшего понятия, как вернуться домой. Я превратилась в нечто не совсем человеческое, что само по себе достаточно пугающе. И ты, находясь во всём этом безумии, всё ещё называешь это романтическим путешествием?

— Мы вместе, — сказал он просто, и в этой простоте заключалась вся глубина его чувств. — Это всё, что действительно имеет значение в данный момент. Остальное — просто декорации. Я люблю тебя Хлоя.

Выражение лица Хлои заметно смягчилось, и что-то тёплое промелькнуло в её глазах.

— Льстец.

— Всегда был и буду, — Люцифер одарил её той особенной улыбкой, которая предназначалась только для неё и больше ни для кого в мирах.

Я тактично продолжил идти впереди, давая им этот личный момент. Даже в таких обстоятельствах им были нужны эти мгновения близости. Спустя какое-то время когда Люцифер и Хлоя продолжали ворковать мы наконец достигли противоположного края поля, где массивные цветы становились всё более редкими, и территория плавно переходила в открытую местность. Впереди, на некотором расстоянии от нас, поднимались структуры, которые были совершенно явно искусственными, рукотворными. Это был первый настоящий признак разумной цивилизации с того момента, как мы материализовались в этом странном мире.

— Какое-то поселение, — Люцифер заметил эти структуры практически одновременно со мной. — Архитектура совершенно не похожа ни на что из того, что я видел в Творении. И определённо видны признаки активной деятельности.

— Там люди? — тут же спросила Хлоя, и я заметил, как мгновенно активировался её интерес. — Или что-то другое?

— Гуманоиды, по крайней мере, — ответил я, концентрируясь на восприятии. — Примерно в десятках тысяч километров от нас. Энергия, которая исходит от некоторых из них, ясно показывает, что местные обитатели обладают способностями, значительно превосходящими обычные смертные ограничения.

Хлоя задумчиво нахмурилась, и я чувствовал, как в её голове уже начинают выстраиваться логические цепочки.

— То есть, если я правильно понимаю, мы идём прямиком к поселению, полному существ, которые вполне могут оказаться опасными. При этом мы совершенно не знаем их языка, культуры или намерений. И мы просто надеемся, что они каким-то образом захотят и смогут помочь нам вернуться домой?

— Когда ты формулируешь это именно так, должен признать, звучит довольно безрассудно, — согласился Люцифер с ухмылкой. — Но если учесть, что единственная альтернатива — это бесконечно бродить по этому миру в смутной надежде случайно наткнуться на выход, то рискованный подход к цивилизации всё же