Пасынки Колумба. Книга вторая. Вторжение - Альберт Васильевич Максимов

- А Торри почему за снятие барьера?

- Торри…

Я знал причину. После того памятного дня, когда мы чуть не поссорились, обсуждая вопрос снятия защитного поля с планеты, Торри, улучив момент, подошел ко мне и, нервно кусая губы, стал объяснять, почему он поддержал Арчи.

- Рики, прости, если ты считаешь это предательством, то можешь меня прогнать.

- Торри, ты о чем?

- Я не просто так за снятие поля. Это из-за родителей. Они тебя, то есть отец, хотели… могли… мог тебя убить…

- А при чем здесь барьер?

- Если поле снять, и там наверху кто-то до сих пор этого ждет, то есть шанс, что они вернутся. Прости.

Тогда я немного опешил от признания Торри. Никтор, отец моего друга, помогал Жера в неудавшейся попытке меня убить, за что вместе с женой угодил на каторгу. Родители Торри теперь вкалывают на терраформировании, работа, действительно, каторжная. А Торри хочет их вернуть. Я не сразу определился с ответом. Ведь для Торри это самые близкие люди. Да и не такие они и плохие, просто Никтор попал под влияние Жера, устав бороться с нищенской жизнью. Вот и пошел меня убивать. И что мне делать? Прогнать друга? Да, друга, Торри до сих пор мой друг. Вот потому он и не смолчал, а признался, хотя понимал, что я его и в самом деле могу прогнать. А может быть, зная, что умею читать эмоции, именно поэтому и признался? Но я с друзьями так не поступаю, ведь бесчестно пользуясь своими способностями лезть в головы к друзьям. Посмотреть бы, что думал Торри. Но… нельзя. Сам себя запрезираю, если это сделаю. И я ответил:

- Ладно, Торри, я понимаю. Они же родители. И спасибо, что сказал. А в головы я ни к кому из вас не лазал и не собираюсь это делать.

Торри неожиданно покраснел:

- Я и не думал.

Не надо быть эмпатом, чтобы понять, что Торри соврал. Ну, так что из того, даже если и думал?

Тот случай произошел две недели назад, а вот теперь Ахилл спросил про мотивы Торри. И что ответить?

- Почему Торри за снятие барьера? – переспросил я. – Значит, есть причины. Лучше давай спать ложиться, наверху уже утро, а завтра вся ночь наша, нам нужно уйти подальше.

Поспать, конечно, мне толком не дали. Не успел я заснуть, как почти тут же проснулся – любопытство Арчи и Торри не позволило им ждать, когда я проснусь. Пришлось идти умываться и сердито рассказывать о том, как прошла вылазка. Хотел немного повредничать, но не утерпел и сообщил друзьям, что перед уходом из бункера сниму защитное поле с Колумба.

- Будь что будет, - вздохнул я.

Торри не смог сдержать улыбки, но тут же отвернулся, зато Арчи деликатностью не страдал.

- Наконец-то! Главное – чтобы не задерживались!

- Это в том случае, если кто-то наверху остался, ведь сколько веков прошло.

- Ничего, прилетят, - Арчи мстительно ухмыльнулся.

- Напрасно ты так. Как бы хуже не стало, - согласиться я не мог, сомнения так и остались при мне.

- Чем хуже, тем лучше.

Торри покосился на Арчи, хотел что-то сказать, но промолчал.

Процедура дезактивации защитного поля вокруг Колумба прошла быстро и как-то обыденно. Я скопировал код из накопителя и ввел его в появившееся окно на пульте управления полем, подтвердил свое действие и… все. Поле, в течение нескольких веков закрывавшее планету от внешнего мира, исчезло. Теперь Колумб открыт для гостей, которые захотят стать хозяевами. Кучке местных правителей, у которых кроме стационарных бластеров нет ничего больше, что могло остановить гостей из космоса, долго не продержаться. Даже с помощью эмпатов. Вопрос только в том, когда гости навестят планету. Может быть, уже завтра, а может быть, и никогда. Ведь неизвестно, что произошло в космосе за эти века, может, и цивилизаций не осталось, да и дорога на Колумб займет неизвестно сколько времени.

Но дело сделано, там наверху скоро зайдет солнце, значит, нужно двигаться в путь. Сборы не заняли много времени, да и что нам было с собой брать? Десяток упаковок сухих пайков, сохранившихся за прошедшие века, несколько визоров, да бластеры с запасными батареями – вот и все. Разве что взять еще накопитель с кодом деактивации поля – на память, да и оставлять его на базе, которую скоро захватят, не хотелось.

Жаль, что здесь не нашлось теплой одежды, зато хорошо, что зимнее время на Колумбе довольно теплое, только к ночи иногда подмораживает. Но сейчас еще осень. А спустившись в долину, ближе к зиме мы сможем что-нибудь прикупить из одежды.

Перед выходом на поверхность, я поставил таймер на автоматическое закрытие дверей, оглянулся, вздохнул и шагнул в темноту.

Глава 2

Когда я вылез из расселины, в которой скрывался запасной выход из бункера, не сразу понял, куда попал. И настолько опешил, что даже забыл просканировать окрестности. Прямо надо мной расстилалась россыпь мелких серебряных огоньков. Корабли? Воздушные гладеры? Бой в небе? Но огоньки оставались неподвижными, да и не может быть столько кораблей и гладеров. Их же там сотни и сотни! Неужели это… звезды?

- Рики, что это? – до меня донесся недоумевающий голос Ахилла.

- Это… звезды. Ребята, это звезды! Звезды!

- Как так? - растерянно спросил Торри.

- Я же… мы же сняли защитный барьер. Вот они и появились. Они всегда существовали, но были невидимы. Барьер держал защиту за пределами нашей системы. Ну, вспомните, видели же вы ночью в небе один-два огонька? Это другие планеты, что внутри барьера оказались. Ну, вспомнили?

- Я считал, что это гладеры летают, - сказал Ахилл.

- А я не верил, думал сказки, - добавил Торри.

- Каждая такая звездочка – это