Ледовые пираты - Дирк Гузманн

Почувствовав, как из руки струится кровь, Альрик сдавил один из браслетов потуже, чтобы пережать артерию. Сможет ли он удержать меч в руке? Да еще против такого воина, как Суртур!

— Нет, — отрезал Альрик. — Моих сыновей ты не получишь.

— Я так и знал! — взревел Суртур, и своды Зала зазвенели. — Едва я освобождаю тебя от железного ошейника, как ты тут же хватаешь меня за горло. — Он бросил топор под ноги Альрику. В лезвии отражался огонь костра — казалось, оружие горит изнутри. — Значит, сегодня ночью один из нас переселится в Вальхаллу. Подними топор! Или я зарежу тебя, как свинью.

Альрик подумал о «Пожирателе трупов», своем лучшем мече, — тот остался дома, прислоненный к его кровати: носить оружие в доме ярла считалось святотатством. Но даже с привычным клинком в руке ему сейчас вряд ли удалось бы победить Суртура…

Он потянулся за топором и поднял его левой рукой. Эта рука привыкла держать щит и бить им врагов, но никогда не упражнялась в работе с оружием.

И тут кто-то бросился на Суртура и повалил его на пол. Ярл закричал. В клубке, в котором сплелись тела двух мужчин, мелькала желтая накидка Ситрика Шелковой Бороды.

— Беги, Альрик! — крикнул Ситрик, и чья-то рука с кинжалом мелькнула между телами борющихся. Раздался грохот падающих скамеек, гости вскочили на ноги, чтобы защитить своего вождя.

Оценив ситуацию, Альрик задушил в себе порыв броситься на помощь Ситрику: шурин был фактически без нескольких секунд мертв. Но Катлу и мальчиков он еще может спасти! Не дожидаясь, пока гости справятся с Ситриком и примутся за него, Альрик бросился прочь из Зала. Зажав искалеченную руку под мышкой, он пробежал мимо жертвенного столба, и на какой-то миг ему привиделась привязанной к нему вся его семья.

Холодный ночной воздух быстро прояснил сознание. В окрестностях поселка стояла полная тишина. За некоторыми ставнями еще виднелся свет, из-под дверей тянуло запахом горелого рыбьего жира, но никто не встретился одинокому беглецу на пути к дому. Когда Альрик по кровавому следу праздника на снегу подбежал уже к самой двери, он выдохнул с облегчением: за ней все было тихо. Суртур не догадался послать сюда своих воинов заранее.

Здоровой рукой Альрик толкнул дверь. Катла сидела на краю кровати и поправляла поленья в очаге. Мальчики спали, зарывшись в солому в своих деревянных ящиках, служивших кроватками. Какое-то время Альрик жадно впитывал в себя все, на что переводил взгляд. Пытаясь отдышаться, он понимал, что пройдет немало времени, пока у его семьи снова появится крыша над головой.

— Что случилось? — Катла вскочила с места и склонилась над рукой мужа, ее рыжие волосы коснулись его кожи, но он крепко держал ладонь под мышкой, не давая осмотреть.

— Дети… — с трудом произнес Альрик. Только сейчас он заметил, что горло было словно сдавлено. — Нам нужно немедленно исчезнуть.

Катла не стала задавать никаких вопросов. Она тут же схватила на руки Ингвара — мальчик был маленьким и легким — и стояла с ним уже в дверях. Альрик бросил прощальный взгляд на свой меч у стены: сейчас он мог рассчитывать только на одну руку, в которой надо было нести Бьора-крепыша, — Катла с трудом поднимала сына, даже когда тот был еще младенцем.

В следующее мгновение семья уже бежала в направлении пристани.