Ладья викингов. Белые чужаки - Джеймс Л. Нельсон

Первый язык пламени был не больше огонька свечи. Он промелькнул на камышовой крыше медового зала, затанцевал и затрепетал под дождем. Но как только всем показалось, что огонек вот-вот погаснет, возник еще один, затем еще, и вскоре всю крышу окутал огонь: занялись нижние, сухие слои камыша.

Стропила, поддерживавшие крышу, были просмоленными, а балки покрывала кора. Медовый зал чудесно заполыхает.

Открылась задняя дверь. Эгиль Ягненок показался в проеме — темный силуэт на фоне яркого огня.

— Идем, — сказал Торгрим.

Они направились к воде по пути, которым Торгрим пришел оттуда. Мешки с едой и бочка меда замедляли их шаг, но это было не важно, поскольку у данов появились другие поводы для беспокойства.

Воины Орма заметили пожар, когда викинги были еще далеко от реки. Их крики звучали все громче и чаще, особенно после того, как они осознали масштаб катастрофы. Медовый зал ярко пылал.

На дороге появились люди. Они выскакивали из домов и лавок, на бегу натягивали туники через голову, кричали, чтобы несли воду и топоры, созывали народ.

А медовый зал все горел.

Торгрим Ночной Волк вел норвежцев вниз по холму, мимо лавок, через заросший кустами участок, где остался в дозоре Олаф Желтобородый.

— Ни один из тех, кто охраняет драккар, не ушел, — сообщил Олаф.

Торгрим кивнул. Дисциплинированных воинов сложно отвлечь от выполнения приказа. Эти окажутся умелыми противниками.

Разум Торгрима советовал ему тщательно продумать тактику — обойти, атаковать с двух направлений, напасть на данов сзади. Но он был не в том настроении, чтобы заниматься подобной ерундой.

— Те, кто несет припасы, забирайтесь на «Красного Дракона» как можно скорее, рубите все канаты, кроме одного. Остальные — за мной. Убейте столько врагов, сколько сможете. Помните: нам нужно не победить, а сбежать.

Он развернулся и помчался через кустарник, даже не оглянувшись, чтобы проверить, идет ли кто следом.

Охрана драккара оставалась настороже, застать ее врасплох не удалось. Торгрим видел, как поворачиваются к нему головы, как поднимаются мечи, пока он перепрыгивает через низкие заросли шиповника и пробирается сквозь высокий камыш на склоне холма, спускающегося к реке.

— Кто идет? — прозвучал вопрос.

Торгрим ощутил, как из его горла рвется вой, и выпустил его наружу, занося меч над головой. Он выл, вопил и скалил зубы, размахивая трофейным оружием.

Первый из данов, шагнувший ему наперерез, погиб на месте. Разогнавшийся при спуске с холма Торгрим просто смел его меч в сторону и буквально пробежал по противнику — прыгнул, наступил на щит, опрокинул. Дан упал на спину, а Торгрим удержался на ногах, стоя на нем. Он вогнал меч ему в грудь и бросился вперед, снося плечом следующего.

Викинги с «Красного Дракона» волной хлынули на данов, наполняя ночь воем, но даны были готовы: боевой клич встречали боевым кличем, меч — мечом. Щиты ударили в щиты, мечи зазвенели под дождем, копья искали добычи.

Торгрим рычал и размахивал оружием, рубил и колол, но его новый противник был хорош, очень хорош, он парировал каждый удар и искал возможность для собственной атаки. Он был в кольчуге и со щитом.

Торгрим прыгнул. Дан отбил его клинок щитом, атаковал, и Торгрим едва успел отскочить. В десяти шагах от них Олаф Желтобородый и Свейн Коротышка схватились с Магнусом сыном Магнуса.

— Свинья! — рявкнул Торгрим.

Он рубанул мечом по широкой дуге, заставив противника вскинуть щит и попятиться, и забыл о нем. Торгрим бросился вперед, оставляя врага позади, пробился сквозь толпу и оттолкнул Свейна в сторону, занимая его место.

Они с Магнусом встретились взглядами, когда тот отбивал очередной удар Олафа Желтобородого, и взаимная ненависть стала так очевидна, словно они прокричали о ней вслух. Торгрим бросился вперед, направляя меч Магнусу в горло, тот в последний момент парировал удар.

Тут Торгрим заметил, что за меч в руке у Магнуса. Железный Зуб! Магнус бился мечом, украденным у Торгрима. Его Железный Зуб в руках врага!

Торгрим заорал, ударил Магнуса, промахнулся, ударил снова, бросаясь в ту бешеную атаку, после которой на поле обычно оставались лежать два трупа. Ночь в его глазах окрасилась алым, разум замолк, человеческая часть души ускользнула, оставив звериную суть.

— Торгрим!

Его клинок скрестился с мечом Магнуса — его собственным мечом! — но отлетел в сторону. Торгрим рванулся ближе, одновременно уходя с линии удара.

— Торгрим!

Кто-то звал его. Чей-то голос выкрикивал его имя, и звук был похож на маяк в море алого тумана.

— Торгрим! На корабль!

Его схватили чьи-то руки и потащили прочь, другие воины нападали на Магнуса с копьями, не позволяя приблизиться, а воющего Торгрима, тщетно размахивающего мечом, волокли куда-то назад.

А затем внезапно он почувствовал что-то странное под ногами. Он споткнулся и рухнул спиной на шероховатую влажную поверхность. Над головой качнулось черное небо, дождь заливал лицо, и весь мир шатался, словно земля ушла из-под ног и потеряла надежность. Торгрим не знал, что случилось.

«Корабль! Мы на борту корабля!» Осознание этого пришло к нему не сразу. Викинги затащили его на драккар и отчалили. «Красный Дракон» покачивался на стремнине. Торгрим сказал своим товарищам, что им нужно сбежать, а не победить, и сам же проигнорировал свой приказ.

Боевое безумие понемногу развеивалось, и Торгрим заставил себя встать. Корабль уже отошел от пристани футов на двадцать. Копье со свистом пронзило дождь и пролетело в футе от лице Торгрима, второе копье впилось в доски палубы у его ног. У некоторых данов были луки, и теперь в воздухе свистели стрелы. Одна попала в руку Торгерду Трещине, тот завопил и рухнул на дно корабля.

Даны бесновались на берегу, но ничего не могли сделать, кроме как бросать копья и посылать стрелы. Их было слишком мало, чтобы погнаться за «Красным Драконом» на другом драккаре. Поэтому они были вынуждены ждать подкрепления, но все остальные воины тушили пожар в медовом зале.

Орнольф уже стоял на носу, поливая данов отборной руганью. Копье вонзилось в шею дракона в нескольких дюймах от толстого живота ярла, но Орнольф, похоже, этого не заметил. Другие норвежцы, более рассудительные, чем их вождь, готовили к гребле длинные весла.

Торгрим поднялся на свое место у руля и с удивлением обнаружил там Морриган.

— Как ты сюда попала?

— Спряталась на борту во время битвы.

— Хорошо.

Торгрим схватился за широкое рулевое весло и толкнул его, разворачивая драккар от пристани. Первые несколько весел были уже на местах, и викинги заработали ими. «Красный Дракон» начал набирать скорость.

И только тогда Торгрим спохватился и быстро оглядел драккар. Он не увидел того, кого искал, и обернулся к Морриган: