Ладья викингов. Белые чужаки - Джеймс Л. Нельсон

— Ублюдки! — завопил Орм, одернул тунику и подхватил меч.

Если они явились его убивать, он уйдет как мужчина, передав свою душу валькириям.

Он толкнул дверь спальни и выскочил в главную комнату с мечом наготове. Их там оказалось четверо или пятеро — темных силуэтов, едва различимых на фоне мерцания углей в очаге. Орм бросился к ближайшему.

— Убить меня собрался, скотина? — заревел он, полосуя воздух мечом.

Человек, стоявший перед ним, успел лишь охнуть и неловко парировать его удар. Орм кинулся на него снова.

Кто-то сунул в угли очага факел. Тот затрещал, и комната озарилась ярким светом. Орм увидел, что к нему ворвался полуодетый Магнус сын Магнуса со своими доверенными людьми.

— Сукин ты сын! — зарычал Орм, но злился он прежде всего на себя: «Почему я не убил этого ублюдка, когда у меня был шанс? Теперь он убьет меня».

Орм снова атаковал, а Магнус парировал удар, и при этом на его лице отражались лишь удивление и замешательство.

— Господин, нет! — крикнул Магнус, отпрыгнув и приготовившись к очередной атаке. — Мы услышали крики… и пришли…

Орм остановился и вгляделся в свете факела в лица обступивших его людей. Мрачных выражений, свойственных убийцам, он не заметил. И опустил меч.

— Вы в порядке, господин? — спросил Магнус. — Что это был за крик?

— Кто-то пытался убить меня, но по ошибке прикончил рабыню.

— Рабыню? Морриган?

— Нет. — Орм взглянул на матрас у очага. — Где эта тварь?

— Ее здесь не было, когда мы пришли, господин, — ответил Кьяртан Быстрый Меч, начальник стражи, стоявший за спиной Магнуса.

Орм оскалился. Он постепенно осознавал, что здесь произошло.

— Двуличная ирландская шлюха… — пробормотал Орм, проталкиваясь мимо Магнуса к двери и шагая наружу, в дождь и хаос.

Он видел, как в темноте бегут воины, как у ворот начинается бой. Слышал звон стали, видел, как распахиваются ворота частокола. Он охнул и развернулся вправо. Стражей у обеденного зала не было. Распахнутая дверь чернела пятном на стене.

— Вот ведь сволочи! — заорал Орм в ночное небо. — Проклятые норвежцы сбежали! Магнус, собирай людей! К оружию! Мы должны остановить их раньше, чем они доберутся до корабля!

— Да, господин. — Магнус развернулся, чтобы уйти.

— И проследи, чтобы наши воины действовали организованно. Не позволяй им бежать толпой. Если норвежцы устроят ловушку, их перережут, как овец.

Магнус остановился.

— У норвежцев нет оружия, господин.

— Нет, но они умны, а разум опаснее мечей. Будь осторожен.

Магнус поспешил во двор, Орм побежал следом, в одной тунике и с мечом наголо. Грязь чавкала под босыми ногами. «Никогда больше, — думал Орм на бегу, — никогда больше я не позволю вероломным ублюдкам остаться в живых».

Орнольф вывел своих воинов за частокол. Торгрим прикрывал последних, вооруженных хуже всего, пока те пятились к воротам, ожидая атаки. Атаки не было, но она наверняка не заставит себя ждать.

— Они знают, что мы на воле! — крикнул Торгриму Снорри Полутролль. — Глядите, как забегали!

Даны действительно засуетились: выскакивали из домишек, стоявших под частоколом, размахивали оружием. Уже разобравшись, что произошло, они не рисковали нападать в одиночку или по двое. Они собирались в отряд, а когда соберутся, наверняка построятся «свиньей» и пойдут захватывать «Красный Дракон».

— Нужно добраться до корабля, — сказал Торгрим.

Он ускорил шаг, к его ритму подстроились остальные, и наконец они вышли из главных ворот на дощатую дорогу.

— Закрыть ворота! Закрыть ворота! — закричал Торгрим, и Снорри с Сигурдом Пилой налегли на тяжелые деревянные створки, сдвигая их на место.

Засова снаружи не было, а значит, ворота не задержат данов надолго, но хотя бы замедлят. Они остановятся перед ними, чтобы подготовиться к опасности, которая может ждать снаружи.

Торгрим развернулся и заспешил по дощатой дороге туда, откуда Морриган махала ему рукой, стоя рядом с тремя пастухами, один из которых был вооружен мечом, а двое других — копьями. Дело принимало совсем уж странный оборот.

— Подождите! — крикнул Торгрим товарищам, и те остановились.

— Торгрим, это мои друзья, — сказала Морриган, и по ее тону можно было догадаться, что она сознает, в какой отчаянной ситуации они оказались. — Они здесь, чтобы помочь!

Торгрим с подозрением взглянул на пастухов. Те не были похожи на воинов. Двое младших, по правде говоря, казались испуганными до смерти.

— Твой корабль готов, они об этом позаботились. Мы должны идти! Скорее, иначе они нас догонят! — выпалила Морриган, и Торгрим кивнул.

Рядом возник Орнольф.

— Торгрим! Нам нужно раздобыть оружие! Бесполезно бежать без оружия, они выследят нас, как собаки!

Орнольф был прав, и Морриган была права. Боевое безумие уже овладевало Торгримом, и он не хотел думать — он хотел драться. Невольно он бросил взгляд на медовый зал. Окна светились слабым отблеском угасающих очагов. Перед глазами мелькнул образ пьяных воинов, валяющихся на полу, словно павших после великой битвы.

— Там! — Он указал в ту сторону острием меча. — Там должно быть оружие! Ограбим медовый зал — и на корабль!

— Торгрим, позволь мне проводить раненых на корабль! — вмешалась Морриган. — Они вас только задержат.

— Да, да, отнесите их на корабль, — сказал Торгрим.

Он соглашался на все, что она предлагала. Похоже, целительница как-то странно влияла на его мысли, и Торгрим подумал, что она может воспользоваться этим колдовством в собственных целях. Но на подобные размышления не было времени.

— Те, кто несет раненых, ступайте за Морриган! Остальные идут со мной и Орнольфом. Вперед!

Морриган махнула рукой тем, кто нес раненых на покрывалах, и они заторопились за ней по дощатой дороге. Торгрим и Орнольф повели вооруженную часть отряда к медовому залу, который утесом возвышался над темнотой ночи.

Торгрим задержал людей у входа. Изнутри не доносилось ни звука. Обычно это означало, что все перепились и заснули. И никакой дождь не мог бы заглушить шум пира викингов в разгар веселья.

— Вы, — Торгрим оглянулся на свой отряд из двадцати человек, — обойдите зал, войдите через заднюю дверь, ловите тех, кто будет пытаться сбежать. Остальные следуют за мной и Орнольфом.

— Нам их убивать? — спросил Снорри.

Торгрим нахмурился. Разумно было бы отправить на тот свет столько врагов, сколько получится, невзирая на обстоятельства. Но даже в боевом безумии Торгрим не хотел рубить тех, кто находился без сознания. Он считал, что боги не одобряют подобных поступков.