Меровинги. Король Австразии - Ольга Крючкова

– Хорошо, я подумаю… – ответил Теодорих, продолжая размахивать мечом.

Клерет наблюдала за ним с настолько неприкрытым восторгом, что Эйнар, случайно перехватив ее взгляд, с горечью в сердце осознал: увы, все помыслы красавицы связаны отнюдь не с ним, а со счастливчиком Теодорихом…

И в этот момент Клерет, не сводя влюбленных глаз с молодого воина, предложила:

– Теодорих, а назови свой меч «Разящей молнией»!

– Отличное имя для клинка, – одобрительно прогудел Жосс. – Думаю, Вёлунду оно придется по нраву.

– Что ж, будь по-вашему, я согласен, – благодарно кивнул Теодорих. – Разящая молния! Звучит красиво… – и он в сотый раз рассек мечом воздух.

Клинок вдруг засиял еще ярче, краски сине-голубого ореола словно бы сгустились, во все стороны посыпались мелкие серебристые искры…

* * *

На следующий день друзья снова тронулись в дорогу. На прощание они тепло поблагодарили Жосса и его детей не только за прекрасный меч и обновленные кольчугу и шлем, но и за оказанное гостеприимство. После чего достойно расплатились и двинулись в путь на двух старых рыжих клячах, приобретенных в том же селении всего за десять денье.

Покачиваясь на застеленных шерстяными попонами костлявых спинах лошадей, друзья долго любовались желто-красными сентябрьскими пейзажами в полном молчании.

– Эх, до чего ж эти кобылы уродливы, – первым нарушил тишину Эйнар. – Как вспомню лошадок из королевской конюшни Суассона, аж сердце кровью обливается! А на этих разве что лесными дорогами пробираться, чтоб никто не увидел…

Теодорих мягко урезонил друга:

– Не сетуй понапрасну! Если помнишь, не так давно мы с тобой вообще путешествовали пешком. А сейчас, худо-бедно, сидим в достаточно удобных седлах. Вдобавок благодаря стараниям Жосса оба теперь при оружии! Да и моя амуниция стала выглядеть вполне прилично, – Теодорих трепетно прикоснулся к кольчуге на груди и тотчас ощутил приятную прохладу кольчужных колец, заботливо выкрашенных кузнецом черной (по римскому обычаю) краской. – Так что впредь вряд ли кто отважится нас обидеть. Насчет кобыл я, конечно, согласен с тобой – они годятся лишь на половики в лачугах, но возможности заиметь других у нас с тобой пока попросту нет. Сам знаешь, до Ахена еще добраться надо, а деньги в кошельке, увы, сами собой не прибавляются.

Едва Эйнар открыл рот, дабы признать правоту приятеля, как за спиной раздался громкий цокот копыт. Друзья оглянулись: к ним стремительно приближался всадник.

– Если этот глупец решил нас ограбить, я изрублю его своей «Разящей молнией» на мелкие кусочки! – воинственно воскликнул Теодорих, хватаясь за меч.

Эйнар последовал его примеру: на всякий случай обнажил спату, снятую некогда с погибшего воина на лесной поляне и благополучно перекочевавшую потом от Теодориха к нему.

Меж тем всадник, облаченный во франкский сетчатый нагрудник с кольчужным капюшоном и такой же, полностью скрывающей лицо маской, приблизился и остановился в двух шагах от них. Из ножен, висевших на боку незнакомца, выглядывал римский меч-гладиус, однако тот даже не попытался извлечь его и вообще не проявлял никаких признаков враждебности. Более того, силуэт всадника показался друзьям смутно знакомым. Тем не менее, Теодорих нарочито грозно осведомился:

– Что тебе надобно от нас, воин? Имей в виду: мы оба вооружены и способны оказать достойное сопротивление!

Неожиданно незнакомец произнес голосом Клерет:

– Я намерена ехать с вами! – И, отстегнув кольчужную маску, девушка решительно добавила: – На возражения можете даже не тратить время!

В течение нескольких минут опешившие друзья не могли проронить ни слова. Теодорих, придя в себя первым, подумал: «Да уж, с девицей, орудующей молотом как гребнем для волос, пожалуй, не поспоришь». А еще мгновением позже к нему вернулся и дар речи.

– Клерет, а отец знает о твоем отъезде? – спросил он.

Девушка чуть смущенно призналась:

– Нет, конечно… Он бы не отпустил меня, а я считаю себя достаточно взрослой для принятия самостоятельных решений! – И, смутившись от своих слов еще более, огрызнулась: – Ну и чего застыли как изваяния?! Мы едем или нет? – Не дожидаясь ответа, она стегнула коня и помчалась вперед.

Эйнара накрыла волна непередаваемого счастья. «Может, Клерет совершила столь дерзкий побег из отчего дома все-таки из-за меня?!» – сверлила его мозг одна и та же сокровенная мысль. Теодорих меж тем оценил сложившуюся ситуацию по-своему: «Клерет – не неженка, так что обузой в пути нам не станет. Да и лошадь в случае необходимости всегда сможет подковать… И в седле отлично держится – прямо не девица, а огонь!». Заметив же на боках удаляющейся лошади две весьма объемистые седельные сумки и догадавшись, что девушка, скорее всего, прихватила с собой в дорогу не только личные вещи, но и провизию, Теодорих окончательно успокоился и даже повеселел.