Синее золото - Клайв Касслер

Дирижабль скользил над джунгля­ми подобно огромному вытяну­тому японскому фонарику. Он мерцал оранжевыми и голу­быми огнями, когда включались горелки — подогреть воздух внутри похожего на сардельку пузыря. Если бы не газовое пламя, дирижабль можно было бы принять за проплываю­щее на фоне луны облако.

Внешне он представлял собой смесь воздушного шара и самолета. Управляемую, не уповающую на волю ветра. К то­му же форма оболочки была обтекаемой, не то что грушевид­ный шар. И эту форму она сохраняла за счет горячего возду­ха, не жесткого каркаса.

Трауты устроились на мягких сиденьях в передней части гондолы на алюминиевом каркасе. Для них баллон выглядел просто огромным. Сшитый из полиэфира, он имел сотню фу­тов в длину и половину того в высоту. В задней части распо­лагался руль, по бокам — плавники-стабилизаторы. Под пас­сажирскими сиденьями крепились газовые баллоны, от ко­торых питались горелки; баки с топливом для двухтактной силовой установки «Ротекс», движка и трехлопастного про­пеллера, обеспечивающего боковое давление.

Пол и Гаме по очереди ознакомились с управлением. Оба в свое время полетали на воздушных шарах, и управление дава­лось относительно легко. Подачу газа регулировала педаль; на приборной панели имелось всего полдюжины рычагов. Тра- Уты пристально следили за высотомером, стараясь удержи­вать дирижаблик примерно в двух тысячах футах от земли. Так было относительно безопаснее.

Вскоре один газовый баллон опустел, и Трауты перешли на запасной. Бензиновый движок и силовую установку решили не использовать до утра. Наконец на востоке забрезжил жемчужно-серый рассвет. Вскоре солнце приобрело оттенок розовых лепестков, но даже сейчас туман мешал ориентироваться. Испарения от крон деревьев съедали краски неба, превращаясь в красноватое взволнованное море дымки. Пол принял управление, а Гаме тем временем порылась в ящике между сиденьями.

—Пора завтракать! — радостно объявила она.

—Мне, пожалуйста, обжаренный до хрустящей корочки бекон с картофелем.

Гаме протянула ему батончик мюслей.

—На вот тебе: малина или черника?

—Интересно, как у них с обслуживанием номеров? — Муж включил радио, но из динамика донесся только шум и треск статики. — Даже Финнеасу Фоггу так туго не приходилось, — нахмурился Пол. — Ладно, черт с ним, давай сюда чернику.

Гаме передала батончик сухого завтрака и бутылку тепло- ватой минеральной воды.

—Богатая была на события ночка.

—Какая ты, однако, лаконичная! Мы поцапались с экопиратами, стали свидетелями хладнокровного убийства, а после едва-едва сбежали от кровожадных туземцев.

— Своим спасением мы обязаны Тессе. И как она досталась Дитеру?

— Не она первая так ошиблась в выборе мужчины. Выйди ты замуж не за сына рыбака, а, скажем, за юриста или доктора, то купалась бы сейчас в бассейне на заднем дворике собственного дома.

— Ску-учно же. — Гаме задумчиво прожевала кусок мюслей. — Не знаете, случайно, где мы, мистер Сын Рыбака?

Пол покачал головой.

— Вот бы моего папу сюда. Он безо всякой электроники умел ориентироваться. По старинке.

— Как насчет компаса?

— От него мало проку, если нет вех или навигационных бу­ев. Вон там точно восток. — Он указал на солнце.

— Деревня Голландца располагалась к юго-западу от де­ревни Рамиреса, — припомнила Гаме. — Что, если нам раз­вернуться на северо-восток?

Пол почесал в затылке.

— Это сработало бы, зависни мы на одном месте. Прошлой ночью дул ветер, и кто знает, как далеко нас занесло. К тому же газ заканчивается. Действовать надо наверняка. Горючего полный бак, но что толку от пропеллера, если мы станем па­дать?

Гаме пригляделась к зеленому океану внизу.

— Красиво-то как.

— А бекон с яичницей и картофелем — еще красивей.

Передав ему еще батончик, Гаме посоветовала:

— Используй воображение.

— Вот я и пытаюсь представить, как такой летун затащи­ли в джунгли. На нем, конечно, могли и прилететь, но он че­ресчур мал и не вынес бы всего оборудования. Скорее всего, дирижаблик собрали уже в лесу, в районе того места, откуда мы его угнали.

— Дорог нет, — подхватила нить размышлений Гаме, — зна­чит, французы приплыли по реке. Если найдем ее приток, по­лучится вернуться к Рамиресу. Если подняться выше, то мож­но разглядеть лес получше.

— Блестяще. — Пол надавил на педаль подачи газа.

Сопла горелок хрипловато загудели, и через мгновение ди­рижабль стал подниматься. Солнце тем временем выжигало Дымку, тут и там проглядывали верхушки деревьев, на которых коралловыми наростами краснели цветы.

На высоте трех тысяч футов Гаме, прищурившись, заме­тила:

— Там что-то есть.

Подав питание на руль, Пол развернул дирижабль. Тихо мурлыкал двигатель с водяным охлаждением; судно медлен­но — преодолевая инерцию — набрало скорость десять миль в час. Отыскав бинокль, Гаме стала вглядываться через не­го вперед.

— Невероятно, — сказала она, когда дымка практически полностью рассеялась.

— Что видишь?

Секунду Гаме молчала.

— Длань Божью, — с благоговением прошептала она.

Пол не сразу ее понял — сказывался недостаток сна.

— Великие водопады, о которых рассказывал Голландец?

Гаме кивнула.

— Даже издали они выглядят потрясающе.

Пол прибавил скорости. Ему показалось, будто их что-то тормозит. Глянув вниз, он заметил привязанный к гондоле на стропах красный треугольник.

— Вот тебе и на. Мы везем зайца.

Нацелив бинокль вниз, Гаме присмотрелась.

— Похоже на спасательный плот из сетки, натянутой на ре­зиновый каркас. На него, наверное, сбрасывали людей и при­пасы.

— Звучит логично. Не зацепиться бы этим плотом за вер­хушки деревьев. — Посмотрев вперед, Пол вздрогнул.

Прямо по курсу из гущи деревьев вздымалась гигантская каменная ступень утеса. Река текла из леса прямиком к об­рыву плато, где скалистые образования разбивали поток на пять водопадов. В лучах солнца они сверкали и переливались, словно ручейки бриллиантов меж пальцев ювелира. Река в этом месте — как всегда перед обрывом — текла обманчиво медленно. У подножия крутого утеса, где в озеро срывались тысячи галлонов воды, висела дымка конденсата.

Пол сказал:

— По сравнению с этими водопадами Ниагара — просто ручеек.

— Должна же эта вода куда-то утекать. — Гаме просмотре­ла периметр озера. — Пол, вон там. Взгляни! Вижу реку, она выходит из озера. Надо только следовать по ее течению.