Синее золото - Клайв Касслер

— Ладно, ребята, — признавая поражение, Гомес покачал головой. — Пособничать самоубийцам противозаконно, поэ­тому расскажите-ка, что вы задумали. На кой ляд вам фабрика по производству тортилий, которой владеет мексиканский бандит?

— Неподалеку от этой самой фабрики произошел подво­дный взрыв. Вот мы и хотим задать Педралесу парочку во­просов. Мы не ФБР, а простые исследователи моря.

— Разницы нет. Все федералы — враги. Вопросы о бизне­се Энрико воспринимает как угрозу. Он и не за такое людей убивал.

— Послушайте, агент Гомес, мы не стали ломиться в па­радные двери, — сказал Остин. — Пробовали окольные пути. Мексиканская полиция утверждает, что якобы взорвался те­плопровод. Все, дело закрыто. Тогда мы подумали, что вла­делец фабрики должен быть в курсе случившегося, и отзвонились в Министерство торговли. Там испуганно ответили: фабрика принадлежит Энрико, и лучше бы нам обратиться в периферийное отделение ФБР в Сан-Диего и спросить Гоме­са. То есть вас. Пора сделать следующий шаг. У Энрико есть офис в США?

— Границу он не пересекает. Иначе мы его сразу сцапаем.

— Тогда отправимся к нему сами.

— Это нелегко. Энрико Педралес служил в полиции, и те­перь мексиканские стражи порядка у него на зарплате. Шу­гают всех: информаторов, конкурентов — любого, кто может доставить боссу неудобства.

Достав из ящика две пухлые папки, Гомес разложил их на столе.

— В одном досье — все грязные делишки Энрико, в дру­гом — его легальные операции. Ему же надо отмывать добы­тые нечестным путем денежки, вот он и основал несколько за­конных предприятий. Фабрика по производству тортилий — настоящий флагман. С тех пор как тортильи пробились на американский рынок, они приносят Энрико миллионы дол­ларов прибыли. Бизнес контролируют несколько компаний. Не верите — загляните в ближайший супермаркет. Энрико, пользуясь связями в правительстве, дал кому надо на лапу и запустил пальцы в пирог. — Агент Гомес подвинул папки Остину и Завале. — Пределов отделения эти документы не покинут, но почитать их можно.

Поблагодарив фэбээровца, Курт прихватил папки в неболь­шую комнату для совещаний. Они с Завалой уселись друг на­против друга за столом и поделили материалы: Завале доста­лись легальные дела Педралеса. Договорившись кричать, если найдется что-нибудь интересное, принялись за чтение. Остин хотел узнать побольше о человеке, с которым предстоит ра­ботать, и чем дальше он вчитывался в досье, тем меньше оно ему нравилось. Разве может быть в одном человеке сосредо­точено столько зла? Энрико был причастен к сотням убийств, и каждое имело его отвратительный почерк. Остин только по­радовался, когда Завала оторвал его от чтения.

— Нашел! — воскликнул тот и зашелестел страницами. — Это легенда и отчеты о наблюдениях за фабрикой по произ­водству тортилий. Энрико владеет ею около двух лет. Фэбэ­эровцы туда наведались, осмотрелись и не нашли ничего по­дозрительного. Проделали то же, что и мы, за исключением одной маленькой вылазки, которую предпринял я. В отчете указано: фабрика работает на законных основаниях.

— И ни слова о подводной станции?

Завала нахмурился.

— He-а. Ни слова.

— Неудивительно. Корпус станции могли погрузить в ла­гуну ночью.

— Логично. А у тебя что? Нашел зацепки?

— Да, наш клиент — ужасно отвратительная сволочь. Но поговорить с ним надо.

— Гомес предупредил: это нереально. Есть идеи?

— Имеется одна задумка. — Остин передал Завале лист из папки. — Перечень хобби Энрико Педралеса: вино, бабы, ска­ковые лошади, азартные игры... все, как обычно. Кроме одно­го пункта.

Завала сразу понял, о чем говорит напарник.

— Энрико коллекционирует мушкеты. Знаю я одного типа со схожими наклонностями.

Остин улыбнулся. Он и вправду серьезно увлекался ста­ринным огнестрельным оружием. Лодочный сарай на реке Потомак, превращенный в дом, был увешан элегантными ору­диями смерти. Самые ценные экземпляры хранились в подва­ле, а целиком коллекция Остина представляла собой одно из самых прекрасных собраний мушкетов в стране.

— Помнишь, я купил пару новых пистолетов накануне гон­ки? Отличные образчики, но у меня в коллекции уже есть точ­но такие. Я как раз подумывал сбыть обновку другому кол­лекционеру.

— Кажется, я понимаю, к чему ты клонишь. Как дать Эн­рико понять, что они доступны?

— У каждого дилера имеется список клиентов, покупателей можно пробить по базе. Неизвестно, когда появятся необыч­ные коллекционные экземпляры или как долго дилер сможет сохранять за сделкой статус исключительной. Позвоню пароч­ке дилеров и скажу, что мне надо срочно продать два писто­лета. Создам видимость чрезвычайного положения. Бандит не упустит шанса наколоть простофилю в нужде.

— Что, если у Энрико есть такие пистолеты?

— Они относительно редкие. Но даже обладай он копия­ми, ему захочется приобрести эти экземпляры по той же при­чине, по которой приобрел их я, — на случай будущей прода­жи. Основная цель — пробиться к нему на разговор. Энрико захочется увидеть пистолеты, подержать их в руках. Такова природа коллекционера.

— Скажем, дилер получает несколько анонимных запросов. Как узнать, который из них — от Энрико?

— Он не бывает к северу от границы. Если меня попросят приехать в Мексику, значит, это Энрико.

Они вернули досье Гомесу и обрисовали свой план.

— Может сработать, а может и нет. Вы затеяли чертовски опасную игру. Нет гарантии, что Фермер захочет говорить с вами, даже если назначит встречу.

— Такую возможность мы учли.

Гомес кивнул.

— Послушайте, славные ребята вроде вас мне симпатичны, и жаль, когда их убивают. В открытую помочь не могу, ведь мексиканцы жутко ревнивы относительно гринго, действую­щих на их территории. Могу лишь обещать: если Энрико все- таки убьет вас, жизнь его не будет стоить и ломаного песо.

— Спасибо, агент Гомес. Придется мне переделать страховку.

— Стараюсь. Я подтяну кое-какие ресурсы, а вы дайте знать, когда возьметесь за дело.

Пожав агенту руку, Остин и Завала отправились обратно в отель. Курт достал из спортивной сумки деревянный ларец, приподнял крышку и взял один пистолет.

— Они практически идентичны тем, что находятся у меня в коллекции. Их изготовил оружейник по имени Буте еще во время египетской кампании Наполеона. На стволе узор в ви­де пирамид и сфинкса. Эти, видимо, изготовлены для англи­чанина. — Он прицелился в торшер. — Боек не квадратный, а круглый. Однако нарезы многоканавочные, как у француз­ских пистолетов. — Он уложил оружие на зеленое сукно. — Коллекционер перед таким не устоит.

Сверившись со списком дилеров, Остин обзвонил всех и дал понять, что собирается срочно продать пистолеты — даже в убыток себе — и на следующий день покинуть Сан-Диего. Лучшая легенда та, которая хотя бы частично истинна, поэто­му Остин состряпал предлог: якобы надо расплатиться по сче­там из-за потонувшей лодки. Потом они с Завалой продумали возможные случайности и неожиданные повороты событий.