Приют - Алиса Бодлер

– А та? – теперь я почти допытывался. В истории отчаянно не хватало деталей, которые могли бы расставить все на свои места.

– Спросите сами, – негромко посоветовала доктор Боулз. – Все, что знаю, – скандал она учинила нехилый. Эти двое из Винского больше не отсвечивали, поговаривали, что она «накрыла» их проект. А Джерри забрала еще до Рождества.

Я посмотрел на Оуэна и уже второй раз за последнюю неделю поймал его в состоянии внезапной уязвимости. Он смотрел куда-то в пол, все еще стоя на коленях. Руку своего бывшего лечащего психиатра – Джереми – так же не отпускал.

– Твоя мама знает больше, – еще раз подчеркнула Саманта. – Вы должны с ней поговорить.

– Мы поговорим обязательно, – не дожидаясь выхода дяди из анабиоза, отчеканил я.

– Так и надо, – кивнула мне доктор. – И вот что я скажу: своего врача, Рей, ты знаешь многим лучше. Однако поверь мне: если ему на пути встретились сказочники, похожие на Камерона и Флемминга… Твой доктор Грэм мог и не отказаться от сотрудничества. Потому как такие, как они, умеют убеждать. Да так яро, что не успеешь опомниться.

* * *

Больничный интерьер вселял панику в хрупкого мальчишку, сдавливая и без того небольшую площадь комнаты холодом плиточных стен. План провалился. Следующий шаг послушницы был непредсказуем, и, оставаясь наедине с ощущением безысходности, Боузи бессознательно последовал совету своей названой сестры.

Он начал прятаться.

Высокий, наполовину застекленный шкаф со склянками, уже запримеченный мальчиком, имел в своем основании, с виду, просторный ящик. В другом углу, рядом с кушеткой, стоял белый шифоньер. А под секретером, что, скорее всего, выполнял функцию рабочего стола для сейчас отсутствующего в кабинете доктора, было небольшое пространство, в которое можно было попробовать забиться. Боузи решил начать поиски подходящего закутка с нижнего отделения в витринном шкафу.

Раскрыв дверцы, мальчик обнаружил большое углубление. Но, к его ужасу, все оно было забито кипой бумаг. Он вытаскивал множество толстых папок с подписью «Досье» и прятал их под секретером в момент, когда услышал голос за дверью:

– Куда подевалась эта старуха? Может быть, ты знаешь, умник? Что, теперь будешь молчать? Ну, то-то же!

Это был господин Камерон.

Пространство в шкафу не было освобождено до конца, но здесь мальчишке мог пригодиться его миниатюрный, не соответствующий возрасту склад.

Не медля ни секунды, Боузи юркнул в ящик и сложился так компактно, как только мог.

В следующее мгновение он услышал, как хозяин дома возится с ключом.

Когда дверь открылась, мальчишка уже успел устроиться в нише в позе эмбриона.

Он слышал, что мужчина был не один. Грузное топанье перемежалось с легкой поступью. Наверняка господина сопровождал Тиг, не иначе, ведь под старухой он мог подразумевать только сестру Александру, а остальные дети были выдворены за непослушание.

– Залезай, паршивец, – гулко бросил Камерон тем жутким басом, что никому в этом доме еще не доводилось слышать.

Послышался скрип, но Тиг по-прежнему сохранял молчание.

После непродолжительной паузы снова послышались шаги. Но на этот раз тот, кому принадлежала тяжелая походка, направлялся прямо к витринному шкафу!

Сердце Боузи ухнуло в пятки. На всякий случай он закрыл себе нос и рот руками, чтобы не издать ни звука.

– Да где же… Черт бы тебя побрал…

Камерон перебирал баночки, что покоились за стеклянными дверцами, с характерным звоном. Как вдруг его прервал скрип. Кто-то вновь отворил входную дверь:

– Господин Камерон? Я повсюду вас ищу, но…

– Сестра! – грубо перебил ее мужчина. От его прежних манер, что неоднократно были продемонстрированы за столом, не оставалось и следа. – Ваше маленькое чудовище прокусило мне руку!

– Ох… – только и смогла ответить Александра. – Разрешите мне помочь.

По новым звукам мальчик определил, что послушница присоединилась к Камерону в поисках. Теперь они вдвоем стояли всего в нескольких сантиметрах от Боузи, отделяемые от трясущегося мальчишки лишь тонкой дверцей ящика!

– Дело в том, что я привела вам еще одного, – негромко заметила сестра Александра. – И когда я уходила – он был здесь.

– Кого?

– Боузи, – скрипя зубами, все же произнесла это имя послушница. – Его подослали дети.

– Вы что, сестра, сегодня нездоровы?! – рычал на нее Камерон. – Я же сказал, что этот экземпляр будет последним!

– Да, но…

– Без но! У него четкий сохранившийся паттерн и предполагаемое документальное подтверждение! Он должен остаться в приоритетной категории, и вы об этом знаете!

– Но, если он зде…

– Мне плевать, где он! – с каждой сказанной фразой мужчина распалялся все больше. – Лишь бы на территории дома! Вы уже все сломали! Ведите мне ту девчонку!

– Н-н-н!.. – послышалось с той стороны, где стояла кушетка.

Быстрые шаги в сторону двери оповестили о том, что сестра Александра покинула комнату.

* * *

Теперь автомобиль Джереми превратился в место для молчаливых размышлений.

Я по крупицам восстанавливал в памяти один из эпизодов, что был связан с Камероном, но не решался его озвучить. Было ясно, что в текущий момент Оуэну хватало психологической нагрузки и без меня.

– Куда мы едем? – решился я задать бытовой вопрос, пытаясь отвлечь дядю от его самокопания.

– Катаемся, – негромко отозвался он.

Пришлось попробовать зайти с другой стороны:

– То, что мама помогла тебе, – хорошо, а не плохо. Чего ты провалился куда-то во тьму?

– Я никак не характеризовал то, что она сделала, – все так же тихо продолжал Джереми. – Первоначально именно она закрыла меня в клинике. Этого уже не отменить.

– Да, но… – я запнулся, думая, как лучше построить свою речь. Мне хотелось звучать по-взрослому, быть наравне с ним, несмотря на то что суть проблемы «отцов и детей» была мне недоступна. – …Но, это не отменяет того, что она, по словам доктора Боулз, взяла и вышла на тропу войны ради того, чтобы тебя спасти.

Оуэн повернул голову в мою сторону:

– Спасибо, что говоришь все это, мой мальчик. Но ты не обязан пытаться вникнуть в то, к чему не имеешь отношения. Тогда тебя еще и на свете не было.

– Просто позвони ей. Это же нам поможет! – попробовал убедить его я.

– Не могу, – мотнул головой Джереми.

Мы вновь погрузились в тишину. Но ненадолго.

– Я могу.

– Боузи… – Оуэн вздохнул. – Она тяжело воспринимает даже собственного сына. Представь, как она будет разговаривать с тобой.

– В фармации разговаривала нормально! – бравировал я. – Для меня этот разговор не будет нести такой психологической нагрузки. Мы хотя бы попытаемся выудить из нее информацию. Давай же!

Джереми снова выпустил из себя воздух,