Затерянный город - Улисс Мур

— А книжку оставишь нам? — спросил Джейсон.

— Конечно. Так или иначе…

Девочка написала на записной книжке номер своего мобильника, но Джейсон попросил оставить также номер стационарного телефона.

— Мобильники не всегда работают, — объяснил он свою просьбу.

Единственный стационарный номер Аниты был зарегистрирован в Венеции. Она записала и его.

Потом быстро решили, что станут делать: Рик и Джейсон сразу же начнут расшифровывать тексты, а Джулия вернется в свою комнату.

— Постарайся, чтобы родители не заметили! — посоветовал Нестор.

Потом он проводил Аниту до ворот и показал ей дорогу вдоль побережья, которая шла мимо города; прежде чем девочка села на велосипед, старый садовник протянул ей коробку с карамельками, которыми они лакомились весь день.

Анита хотела отказаться, но Нестор настоял.

— Пригодится, — сказал он. — Завтра.

Слова его прозвучали довольно многозначительно, и Анита невольно ощутила некоторое беспокойство.

Нужны две вещи.

Путеводитель. И какой-нибудь предмет из того самого необычного места.

Она поблагодарила садовника виллы «Арго», положила коробку с карамелью в рюкзак и нажала на педали.

Тем временем ребята в домике Нестора начали расшифровывать текст. Дело шло медленно, то и дело приходилось заглядывать в «Словарь забытых языков», но постепенно текст, записанный символами Диска Фесто, становился понятнее. Но не менее загадочным.

С увлечением занимаясь переводом, ребята, однако, с беспокойством посматривали на три рамочки, которые все время оставались пустыми.

Иногда Рик спрашивал друга:

— Как, по-твоему, что это мы переводим?

— Похоже, и в самом деле… путеводитель.

Переводя страницу за страницей маленькой записной книжки, Джейсон понял, что ему не терпится отправиться туда — в город, о котором рассказывал Морис и который рисовал.

Вечером мальчики, сильно взволнованные, разошлись по домам, оставив на столе у Нестора ворох бумаг.

Джейсону достаточно было просто пройти по саду, чтобы поужинать с родителями, а Рик сел на велосипед своего отца и отправился в город.

Тем временем садовник виллы «Арго» с удовлетворением осмотрел проделанную работу, не тронув ни одного листа (он прекрасно понимал, что в творческом процессе нередко очень важен и беспорядок), приготовил себе на ужин зеленый горошек с сосиской и поел, даже не присаживаясь за стол, прямо у плиты.

И все это время размышлял.

Он думал об Аните и о том, каким образом она появилась.

Думал о переводчике, которого она и ее друг Томмазо встретили в Венеции.

Подумал о своих дневниках и сундуке, которые оказались там. Уж точно не по его воле.

Еще не закончив ужинать, он решил избавиться от камешка в башмаке. Положил деревянную ложку в тарелку с горошком и прошел к старому черному телефону.

Набрал номер маяка.

Никто не ответил.

Нестор нажал на рычаг и позвонил на заброшенный вокзал Килморской бухты. Его друг Блэк Вулкан взял трубку после третьего гудка:

— Привет, садовник.

— Не знаешь, где Леонардо?

— Послушай, я рад, что ты жив-здоров и в хорошем настроении.

— Тебе известно, Блэк, куда ушел Леонардо?

— Пусть меня сразит молния, если знаю.

— Осторожней с молниями. Моя спина дает знать, что скоро пойдет дождь.

— Какая важная новость.

— Скажи мне, куда он ушел. Я знаю, что тебе это известно.

— Клянусь, что не знаю. Уехал очень поспешно, на всех парусах. Ты ведь знаешь, какой он… Снова превратился в мальчишку, который бродит по свету.

— Да. И раздает сундуки без моего ведома.

— То есть?

— А ты и этого не знал?

— Не понимаю, о чем ты, старина.

Нестор немного помолчал, прежде чем ответить:

— Тебе и в самом деле не говорили об этом?

— Послушай, Нестор, давай кончать эту игру «я знаю, что ты знаешь» и поговорим о деле.

— А дело в том, — проговорил Нестор, — что, когда вся эта история, как мне показалось, закончилась, я избавился от моего сундука с дневниками о наших путешествиях. Я хотел покончить с прошлым.

— Ты уже говорил мне это.

— И я сказал тебе также, кто согласился уничтожить все это?

— Наши голубки.

— Леонардо и Калипсо, — подтвердил Нестор. — Они должны были просто выбросить сундук в море во время своего очередного путешествия… А они… передали его какому-то переводчику.

— Ничего себе!

— И ты не знал этого.

— Клянусь своей бородой.

— А значит, не знал и о том, что благодаря этой блистательной идее появилось немало людей, которые опять прослышали про Килморскую бухту.

— А что, по-твоему, в этом плохого?

Нестор опять помолчал, потом сказал:

— Именно этот вопрос я и задаю себе.

— Выходит, не сердишься на Леонардо?

— Я взбешен, — ответил Нестор. — Я хотел освободиться от прошлого, Блэк. Оно все еще очень мучительно. В прошлом нас не могли найти… А теперь, наверное, нужно менять стратегию, — добавил садовник и положил трубку.

— Извини! Мне жаль… — в который раз повторила Анита.

— Ах, тебе жаль? И это все, что ты можешь сказать? — вскипел ее отец, размахивая вилкой за столом в небольшом ресторане в Зенноре.

— Я не заметила, что уже поздно!

— Ах, не заметила? И что солнце заходит, тоже не заметила?

— Папа… извини…

Хозяин ресторана подошел очень вовремя, прервав серьезный разговор. Жаркое с картофелем, которое он принес, выглядело так соблазнительно, что у кого угодно поднялось бы настроение. Несмотря на голод, Анита не решилась приняться за еду.

— А ведь стоило всего лишь прислать эсэмэску, — снова упрекнул отец. — Позвонить.

— Мобильник не работал.

— Но можно хотя бы узнать, где ты была.

— Я проехала на велосипеде вдоль всего побережья.

— И куда доехала?

— В колледж в Сент-Ив, — ответила Анита, сказав первое, что пришло в голову.

Отец нахмурился и взялся за приборы:

— Твоя мама рвет и мечет, и это еще мягко сказано.

— Почему? Ты что, сказал ей?

— Конечно сказал! Ты пропадала целых шесть часов!