Аркаим - Георгий Лопатин

«С упряжью тоже надо поработать», — подумал Махавир.

Не то, чтобы он был хорошо знаком со всей этой конской сбруей, сам с ней никогда не возился, то есть не запрягал-распрягал, но все же понятие имел. Все благодаря тому, что когда был маленьким и гостил у бабушки в деревне, то принимал участие в уборке сена, возил копна с поля к большому стогу.

«И кстати, надо подумать про покосы, — появилась новая мысль. — Тогда скоту не придется добывать траву из-под снега, как следствие не будет потерь молодняка от голода, да и просто животные будут полны сил, а не доходягами у которых ребра через шкуру видны».

Непонятно правда было, получится ли сделать хорошие косы из бронзы.

«Хотя почему нет? — подумал он. — Ну а если все-таки не получится, то добудем железную руду и сделаем стальные… Причем делать надо сразу механические сенокосилки».

Перед отправкой Махавир провел ритуал с просьбой даровать удачу и затушил костер. Лошадям дали специальное снадобье, что улучшало их зрение.

— Вперед!

В качестве цели выбрали пост пастухов защищавших стадо коров от нападений со стороны волков. Поскольку пастухи сидели не в боевом охранении, то бодрствующий не отворачивался от огня, а смотрел прямо в пламя. Подвела привычка полагаться на поведение животных, что начинали нервничать при приближении хищников. А сейчас к ним ехали кони с другими людьми, причин нервничать нет, так что опасность пастух заметил слишком поздно.

Приближение колесниц он все же заметил, даже успел закричать устраивая побудку для своих коллег-напарников, но и все на этом. Понимая, что луки в боевое состояние привести уже не успевают, пастухи схватились за копья, только они им ничем помочь не могли.

Тренькнула тетива и первый их пятерки пастухов повалился на землю получив оглушающую стрелу в голову. Колесницы закружили вокруг костра и еще несколько стрел отправились в полет. Не все попали в цель, но тем не менее вскоре все пастухи оказались на земле.

— Вяжите этих двух, — приказал Махавир, указав на пару мужиков среднего возраста.

— А с остальными что делать?

— Ничего… мы с ними не в состоянии войны, по крайней мере пока, так что лишняя кровь не нужна.

Мужиков спеленали и колесницы споро покатили назад. Следы конечно остались, но Махавир и не думал скрываться, ему просто требовалось немного времени, чтобы разобраться в ситуации. А там пусть находят и можно устроить переговоры если они вообще будут иметь хоть какой-то смысл.

Вернулись в ту же рощу в которой ночевали, оставив наблюдателя высматривать погоню.

Пастухи запираться не стали и выложили все как на духу, кто они и почему мигрируют зимой.

— Нас согнали с наших зимних пастбищ такие как вы…

— Что значит такие как мы?

— Беловолосые.

— Они пришли с севера?

— Да… Напали на несколько наших родов зимовавших там, разорили их стойбища и угнали скот.

— Вы собираетесь остаться здесь на остаток зимы или пойдете дальше?

— Я не знаю… как решат старейшины…

Махавир понятливо кивнул.

— Что же, нам не остается ничего другого, как переговорить с кем-то из них…

К слову сказать, долго ждать гостей не пришлось. Тем более что и искать их погоне не требовалось.

— Едут! — выкрикнул примчавшийся постовой.

— Много?

— Две руки колесниц!

Вышли навстречу. Пленников поставили на колени демонстративно приставив к их шеям мечи. Да, несколько штук отлили.

Главным оказался довольно престарелый мужчина, еще пара средневозрастных, а остальные — явный молодняк.

«Ну да, все логично, — подумал Махавир. — Все воины находятся на танкоопасном направлении, то есть в западной части их становищ, для возможного отражения угрозы со стороны беловолосых».

— Стойте или ваши люди будут убиты, — крикнул Мани, как лучше знавший язык местных.

Разведчики встали так, что сразу стало ясно, в случае конфликта они просто вскочат в свои колесницы и сбегут.

Ну и видимо внешний вид арья этих кочевников несколько смутил, богато и единообразно выглядящие черные доспехи, большие щиты, все это само по себе внушало уважение, говорило о силе. Кроме того, пока ждали погоню, разведчики по настоянию Махавира связали несколько десятков ежей из трех полутораметровых кольев и бросили их на пути, так что погоне в любом случае требовалось остановиться, чтобы убрать препятствие, что либо давало дополнительное время для отрыва, либо делало противника удобной целью для лучников с тяжелыми стрелами оснащенные бронзовыми наконечниками, для которых обычные плетеные щиты с кожаным покрытием не помеха.

— Кто вы и зачем напали на нас, взяв пленников? — спросил старик.

— Вы идете в наши земли и конечно нам стало интересно, кто вы и зачем идете к нам да еще зимой. Согласись, это странно.

Спорить о принадлежности этой земли старик не стал, но ответил:

— Мы вынуждены уходить зимой, на нас напали подобные вам. Они называют себя абха…

«Свет и светлые, — перевел на русский Махавир. — фактически тоже самое что и русы, что тоже можно перевести как свет или светлое».

— Вы останетесь там, где встали или продолжите двигаться дальше?

— Все зависит от действий абха… — поджав губы, ответил старик.

— Дальше наша земля. Если пойдете дальше, придется биться с нами. Мы не пустим вас к себе.

Махавир невольно напрягся, глядя на старика.

«Знает или нет?» — подумал он.

Но судя по нахмуренному виду старика, он не знал, что от арья осталась лишь бледная тень — жалкие крохи, что в прямом столкновении просто не выдержат удара.

Племя оказалось словно между молотом и наковальней, паршивое положение и Махавир понял, что если абха все же продолжат преследование бегущих, то выйдут вслед за ними к Аркаиму. А они побегут дальше на восток, непосредственная угроза страшнее гипотетической. Деваться им просто некуда. И то, что живущие в городе подобны самим абха и происходят от одного корня для них ничего не значит. Это для Махавира они условно свои, а для абха все, кто не абха — чужаки коих можно ограбить и убить, а похожи они внешне или не похожи, дело десятое.

«Значит нужно их остановить здесь, — понял он. — И сделать это надо руками вот этих предков казахо-узбеков».

Мани замолчал не зная, что еще сказать и слово взял Махавир.

— Я, сын вождя… радж Махавир. Как звать тебя, почтенный?

— Танал, глава рода Уртаз.

— У меня к тебе предложение бек