Исповедь из преисподней - Сергей Решетников

– Твой вопрос, Сергей, уже подразумевает однозначный ответ. Мне тут добавить нечего.

– Саша, давай попробуем послушать самого обвиняемого и осужденного на ПЖЗ и обсудить его аргументацию. Я представлю слово Александру Старожилову. Из его письма следует (я ничего не менял в его изложении).

Исповедь осужденного

Честно не знаю с чего начать и как вести повествование. За время заключения отвык от простого человеческого изложения. Старался писать сухо, без эмоций, которые, как оказалось, создают негативное восприятие у «правоохранителей», «судей». Взял эти термины в кавычки, поскольку за все время пребывания в неволе, не встретил ни одного порядочного человека из указанных. Удовлетворение некоторых жалоб, понимание в глазах, картины в целом не меняют. Система, в которой они живут и работают полностью порабощает их и делает цепными псами. Это своего рода мясорубка, где несколько ножей, работая в одном направлении, перемалывают попавшее к ним мясо, потому что попадая под контроль «правоохранителей», ты перестаешь быть человеком и становишься куском мяса, с которым государство позволяет низкоинтеллектуальному гоблину делать все, что он пожелает. Вот и воплощаются самые дикие фантазии – все, о чем мечталось гоблину в детстве, он испытывает на заключенных.

Можно без конца приводить конкретные факты, но последнее время об этом столько пишут и говорят, но при этом ничего не меняется, что подумаешь – очередная страшилка. В иркутском СИЗО даже был снят фильм «Территория пыток. СИЗО-1 г. Иркутск» Местные правоохранители поспешили забанить ресурс, а потом всячески опровергали эти факты. Однако если действительно поднять все обращения о побоях, пытках, смертях в СИЗО и провести надлежащую проверку, не жалея никого, вы удивитесь, сколько же «правопреступников» займет давно их ждущие места, в полагающихся им зонах. Я о многом не знаю, что-то не хочу говорить, о чем-то вспоминать… Не хочу называть сотрудников, которые иногда помогали, и тех, которых и людьми назвать нельзя. Я не хочу говорить о личном, хотя это будет иногда проскальзывать. В остальном, как любой человек, я свободен в своих рассуждениях и оценках, в том числе некоторых личностей, с которыми пришлось столкнуться за это время.

Ночью 20.07.2005 года я поцеловал спящих жену и маленького сына, и поехал в поселок Листвянка, сопроводить в аэропорт после празднования юбилея Алексеева Сергея гостей. Кто бы знал, что я смогу обнять и поцеловать самых близких мне людей, только через несколько лет и то через решетку.

Встретили корабль в Листвянке, расселись по машинам и поехали в аэропорт Иркутска. Со мной ехали два не совсем трезвых гражданина. Меня остановили на КПП по Байкальскому тракту. Несмотря на показную вежливость гаишника, чувствовался какой-то нерв в его поведении. Мы прошли на пост, где находились его старший и еще один сотрудник – мой знакомый. Поздоровались, а дальше началось непонятное. Мой знакомый попросил меня не сопротивляться, поскольку они обязаны задержать автомобиль и меня по ориентировке 7-го отдела УР (уголовный розыск). Причем, как пояснил мой знакомый, задержание надо провести максимально жестко, в связи с информацией в ориентировке о возможном вооруженном сопротивлении с моей стороны. Я, наверное, посмеялся бы, но не в этот раз. В общем, из-за моего знакомого задержали меня гаишники без мордобоя, а заодно проверили машину, констатировав факт отсутствия оружия.

Я некоторое время пребывал в шоке, хотел позвонить, но телефон не работал. Позже выяснилось, что компания «Байкалвестком» заблокировала предоставленные «правопреступниками» телефонные номера без всякого на то судебного разрешения. Мой знакомый дал телефон, но домой я не дозвонился. Я набрал Сергея и объяснил ситуацию. Он сказал, чтобы я не переживал. Сказал, что сейчас подъедет его охрана и заберет гостей, а если меня все-таки задержат, то в отдел приедет адвокат для прояснения всей ситуации. Минут через 10—15 одновременно подъехали три машины. Одна – с охраной Сергея, две другие – с бравыми парнями из «правопреступной» организации. Я сразу ощутил, что значит «особое задержание». Странно, что после удара прикладом автомата в челюсть, я не отъехал, наверно, сказался выброс адреналина. Между тем бравые парни увидели, что обстановка не свидетельствует о вооруженном сопротивлении. Гаишники сообщили об отсутствии у меня оружия. Да и присутствие охраны Сергея немного охладило «правопреступников». Ко мне даже допустили старшего охраны, чтобы решить вопрос с гостями. Меня посадили в жигули правопреступников, сковав руки наручниками сзади. За руль моей машины сел оперативник, не имеющий опыта езды на нормальных машинах, так как он несколько раз не мог тронуться с места.

Через 15 минут мы заезжали во двор УБОПА. Я увидел через стекло, что за нами ехала вторая машина охраны, которая, по всей видимости, проследила куда меня привезли. Не буду описывать происходящее в дороге. Главное я вообще не понимал, что произошло. А на мои вопросы ответом были угрозы и т. д. Меня завели в УБОП, где на первом этаже стояли несколько человек на растяжке. Оказались знакомые парни. Честно говоря, я даже не предполагал, что мое задержание как-то связано с ними. Минут через 30 меня подняли на третий этаж, где несколько оперов, крича на перебой, угрожали. Говорили, что я обязан излить им душу и сознаться в разбое на ИСХИ и убийстве охранника.

Тогда мне подумалось, что это какой-то сюр и что за бред несут эти мутанты… В общем, продолжалось это около двух часов. Потом меня завели в другой кабинет, где сидели чины повыше, оказалось, начальники отделов. Мелькнула пара знакомых лиц, с кем раньше доводилось отдыхать в одной компании. Здесь разговор пошел уже не за разбой. Давай, говорят, колись на заказухи, которые ты совершил по указанию Алексеева Сергея. Подумай, говорят, а то ПЛС (пожизненное лишение свободы) грозит. И подталкивают УК РФ словно невзначай. А под УК лежит несколько отпечатанных листков – протокол допроса. Подпиши, говорят, и будет тебе счастье. Спрашиваю, а что там. Говорят, подпиши, потом прочитаешь. И не только прочтешь, но и все обстоятельно изучишь.

Однако три фамилии я все же увидел: Мендельсон, Конев, Чехов. Я объяснял им что это бред, к которому я не причастен и ничего не знаю о причастности Алексеева к этим убийствам. Но чем больше я доказывал им, тем большим негативом они наполнялись. Как потом выяснилось, по этим и другим эпизодам «правопреступники» уже задержали кое-кого. Однако некоторые из задержанных оказались родственниками лиц, состоящих во власти, в судебных и правоохранительных органах, за что ментам дали по шапке.

Между тем, на тот момент