Доктор Проктор и его машина времени - Ю Несбе

И пока они стояли в растерянности и в солнечных лучах, падающих на мостовую среди высоких парижских домов, они услышали веселое цоканье лошадиных копыт и скрип деревянных колес. Они обернулись. Из-за угла вывернула каурая лошадка с большими черными шорами на глазах, и показался экипаж. Кучер на козлах чуть покачивался и, похоже, дремал. Тканевое пальто, мешки под глазами, на голове изъеденная молью шляпа, черная и длинная, как печная труба.

— Поедем? — зычно спросил он и зевнул.

— Как по заказу! — воскликнул профессор. — Поедем!

Они открыли дверцу, вошли в карету, и экипаж тут же тронулся.

Внутри было два сиденья и четыре места, причем одно было уже занято, так что извозчик и правда прибыл как по заказу. Шляпа незнакомца была надвинута на глаза, и он, казалось, крепко спал, потому что слегка покачивался в такт движению.

— Странно, — сказала Лисе.

— Что странно? — спросил профессор.

— Извозчик не спросил, куда нам ехать.

— Элементарно, — презрительно усмехнулся Булле. — Он должен сначала отвезти первого пассажира.

— Но у нас мало времени! — сказала Лисе. — Давайте разбудим его, спросим, не будет ли он возражать, если мы сначала поедем в Пастилию.

Профессор покачал головой:

— Боюсь, это не поможет, Лисе. Пена к этому времени уже исчезнет.

Они обдумывали это некоторое время, и только лошадиные копыта цокали о мостовую, словно отбивая ритм медленного танца.

— Здесь была Распа, — сказала Лисе. — В толпе. Вы ее видели?

— Нет, — сказал доктор Проктор. — Но это меня не удивляет.

— Как? — сказали Булле и Лисе и удивленно посмотрели на профессора.

— Я предполагал, что она отправится за вами в Париж, — вздохнул он.

— Предполагал? — крикнули Булле и Лисе (да, сразу оба, хором).

— Да. Я послал вас в ее магазин с почтовой маркой нарочно, чтобы она догадалась, что я путешествую во времени, что я сумел реализовать наше общее изобретение. Я знал: как только она поймет это, сразу разыщет меня, чтобы обманом отнять изобретение. Однажды она уже пробовала сделать это, когда была моим ассистентом здесь, в Париже.

— Обманом отнять у вас изобретение? Зачем же тогда вы хотели, чтобы она появилась здесь?

— Затем, что у меня кончилось мыло времени, — сказал профессор. — А запасов в той банке, что хранилась у меня в подвале, хватило бы на то, чтобы вы сю-да попали, но не на возвращение всех троих. Распа — единственный человек в мире, который умеет делать это мыло. Одним словом, она мне была нужна здесь.

— Почему же тогда вы просто не послали Распе открытку с просьбой прибыть сюда? — спросил Булле.

Профессор снова вздохнул.

— Распа по доброй воле ни за что не согласилась бы спасти меня. Она меня ненавидит.

— Почему?

Доктор Проктор почесал лоб:

— Как раз над этим я долго думал, но до сих пор не знаю. Я никогда не посягал на ее право считаться изобретателем мыла.

— Но… — начал Булле, — как вы угадали, что мы проговоримся про поездку в Париж?

Профессор криво усмехнулся:

— Во-первых, я знал, что Распа сама все поймет, когда увидит марку и открытку. Во-вторых, ты, Булле, большой мастер на многое, но не лучший специалист по хранению секретов, правда?

Лисе закашлялась.

— М-да, — сказал Булле и усмехнулся.

— Но что мы будем делать сейчас? — сказала Лисе. — Как нам найти Распу и получить у нее мыло времени?

— Легко, — сказал профессор. — Найти ее вообще не проблема.

— Как?

— Вы ведь не думаете, что извозчик приехал сюда случайно?

Доктор Проктор кивнул в сторону спящего пассажира. Потом показал вниз. Булле и Лисе проследили за его взглядом. И увидели высунувшуюся из-под полы пальто деревянную ногу с роликовым коньком.