Поход - Князь

Долго вспоминал, как по испански сказать «садись в машину» — так и не вспомнил. Поступил проще: освободил Васыля и ему сказал — сидай! Остальные сообразят.

Доехали быстро. Точно, метрах в двадцати от дороги, внизу, довольно приличная заводина с удобным выходом к воде и плавным подъёмом в лес, к дороге. В берег приткнулось корыто Гуннара, во всю длину положен настил, на берег уже спустили кран — современный, в отличие от стоящего там же грузовика. Тонн на двадцать пять. Раздвижная стрела, база — вроде что-то китайское. Их сейчас не различишь — конструкция у всех примерно одинаковая.

Внизу засуетились. Сколько их там? Шестеро, вроде. Двое с автоматами, трое с гладкостволом. У одного только кобура висит. Со мной один Васыль остался, остальные заранее спрыгнули. Поставил машину так, чтобы надпись была хорошо видна, помахал белым платком. Отправил его к своим с напутствием прислать для переговоров старшего.

Встретились мы на середине подъёма. Карабин наверху оставил, стою с одним платочком. Подошёл парень, молодой довольно, лет тридцать с небольшим, белобрысый. Холёный, другого слова не подберёшь.

— Ду ю спик инглиш?

— Это вы аргентинца спрашиваете? — и сую ему в морду своё удостоверение. Как говорит ваш друг Васыль — собачою мовою не розмовляю. На русском говорите? Или предпочитаете украинский? На немецком пойму, но говорю не очень.

— Давайте по-русски — акцент классически прибалтийский.

— Представитесь? Как к вам обращаться?

— Зовите меня Петрас. Про документы мы как-то не додумались. Так в чём дело?

— Вы проникли на территорию Аргентины, более того, собирались украсть нашу собственность.

— Мы никогда не слышали ни про какую Аргентину.

— Теперь слышите. Должен признать, вначале у нас были… некоторые сложности. Народ южный, горячий… Но это время закончилось. Государство оформилось, у руля стали правильные люди, к нам присоединились другие. Канал вновь заработал. И только потому, что мы раньше были малоизвестны, сейчас предлагаем вам просто уйти, без… Без силового воздействия. Ваше место там — за Рио-Гранде.

Петрас стоял… Ошарашенный, мягко говоря.

— Я не могу принять сам такое решение. И вы не слишком самоуверенны? Про силовое воздействие? Про наши Вооруженные Силы вы что-то слышали?

— Господин Петрас, решение о том, что вам надо отсюда уйти, примете или вы, или я. Прямо здесь, и быстро. Только если это сделаю я, уйти вряд ли кому-то удастся. Что же касается вашей армии… Не смешите. Видел я ваших викингов, ещё там, на той Земле. Посмешищем для всей Африки были. Здесь же шансов для вас просто нет. Так что можете забрать своё оружие — я по пятницам несуразно добрый, — садитесь на свой катер и двигайтесь восвояси. Остальное всё остаётся здесь. И времени на всё вам — пятнадцать минут. Вы — внизу и прижаты к воде. А своими пукалками до нас даже не достанете.

— А ведь вы, господин Андрес, я правильно прочитал ваше имя? — наёмник. Мы могли бы договориться.

Уф, ты меня просто выручил, а то уже и не знал, под кого косить! А, понятно, это тебя Африка надоумила…

— Господин Петрас, вы совсем не знаете жизнь. Наёмника нельзя купить. Его можно арендовать. Но только после истечения предыдущего контракта. У нас тоже есть свой кодекс чести, если вы знаете значение этого слова.

К тому же вон то всё — я махнул рукой в сторону локалки — уже(выделил голосом) принадлежит одному очень уважаемому человеку. И поверьте, этот человек вообще не знает слова «гуманизм». А здесь находится его дочь — она приехала лично осмотреть свой актив и очень недовольна происходящим. Так что у вас есть пятнадцать минут, и время пошло. На шестнадцатой — мои люди начнут стрелять.

В это время рация на плече ожила и голосом Сандры произнесла какую-то фразу. Договаривались мы об этом заранее. Блин, надо было хоть какую-то фразу на итальянском выучить. Ладно, есть универсальное:

— Донна белль амаре, кредере кантаре. Дамми иль моменто.

— О чем вы говорили?

— Сеньорита Сандра сказала: «Я его сейчас пристрелю, если не хочет договариваться». Я попросил дать мне ещё немного времени.

Собрались они быстро. Но когда вышли на реку, я всё-таки выстрелил. В двигатель. Так что, даже если пришлют катер, всё равно дня три минимум у нас есть. Пока отбуксируют, пока поменяют движок… А если полезут по короткому пути ножками — есть шесть гранат на растяжки. Пыл сразу пропадёт.

Ну что же, пока наш блеф прокатил — играем дальше…

Глава 18

Написанному — верить!

Написанному верить

Сел, выдохнул… Налил. И закурил потом. — Не, с минами проще.

Сижу с трубочкой, отхожу от стресса… А вся команда стоит и ждёт решения. Вроде как оно у меня по определению быть должно. А в голове пусто-пусто. Только показывать нельзя. Командир должен в глазах подчинённых выглядеть мудрым! Ладно, не знаешь что делать — делай необходимое.

— Так, народ. Водить все умеют? Тогда — Сандра, выбирай, на чём поедешь.

— Это, конечно. — Подошла к кабине крана, похлопала по двери по-приятельски.

— Ты — кран?

— Это называется «кран»? По-итальянски — «гру»… Почему ты удивился? Я тебе говорила: это моя работа — продавать таких машин: эскаватори, гру, карикатори…

— Да, менеджером по продажам. В том костюмчике. — Сандра засмеялась.

— Нет, я надевала униформа — синий штаны такой, — показала руками, как комбинезон. — Для меня делали. Я продавать больших машин на выставках. Димострате. Маленькая женщина и большие машины. Люди покупать — нравится. Они думают — это лёгкая работа. И покупают.

— Ты умеешь работать на кране и экскаваторе?

— Я умею делать… фокус…? Большой машина делать очень маленькие вещи. Большой вещи тоже умею.

Хм, охренеть, какой подарок мне достался… Хорош, однако — не до того пока, удивляться потом будем…

— Иван, водить грузовик можешь?

— Легко.

— Тогда мы с Норой едем на нашей машине на локалку: я снимаю мины, Нора страхует. Вы подтягивайтесь туда, как сумеете. Заодно тогда краном завал растащим. В кузове у тебя — стропы, крюки: северяне хорошо подготовились, спасибо…

Человек может вечно смотреть на три вещи — как горит огонь, как течёт вода, и как другие работают. Свою работу мы с Норой сделали быстро, благо, не много курд намудрил. Вот и смотрим. Скво — профи, без сомнения. А Иван сноровисто работает