Знак Сокола - Дмитрий Хван

Лишь на берегу, в устье малой речушки, впадающей в Уссурийский залив, ангарцы натолкнулись на небольшую деревеньку, в десяток жалкого вида домишек. Над ними курилось несколько дымков, а рядом на длинных шестах сушилась рыба. Изредка слышались звонкие голоса детей да лениво потявкивали собаки. Осмотрев поселение в бинокль, Васин решил обойти его стороной, не привлекая к группе лишнего внимания.

— Удэгейцы, наверное, — пожал он плечами. — Рыбу коптят.

Климат южного Приморья ангарцам очень понравился, по сравнению с ангарским краем здесь был настоящий курорт. Хотя это громко сказано. Зимой в лежащем на широте кавказского побережья южном Приморье довольно холодно. Сказывается зимний муссон, поток холодного северо-западного воздуха. Летние же муссоны приносят прогретый воздух Тихого океана, а также облачность и дожди, которые во второй половине лета особенно часты. Так что с постройкой зимовья надо было торопиться.

Олег Васин уже при планировке места под стройку заодно наметил землю под посадки картофеля, взятого, помимо прочего, с собой.

— Главное — не сожрать это добро зимой! — заметил он.

Корейцы уходили втроём, оставляя шестерых ангарцев и десять амурцев на берегу Тумангана. Из вооружения с собой было взято по два револьвера каждому да по карабину, не считая широкого ножа и нескольких гранат. Минсик предупредил, что по дороге до Хверёна им могут попасться разбойничьи шайки, поэтому идти надо с максимальной осторожностью. Плюсом было то, что эта часть Кореи была не столь заселена, как земли южнее.

— Мой почтенный дедушка будет сильно удивлён, увидев меня, — усмехался Ли Минсик, обращаясь к Киму. — Он, верно, думает, что я мёртв.

Устье Амура

Июль 7151 (1643)

Погода поменялась быстро. Совсем недавно ещё светило солнце и стрекотали в траве насекомые, как вдруг небо затянуло свинцовыми тучами и задул холодный ветер с моря. Начал накрапывать мелкий дождик, предвосхищая скорый ливень. Поэтому пришлось перебираться в дома. Сделанные из жердей и соломенных вязанок, снаружи они смотрелись непрезентабельно, но внутри было и уютно, и тепло, разве что немного сумрачно. Посредине внутреннего пространства дома, в выложенном камнем и обсыпанном песком кострище горел, потрескивая, огонь. Сазонов и Сартинов, непонимающе переглядываясь, сидели на почётном месте, застеленном шкурами. Остальные расположились на лежанках, немного поодаль идущих вдоль стен дома. Отец Жени — Нумару, крепкий и бодрый старик, с огромной бородой и непривычной для его возраста копной волос, время от времени посматривал на зятя, хитро прищуриваясь и кивая в такт разговору. Рядом с ним сидела, поджав ноги, его дочь — Сэрэма. Сейчас ей больше подходило это имя.

Когда ангарцы показались в поселении, вслед за возвратившимися рыбаками, остальные айны встретили их настороженно, но без традиционного для амурцев испуга. Навстречу им высыпало полсотни человек, одетых в просторные халаты из крашеной ткани. Несколько собак подняли было лай, но их быстро успокоили мужчины. Волосатые, длиннобородые, но с белыми лицами и не раскосые, как дауры или тунгусы. Первоначальная настороженность айнов вскоре сменилась радостью — дочь Нумару вернулась в родной посёлок! Старик отец был на седьмом небе от счастья. Он громко принялся призывать братьев Сэрэмы — Рамантэ и Сисратока. Вскоре Сазонов, распаковывающий ящики с подарками, почувствовал тычок в бок. Сартинов, с удивлением вглядываясь в лица молодых мужчин, проговорил:

— Это вообще нечто странное. Взгляни, да они вообще на крестьян наших похожи, со старых фотографий!

Действительно, расчёсанные прямым пробором волосы, окладистые бороды, густые брови, из-под которых хмуро смотрели отнюдь не азиатские глаза. Вот только эти несерьёзные для русского человека дома да очень похожие на кимоно халаты, сделанные из древесных волокон, и редкая среди айнов обувь из кожи лосося не позволяли Алексею с этим согласиться. К тому же айны, по словам Жени, не знали земледелия, что было немыслимо для европейцев.

Алексей вскоре заметил, что Нумару, похлопав дочь по плечу, поднимается со шкур. Подойдя к Сазонову, старый айну что-то ему сказал, посмотрев на сыновей, а те энергично закивали.

— Отец и братья рады видеть тебя и благодарят за то, что я здесь, — перевела Женя.

— Скажи ему, что я тоже рад видеть уважаемого Нумару и твоих братьев, — ответил Алексей. — А где же твоя мать?

— Она умерла, — тихо ответила Сэрэма. — Две зимы назад. Она болела.

Алексею в свете этой новости стало неловко оттого, что сидящий рядом старик с улыбкой вглядывался в его лицо, и он решил переменить тему:

— Женя, скажи, что мы принесли подарки. Котлы, иголки, ножи и прочее.

— Да, я уже сказала. Алексей, мы поговорим с отцом, как договаривались?

— Да, конечно. Вечером, — согласился Сазонов. — А сейчас я отпущу людей к кораблю.

Негоже было оставлять канонерку без капитана, Сартинов с этим согласился. Уже уходя из селения, он сказал Алексею:

— Я понимаю, тебе тут грозить ничего не может, но всё же — будь настороже.

Воевода кивнул, мол, не беспокойся.

А дальше последовал долгий и обстоятельный разговор с Нумару. Тесть заинтересовался народом Алексея и образом его жизни. Сазонов долго рассказывал об Ангарии, о том, как там живётся людям. Как ангарцы продвигаются к океану. И кто является их соседями. Нумару с интересом слушал. При упоминании казаков он оживился.

— Отец говорит, они видели, как бородатые люди заходили на кораблях в устье Амура. Так было уже несколько раз. Но айнов они не беспокоили.

— Скажи, что могут и побеспокоить. Казакам нужно как можно больше людей обложить ясаком — шкурками пушных зверей.

— Ты говоришь, они придут за шкурками? Мы не будем им их давать, — нахмурился старик. — Мы никому ничего не даём, у нас нет хозяев.

Затем айну поинтересовался, можно ли взглянуть на корабль, о котором говорила его дочь. Пришлось сплавать с ним на лодках до «Тунгуса». Поднявшись на борт, Нумару навёл шороху среди ангарцев, облазив с молодецким задором весь корабль от носа до кормы, включая машинное отделение и гальюн. Было видно, что канонерка его сильно заинтересовала, и старый айну ещё долго находился в возбуждённом состоянии от увиденного, расспрашивая, как она плавает, почему ей не нужны гребцы да почему у его гостей нет луков и стрел.

Сазонов, помня о том, что говорила ему жена о своём народе, всё же остался разочарован увиденным. Да, айны были более развиты, чем, скажем, нивхи, но до тех же дауров им было далеко. Айны добывали себе пропитание только охотой и рыбной ловлей, не утруждаясь ковырянием в земле. Для них нужно обширное пространство дикой природы, дававшей айнам всё необходимое для жизни.

Алексей осмотрел и местную кузницу, что была расположена в хижине с односкатной крышей, построенной в опасной близости с жилым домом. Казалось даже, будто кузница айнов — чистой воды бутафория, потому как всё это смотрелось очень несерьёзно: и меха из тюленьей кожи, и наковальня в виде плоского камня, и весьма скромные запасы плохонького железа. Это были в основном испорченные железные изделия, дырявые котлы, наконечники стрел, сломанные ножи.