Приемыш обезьяны - Эдгар Берроуз

– В высшей степени замечательно, в высшей степени замечательно! – сказал профессор Портер.

– Господь бог мой! – воскликнул м-р Филандер, – мы должны сообщить м-ру Клейтону о нашем открытии.

– Потише, м-р Филандер, потише, – остановил его профессор Архимед Кв. Портер. – Пусть мертвое прошлое хоронит своих мертвецов.

И седовласый старик прочел похоронную службу над этой странной могилой в то время, как остальные стояли низко склонив головы, и молились.

С верхушек деревьев Тарзан, обезьяний приемыш, наблюдал торжественный и непонятный обряд; но дольше всего не спускал он глаз с милого лица и изящной фигуры Джэн Портер.

В его наивной душе просыпались новые чувства. Он удивлялся, почему его так интересуют эти люди, почему он взял на себя столько труда, чтобы спасти от гибели в джунглях мужчин? Но он не удивлялся, почему он оторвал Сабор от нежного тела этой чужой девушки.

Несомненно, мужчины были и глупы и смешны и трусливы. Даже мартышка Ману была сообразительней их. Если таковы образчики его собственной породы, ему, пожалуй, нечего гордиться своим происхождением.

Но девушка – ах, это совсем иное дело! Здесь он не рассуждал. Он знал, что она создана, чтобы быть под защитой, а он создан, чтобы защищать ее.

Его удивило, что они вырыли в земле большую яму только для того, чтобы спрятать там кости. Это было очевидно бессмысленным: кому понадобится украсть сухие кости?

Другое дело, если бы на них было мясо, – Тарзан понял бы это, так как только так можно уберечь мясо от гиены Данго и других воров джунглей.

Когда могила была засыпана землею, маленькое общество направилось к хижине, и Эсмеральда, все еще горько плакавшая по покойным, о которых она ничего не слышала до сегодняшнего дня, случайно взглянула на бухту. Ее слезы вдруг прекратились.

– Взгляните-ка на этот белый сброд, – взвизгнула она отчаянно, указывая по направлению к «Арроу». – Они уходят, оставив нас на этом ужасном острове!

И, действительно, корабль медленно направлялся из бухты к открытому морю.

– Они обещали оставить нам огнестрельное оружие и запасы патронов, – сказал Клейтон. – Безжалостные скоты!

– Все это дело рук матроса, которого они зовут Снайпсом, я в этом уверена, – заявила Джэн Портер. – Кинг был негодяем, но он обладал хоть маленькой долей человечности. Если бы они не убили его, я уверена, что он позаботился бы о том, чтобы снабдить нас всем необходимым прежде, чем покинуть нас на этом необитаемом острове.

– Жаль, что они не посетили нас перед своим отплытием, – сказал профессор Портер. – Я намеревался просить их оставить наш клад, потому что, если он пропадет, я буду совершенно разоренным человеком.

Джэн Портер с грустью посмотрела на отца.

– Не жалейте об этом, дорогой, – сказала она. – Это не привело бы ни к чему хорошему. Ведь только из-за этого клада убили они своих офицеров и высадили нас на этот ужасный берег.

– Потише, дитя, потише, – возразил профессор Портер. – Вы добрая дочь, но в практических делах неопытны. – И профессор Портер повернулся, медленно направился к джунглям, сложив руки сзади под длинными фалдами пальто и опустив глаза к земле.

Дочь его следила за ним с трогательной улыбкой на устах, и затем, обращаясь к м-ру Филандеру, шепнула:

– Пожалуйста, не давайте ему скитаться в джунглях опять, как он это делал вчера. Вы знаете, мы рассчитываем на вас, что вы будете хорошо его охранять.

– Каждый день становится труднее смотреть за ним, – ответил м-р Филандер, со вздохом покачивая головой. – Думается мне, он теперь направляется к директорам зоологического сада с докладом, что один из львов был на свободе прошлой ночью. О, мисс Джэн, вы не знаете, сколько мне приходится выносить от него!

– Нет, я знаю, м-р Филандер; но, хотя мы все любим его, вы один умеете ходить за ним. Несмотря на все, что он может наговорить вам, он искренне уважает вас за вашу большую ученость и имеет безграничное доверие к вашему суждению. Бедный папа не делает различия между эрудицией и здравым смыслом.

М-р Филандер, с несколько озадаченным выражением на лице, обернулся, чтобы идти вслед за профессором Портером, стараясь разрешить вопрос: чувствовать ли ему себя польщенным или обиженным двусмысленным комплиментом Джэн Портер.

Тарзан заметил выражение ужаса на лицах маленькой группы следившей за «Арроу». И так как корабль сам по себе был для него интересной новинкой, то он решил отправиться к северу от входа в бухту, осмотреть его вблизи и, если возможно, узнать, куда он направляется. Переносясь по деревьям с величайшей быстротой, он достиг мыска одновременно с тем, как корабль вышел из бухты, так что ему были прекрасно видны все чудеса плавучего дома.

Около двадцати человек бегали взад и вперед по палубе и возились с канатами.

Дул легкий береговой ветер, и судно шло по проливу почти без парусов. Но теперь, когда оно миновало мысок, на нем подняли все паруса, чтобы ускорить ход.

Тарзан следил за плавными движениями корабля с глубоким восхищением, и ему страшно хотелось быть на борту его. Но вот его острое зрение заметило на далеком северном горизонте легкий намек на дым, и он удивился причине такого явления на безбрежном пространстве воды. Почти одновременно с ним, должно быть, и вахтенный на «Арроу» тоже заметил дымок. Несколько минут спустя Тарзан увидел, что паруса были вновь спущены и закреплены. Судно повернуло, и теперь Тарзан знал, что оно возвращается к берегу.

Человек на носу все время опускал в море веревку, к концу которой был привязан какой-то небольшой предмет. Тарзан не понимал, какая может быть цель этого странного действия? Наконец, судно встало прямо против ветра; якорь был брошен, и паруса убраны. На палубе началась суматоха. Была спущена лодка и в нее поставлен большой сундук. Дюжина матросов наклонилась над веслами, и лодка быстро понеслась к тому месту, где Тарзан прятался в ветвях дерева.

У руля Тарзан узнал человека с крысьим лицом.

Лодка причалила к берегу. Матросы выскочили из нее и вытащили на песок большой сундук. Они находились на северной стороне мыска, так что их присутствие было скрыто от обитателей хижины.

Матросы сердито спорили между собой несколько мину г. Потом человек с крысьим лицом, в сопровождении товарищей, поднялся на высокий пригорок, на котором росло дерево. На нем-то и сидел притаившись Тарзан. Несколько минут матросы смотрели по сторонам.

– Здесь хорошее место, – сказал человек с крысьим лицом, указывая на местечко под деревом Тарзана.

– Такое же хорошее, как и всякое другое, – ответил один из его спутников. – Если они застигнут нас с кладом на борту, его тотчас же конфискуют. Мы можем закопать его хоть здесь; быть может, кто-нибудь из нас избежит виселицы и, вернувшись сюда, воспользуется кладом.