За борт! - Клайв Касслер

Питт молча кивнул, открывая холодильник и доставая лед.

— Примерно сорок пять минут.

— И вы нашли еще два спрятанных револьвера.

— На самом деле три.

— Вы очень внимательны.

— В доме ничего нельзя спрятать так, чтобы невозможно было найти. Некоторые из нас в поиске талантливее других. Дело техники.

В голосе Касио не было ни тени хвастовства. Он говорил так, словно сообщал общеизвестные сведения.

Питт разлил спиртное в стаканы и принес на подносе в гостиную. Касио взял стакан правой рукой. И тут Питт внезапно уронил поднос и прицелился в лоб Касио из маленького карманного пистолета 25-го калибра.

Единственной реакцией Касио была легкая улыбка.

— Очень хорошо, — одобрительно сказал он. — Итак, теперь их пять.

— Внутри пустой картонки от молока, — объяснил Питт.

— Отлично сделано, мистер Питт. Умный ход — подождать, пока у меня в руке не окажется стакан. Это показывает, что вы умеете думать. Должен повысить вам отметку до четверки с минусом.

Питт щелкнул затвором и опустил пистолет.

— Если бы вы пришли убить меня, мистер Касио, вы бы сделали это, когда я вошел. Что же вам нужно?

Касио кивком показал на чемоданчик.

— Разрешите?

— Валяйте.

Касио поставил стакан, открыл чемоданчик и достал картонную папку, перетянутую резинкой.

— Дело, над которым я работаю с 1966 года.

— Много времени прошло. Вы, должно быть, очень упрямый человек.

— Не терплю незаконченных дел, — согласился Касио. — Все равно что уйти, не сложив головоломку. Рано или поздно любой следователь сталкивается с делом, которое заставляет его по ночам смотреть в потолок. С делом, которое он не может закончить. Но с этим делом у меня связь личная, мистер Питт. Оно началось двадцать три года назад, когда девушка, банковский кассир, по имени Арта Касилио, украла 128 тысяч долларов из банка в Лос-Анджелесе.

— И при чем тут я?

— В последний раз ее видели, когда она садилась на пароход „Сан-Марино“.

— Значит, вы читали в прессе и о том, что нашли суда.

— Да.

— И думаете, что девушка исчезла вместе с „Сан-Марино“?

— Уверен.

— В таком случае ваше дело закончено. Вор мертв, деньги навсегда исчезли.

— Не так все просто, — сказал Касио, глядя на стакан. — Арта Касилио несомненно мертва, но деньги не исчезли.

Арта взяла только что отпечатанные банкноты Федерального резервного банка. Все номера были записаны, так что проследить путь банкнот не представляет труда. — Касио помолчал, глядя в глаза Питту поверх стакана. — Два года назад исчезнувшие деньги появились.

В глазах Питта неожиданно вспыхнул интерес. Он сел на стул лицом к Касио.

— Все деньги? — осторожно спросил он.

Касио кивнул.

— Они появляются небольшими партиями. Пять тысяч во Франкфурте, тысяча в Каире, все в иностранных банках. Ни одной в Соединенных Штатах, кроме единственной стодолларовой банкноты.

— Значит, Арта не умерла на „Сан-Марино“?

— Нет, она исчезла вместе с судном. ФБР связало это дело с кражей паспорта, принадлежавшего Эстелле Уоллес. По этой нити они смогли проследить за ней до Сан-Франциско. И там потеряли.

Но я продолжал копать и наконец отыскал бродягу, который иногда водит такси, когда нужны деньги на выпивку. Он вспомнил, как подвез ее к трапу „Сан-Марино“.

— Можно ли доверять памяти пьяницы?

Касио уверенно улыбнулся.

— Арта заплатила ему новенькой стодолларовой банкнотой. У него не было сдачи, и она велела ему оставить ее себе. Поверьте, ему не нужно было стараться, чтобы сохранить в памяти такое событие.

— Украденные деньги — в юрисдикции ФБР. Где ваше место в этой картине? Почему вы так упрямо преследуете преступника, чей след давно остыл?

— Я сократил свою фамилию по соображениям бизнеса. Раньше меня звали Касилио. Арта моя дочь.

Наступила неловкая тишина. Снаружи в окна доносился шум взлетающего лайнера. Питт встал и прошел на кухню. Налил из кофейника в чашку холодного кофе и поставил в микроволновую печь.

— Хотите еще выпить, мистер Касио?

Касио покачал головой.

— Значит, вывод таков: по-вашему, в исчезновении вашей дочери есть что-то странное.

— Ни она, ни судно не добрались до порта, но деньги, которые были при ней, появляются таким образом, как будто их понемногу отмывают. Вам не кажется это странным, мистер Питт?

— Не отрицаю, в ваших словах есть смысл. — Микроволновка запищала, и Питт достал чашку с дымящимся кофе. — Но не понимаю, чего вы хотите от меня.

— У меня есть несколько вопросов.

Питт сел. Теперь ему не просто было любопытно.

— Задавайте.

— Где вы нашли „Сан-Марино“? Я хочу сказать — в какой части Тихого океана?

— В районе южного побережья Аляски, — туманно ответил Питт.

— Далековато от маршрута судна, идущего из Сан-Франциско в Новую Зеландию, вам не кажется?

— Да, далековато, — согласился Питт.

— Тысячи две миль?

— Да побольше. — Питт отпил кофе и скорчил гримасу. Такой крепкий, что сгодится на раствор для кладки. Он поднял голову. — Прежде чем мы продолжим, скажу, что вам придется заплатить.

Касио оценивающе взглянул на него.

— Вы не кажетесь мне человеком в большой нужде.

— Я хотел бы узнать названия европейских банков, через которые проходили украденные деньги.

— Есть какие-то особые причины? — спросил Касио, не скрывая удивления.

— Ничего не могу вам сказать.

— Вы не очень склонны сотрудничать.

Питт хотел ответить, но телефон на столе громко зазвонил.

— Алло.

— Дирк, говорит Эйгер. Ты еще не спишь?

— Спасибо, что позвонил. Как Салли? Все еще в реанимации?

— Значит, не можешь говорить?

— Не очень.

— Но слушать можешь.

— Легко.

— Дурные новости. Я ничего не получил. Больше шансов подкинуть карты в воздух и поймать стрит-флэш.

— Может, я добавлю шансов. Подожди минутку. — Питт повернулся к Касио. — Так как насчет списка банков?

Касио медленно встал, налил себе еще „Джека Дэниэлса“ и повернулся спиной к Питту.

— Договоримся, мистер Питт. Список банков за все, что вы знаете о „Сан-Марино“. И мне плевать, даже если это записано на внутренней стороне трусов президента. Либо мы договариваемся, либо я ухожу.