Венец демона - Джеймс Роллинс

Сейхан внимательно посмотрела на Кена.

– Что со мной будет?

Мацуи отвел взгляд. Он хотел бы смягчить свои слова, но знал, что эта женщина хочет услышать правду.

– Пока вы были без сознания, я осмотрел вашу кожу и обнаружил более ста укусов. По моим оценкам, количество отложенных яиц может достигать нескольких тысяч. – Он виновато посмотрел на Сейхан.

– Продолжайте, – велела она.

– Через несколько минут после введения из яйца вылупились особи первой стадии. Они микроскопические, поэтому вы, скорее всего, не испытаете никаких клинических признаков в течение большей части дня, пока они продвигаются глубже.

– А завтра?

– Вторая стадия. Личинки достигнут размеров рисового зерна и начнут наносить реальный урон. К счастью, они, похоже, избегают жизненно важных органов, обходят центральную нервную систему и сердце. – Кен посмотрел ей в глаза. – Тем не менее будет больно. Хотя и не так мучительно, как на третий день.

– Когда они начнут прогрызать мне кости, – бесстрастно продолжила Сейхан.

Кен вспомнил лабораторных крыс, которых использовал в Киото для экспериментального заражения. На этой стадии они корчились от боли, кусали себя; некоторые даже вспарывали себе животы, словно пытаясь выцарапать источник боли.

– Дальше будет все хуже и хуже, – сказал он Сейхан.

– А в самом конце?

Кен покачал головой. На такую прямоту он не был способен. Профессор закрыл глаза, но продолжал видеть крыс, которые, наконец, сдались. Личинки четвертой и пятой стадий буквально перемалывали тела своих хозяев. В течение нескольких дней взрослые особи вылуплялись из коконов и выедали себе путь наружу. Забыть это зрелище он не мог. Тела крыс подергивались, словно живые. Воспоминание даже сейчас заставило его содрогнуться.

– Нельзя допустить, чтобы до этого дошло, – сказал Грей.

Кен сглотнул.

– Повторяю, ничего из того, что я пробовал, не помогало. Даже будь у меня больше времени, я не уверен, что мог бы добиться успеха. Как только личинки попадают в тело, лекарства бесполезны – так часто бывает и с другими насекомыми. – Чтобы объяснить это, он спросил: – Кто-нибудь из вас знаком с Cochliomyia hominivorax?

– С чем? – нахмурился Палу.

– Мясные мухи. Они откладывают яйца в рану, и личинки прокладывают себе путь, поедая плоть. Без лечения можно умереть.

– А в чем заключается лечение? – спросил Грей.

– Единственный способ – операция. Их просто механически удаляют – выковыривают из тела. Никакие препараты их не берут.

– Тогда, может быть, операция… – начал было Грей, глядя на Сейхан.

Кен разбил его надежду.

– Личинки мясных мух залегают неглубоко под кожей. В отличие от личинок одокуро, которые расползаются далеко и глубоко, так что их не достанет ни один скальпель.

В комнате воцарилась тишина.

И тут заговорила Айко, словно ждавшая этого момента.

– Как сказал профессор Мацуи, он работал с одокуро лишь два месяца. Но если информация из Вашингтона верна – об артефакте, украденном во время Второй мировой войны, – тогда кто-то владел этим оружием на протяжении многих десятилетий. Возникает вопрос: почему им воспользовались только сейчас?

Никто не ответил.

– Потому что нечто изменилось, – сказала она. – Должно быть, нашли способ контролировать жизненный цикл этого монстра. Возможно, даже разработали лекарство.

– Но если вы правы, то откуда нам хотя бы начинать поиски? – нахмурился Кен.

Айко слегка улыбнулась.

– Есть одна мысль.

– Какая? – спросил Грей.

– Позвольте мне для начала подчеркнуть: все, что я собираюсь рассказать вам, основано на предположениях, которые могут оказаться ошибочными.

– Иными словами, это проверенная точная инфа, – сострил Ковальски.

– Я говорила с капитаном Брайант, пока вас не было… – продолжала Айко, не обратив на него внимания.

– Вы говорили с Кэт? – переспросил Грей.

– Да, – кивнула она. – Мы знаем, что ос выбрасывали из самолетов «Сессна». А еще мы подозреваем, что за всем этим может стоять японская организация. Поэтому я составила базу данных всех японских компаний, которые арендовали территории на островах в пределах дальности полета «Сессны».

– И что? – спросил Грей.

– Подозреваемых оказалось на удивление много. Азия очень активно инвестирует в Полинезию. При этом Китай и Япония отчаянно конкурируют. Но одно место меня особенно насторожило. Фармацевтическая компания купила небольшой остров. Атолл, если быть точной.

Она вытащила из кармана карту и развернула ее на столе. Подпись гласила: «Северо-западные Гавайские острова». Длинная цепочка крошечных островов тянулась по тысячемильной дуге через Тихий океан до самого острова Мидуэй и дальше.

– Атолл слишком мал и здесь не отмечен, – объяснила Айко, – но он расположен недалеко от острова Лайсан. – Она постучала пальцем по пятнышку на карте.

Палу придвинулся ближе.

– Мы с братухой там иногда плаваем. Душевные места. Малолюдные.

– Большинство островов необитаемы, – подтвердила Айко.

Грей вместе с гавайцем склонился над картой.

– А почему это вызвало подозрения?

– Во-первых, та компания конкурирует с «Танакой», которая профинансировала работу профессора Мацуи.

Айко посмотрела на него, но Кену не требовалось напоминать о вероятной зловещей подоплеке его поездки на Кеймада-Гранди.

– Во-вторых, – продолжала Айко, – на атолле когда-то находилась станция радионавигационной системы «Лоран», принадлежавшая пограничной службе США. Теперь там лишь заброшенная взлетно-посадочная полоса и несколько покинутых зданий.

– Если все это модернизировать, получится удобный перевалочный пункт, – признал Грей.

– Какую компанию вы имеете в виду? – спросил Кен.

– Она в течение нескольких лет попадала в поле нашего зрения – по причинам, которые, похоже, не связаны с этим: черные рынки, финансовые махинации… – Айко покачала головой. – Мы не можем выдвинуть убедительные обвинения. В основном из-за того, что японский закон потворствует корпорациям.

– Итак, что же это за компания?

Айко подняла бровь.

– «Фениккусу лабораториз».

Кен откинулся на спинку стула. Он узнал название. Сейчас оно приобрело для него больше смысла.

– В чем дело? – спросил Грей.

– «Фениккусу» на японском означает «феникс».

– Бессмертное существо, возрождающееся из пепла, – кивнула Айко.

– Интересно, откуда только они взяли такое название, – фыркнул Ковальски.