Женщины в политике. От Семирамиды до Дарьи Дугиной - Наталия Андреевна Елисеева

Холл обращает внимание на то, что «женщинам в целом свойственна лучшая способность к чтению эмоций окружающих, нежели мужчинам». Это отчасти – продукт обострённой женской эмпатии. Правда, талант эмоционального контакта не всегда бывает направлен на сглаживание конфликтов и заботу об окружающих. Согласно исследованиям Лагерспец и Бьйорквист, женщинам, в равной степени, как и мужчинам, бывает свойственна агрессия, но женщины чаще прибегают к косвенным формам агрессии, тогда как мужчины – к прямым. Широко распространены такие методы косвенной агрессии, как диффамация через слухи, столкновение через манипуляцию и т. д. Данные современных социологов позволяют предположить, что в прошлом женщины-лидеры увереннее мужчин чувствовали себя в обстановке дворцовых интриг: они легче распутывали заговоры, но также искуснее могли их составлять.

Если мужчина-лидер обычно полагается на прямолинейную логику и холодный расчёт, то женщина чаще склонна учитывать нюансы и принимать интуитивные решения. Порой они оказываются нелогичными, однако, как убеждён специалист по менеджменту Питер Шодербек, даже в постиндустриальном мире, насыщенном источниками разнообразных сведений, использующем ‘bigdata”, расчёт не всегда оправдан, а обилие информационных потоков, создающих своего рода информационный шум, часто требует от управленцев основывать свой выбор именно на интуиции.

Наконец, мужчины-руководители более импульсивны и решительны, им чужды колебания, в то время как женщина предпочитает взвешивать и медлить. Однако это, по мнению Михайловой и Балашкевич, нельзя списывать на робость слабого пола, скорее, речь должна идти о повышенной ответственности, позволяющей избегать ненужных рисков и авантюр.

Обобщая обнаруженные экспертами по социальной психологии гендерные различия в управленческих стратегиях, можно констатировать:

1. Активность мужчины-руководителя чаще направлена вовне коллектива, на решение его внешних проблем, активность женщины-руководителя обращена вовнутрь (А. В. Чернобровкина). Отсюда можно ожидать, что мужчины-политики чаще способны преуспеть в вопросах внешней политики, таланты женщин требуются для стабилизации внутренней обстановки.

2. Стремясь избежать рисков и потрясений, женщина чаще выбирает эволюционное, постепенное развитие, стратегию «малых дел», предпочитая тактическое планирование стратегическому (О. В. Шевцова).

3. При сравнении гендерных стилей руководства можно «прогнозировать большую эффективность мужчиныруководителя в сферах, связанных с лидерством и постановкой целей… женщины – в сферах мотивации персонала, эффективной коммуникации и при принятии решений» (А. В. Чернобровкина).

Кажется, перед нами предстала достаточно красочная и отчётливая картина, живописующая те преимущества и уязвимые места, которыми обладают лидеры обоих полов. Однако прилагая эти схемы к конкретным историческим персонажам, мы далеко не всегда можем убедиться в их правоте.

Почему?

Да потому, что выше шла речь о среднестатистических мужчинах и женщинах, о различиях между медианами массовых выборок, полученных при сравнении сотен и тысяч случаев, среди которых преобладают более частые типичные. Когда перед нашим взором предстаёт массовый менеджмент низового и среднего звена – в бизнесе ли, на чиновной службе или на поприще гражданской активности – эти схемы работают весьма удачно. Но когда мы начинаем говорить о самых выдающихся политических персонах, вспыхнувших, словно звёзды, на историческом небосклоне – то имеем дело по преимуществу с исключительными личностями, которые выходят за рамки тех или иных правил.

Не случайно Басов, Хайд, Маккоби и другие исследователи психологии пола постоянно подчёркивают, что кривые распределения тех или иных качеств у мужчин и женщин сильно перекрываются, а крайние показатели одного пола могут значительно превосходить средние цифры другого. Нам с вами легко убедиться в правоте этих суждений на примере совершенно очевидного признака, хотя и далёкого от психологии, зато не требующего специальных знаний для его оценки и буквально бросающегося в глаза. Дилетантской иллюстрацией для выводов Басова, Хайда и Маккоби может служить обычный рост. Конечно, всем известно, что мужчины в среднем выше женщин. Однако когда мы наблюдаем наших баскетболисток или волейболисток, на полголовы возвышающихся над стандартными мужскими коллективами, то понимаем, что в этом правиле есть значимые исключения.

Если это справедливо в отношении спорта высших достижений, то что же мешает ожидать похожих исключений в политике, на высших этажах власти? В том, что такие исключения есть, а также в том, что вместе с типичными женскими талантами государственные леди часто демонстрируют и те, что принято считать характерными мужскими, мы убедимся в следующих главах нашей книги.

Глава 2

Как воля женщин сделала человечество умным

Прежде чем говорить о роли отдельных выдающихся женщин в истории, скажем несколько слов о той малоизвестной и поистине выдающейся роли, которую сыграли все женщины в судьбе человечества.

Для этого, прежде чем пуститься в плавание по волнам документальной истории – той истории, которая охватывает лишь несколько последних тысячелетий и запечатлена в письменных источниках – обратимся к временам несравненно более давним, о которых свидетельствуют лишь кости далёких предков. Читать эту историю приходится не с помощью старинных алфавитов и искусных переводчиков, но с помощью радиоуглеродного анализа, генетического секвенирования и иных удивительных методов, взятых на вооружение современной наукой. Однако то, что палеоантропологам удалось узнать из загадочных биохимических шифров прошлого, заставит многих коренным образом пересмотреть свои взгляды на значение женщины и семьи в становлении человека разумного.

Тезисы, которые мы предложим читателю в этой главе, нельзя считать полностью доказанными. На сегодня это лишь гипотеза, правда, опирающаяся на очень веские доводы; более аргументированная, чем альтернативные гипотезы об эволюции разума. Впрочем, сам феномен эволюции до сих пор не всеми воспринимается с доверием: кому-то не нравится наше родство с более примитивными животными, кто-то видит в эволюционных исследованиях покушение на авторитет религии. Авторы отнюдь не предлагают читателю вступать в полемику по этому фундаментальному вопросу мировоззрения. Публикуя эту главу, мы лишь подчёркиваем, что её выводы нельзя считать противоречащими Священному Писанию: в конце концов, в Книге Бытия тоже сказано, что именно Ева предложила Адаму сорвать плод с дерева познания. А проблему – привело ли это познание к добру или ко злу – вынесем за обложку нашего произведения.

Многие биологи предполагают, что именно женщинам принадлежит ключевая роль в самом появлении человека разумного как уникального феномена, коренным образом отличающегося от всех прочих живых существ своим интеллектом и своей социальной организацией. Речь идёт о концепции выдающегося антрополога Оуэна Лавджоя, – того самого, который откопал первого австралопитека Люси. Дело, конечно, не в том, что найденная им в восточной Африке представительница наших первобытных прапращуров принадлежала к женскому полу. Лавджой пришёл к своему ошеломительному