Сады Жёлтой тени - Анри Верн

дом принадлежит коммерсанту из Гонконга; во-вторых, он находится относительно недалеко от клиники профессора Стерна. Вот и получается цепочка, на одном конце которой Гонконг, Азия, Желтая Тень; на другом – клиника профессора Стерна, то есть мисс Лю, Вспомни, что профессор как– то утверждал, когда обследовал впервые мисс Лю, что лишь концентрированная воля, излучаемая в определенном направлении, может привести к гипнотическому воздействию на расстоянии. Вот я и связал это с данными, полученными от Герберта. Таинственный аппарат являлся, скорее всего, искусственным мозгом, созданным Мингом, а дюжина йогов с электродами на висках концентрировали свои ментальные усилия, направляя их на мисс Лю. К их несчастью, в аппарате что-то разладилось и сработала обратная связь, создав короткое замыкание, пробившее мозг йогов и уничтожившее машину, взорвав искусственный мозг. И почти тут же сознание мисс Лю высвободилось…

– Что-то уж больно много фантастику – заметил Баллантайн, опустив голову, – просто даже не верится. Впрочем, гениальный мозг Жёлтой Тени может додуматься еще и не до таких чудес. Хотелось бы мне знать, что скажет на это Герберт.

– Он, скорее всего, посмеется над моей теорией, но вряд ли сможет что-либо ей противопоставить.

Билл Баллантайн громко захохотал.

– Итак, – констатировал он, – случай позволил нам выиграть первый тур в схватке с нашим врагом.

– Ты прав, именно тур, но не партию, – сделал гримасу Боб. – Жду не дождусь, когда же наконец наступит завтра, чтобы послушать, что скажет нам мисс Лю… Если, конечно, сможет что-то сказать,

Моран еще больше забеспокоился бы и заспешил, если бы догадывался о том, что происходило в подземном городе под Чайна-тауном.

Глава 3

Несколько секунд Жёлтая Тень с интересом рассматривал агента, затем слегка кивнул и по губам его скользнула загадочная улыбка, подобная улыбке Будды на статуях в храмах.

– Добро пожаловать, господин Броунсон, – мягко сказал Жёлтая Тень.

Несмотря на мягкий голос и мелькнувшую улыбку, в словах Минга таилась скрытая угроза.

– Что вам от меня нужно? – спросил Броунсон. – Вам дорого будет стоить захват агента контрразведки США.

На лице собеседника снова мелькнула улыбка. Легкая и ужасная улыбка.

– То, что вы агент контрразведки, – не лучший аргумент. В этом-то и кроется ваше несчастье, господин Броунсон. Для осуществления моих планов как раз и нужен агент секретной службы… много агентов секретной службы.

– Что вам нужно от меня? – повторил Броунсон.

На этот раз Желтая Тень пожал плечами.

– А вам-то что! – проговорил он. – Я не имею привычки говорить о своих делах, а тем более с тем, от кого мне что– то нужно.

Он сделал знак своим помощникам в белых халатах, которые окружили Броунсона. Тот попытался сопротивляться, но было слишком поздно. Ему тут же впрыснули в поясницу какую-то холодную жидкость. Броунсон почувствовал, что его как бы парализовало. Он не потерял сознание, мог видеть и слышать, но не мог пошевелить даже пальцем.

Господин Минг долго вглядывался в спецагента, а затем, улыбнувшись, сказал:

– Я очень сожалею, господин Броунсон, что приходится обрекать вас на неподвижность, но это связано с тем, что вы не готовы в данный момент подчиниться моей воле.

Слова Броунсон слышал, но никак не реагировал.

Жёлтая Тень обернулся к присутствующим и скомандовал:

– Введите следующего пациента… Ввели китайца неопределенного возраста, с лицом, исполосованным шрамами и с мертвым взглядом. Он стоял, слегка подавшись в сторону Минга, и руки его болтались, как рукава костюма на вешалке. Желтые глаза Минга впились в лицо вошедшего, как бы вливая в него свою волю.

– Вы будете повиноваться всем моим приказаниям, – произнес он мягким, но в то же время угрожающим, гипнотизирующим голосом.

Китаец чуть склонил голову и прошелестел на одном дыхании:

– Да, хозяин.

Желтая Тень повернулся к Броунсону, окаменевшему под воздействием наркотиков, и объяснил:

– Человек, которого вы видите, давно умер. Он является частью того великолепного резерва человеческих тел, который накапливали в течение столетий мои предки во льдах полюсов[2]. Как многих из тех, кто мне нужен, я возвратил его к жизни. Благодаря моей науке он будет беззаветно служить мне. Я передам ему часть вашей памяти, он примет ваш внешний вид. То же, что и вас, ожидает ваших товарищей. Мои создания займут ваши места. О! Уверяю, господин Броунсон, ни вы, ни ваши компаньоны не умрете. Вас погрузят в летаргическое состояние, до тех пор пока в вас, может быть, не возникнет необходимость.

Жёлтая Тень быстро бросил своим сотрудникам:

– Оперируйте… Ваше время пришло.

Пока двое снимали с Броунсона одежду, двое других готовили странный аппарат. Он напоминал две половинки огромной виолончели, величиной с человека каждая. Впрочем, они и были предназначены для того, чтобы в каждую поместить человеческое тело. Крышки были на шарнирах, а внутри находилось множество небольших воронок– присосок. На месте головы располагалось кольцо с электродами, футляры поместили рядом на низких столах и соединили проводами. Потом к ним подключили еще какую– то аппаратуру.

Двое, которые раздевали Броунсона, подняли его за плечи и ноги и засунули в футляр. Специальный агент почувствовал, как присоски впились в тело, а обруч с электродами плотно охватил голову. Крышку закрыли, и присоски на ее внутренней поверхности тоже впились в тело.

Китаец с мертвыми глазами, обнаженный, был помещен в соседний футляр и закрыт в нем. Желтая Тень приблизился к пульту и начал манипулировать рукоятками. Раздалось глухое жужжание, и вспыхнул сначала зеленый, потом красный свет.

Несколько минут ничего не происходило, а потом красный свет снова сменился зеленым. Еще несколько секунд, и аппарат отключился, свет погас, и жужжание прекратилось.

Откройте футляры, – скомандовал Минг.

И вот, когда крышки были подняты, под ними оказались два идентичных тела. С одной стороны лежал настоящий Броунсон, такой же неподвижный, как и прежде; с другой – его дубликат. Он мог двигаться и казался даже более живым, чем китаец, который послужил сырьем для нового научного чуда Жёлтой Тени.

На другое утро Боб Моран, Билл Баллантайн и Герберт Гейне вошли в палату мисс Лю. Она очнулась, но ее лицо выражало огромную усталость. Люси Лю смотрела на вошедших, но, казалось, была не в состоянии понять происходящее.

– Ну что, – заговорил Боб, – очнулись от своего долгого сна, Спящая Красавица в Заколдованном лесу?

Она опустила глаза, как бы не сознавая, что он говорит.

– Надеюсь, – сказал Герберт, – что теперь вам ничто не помешает рассказать о тех планах Желтой Тени, которые вам известны?

Она прошептала,