Искра божья - Елена Глазырина

— Да, кажись, он, — почесавшись, согласился Жеронимо.

— Ух, ты! Вот бы с ним познакомиться, — возбуждённо переминаясь на месте, протянул Сандро, — сделать с него пару набросков. Такой красавчик! Вы только посмотрите на его профиль. Руку даю на отсечение, что с него можно лепить Феба[85] или Арея!

— Да, я бы тоже не отказался узнать его поближе, — согласился Пьетро. — Арсино — лучший фехтовальщик Истардии. Говорят, он просто бог на ристалище!

— Не, парни, вам ничего не светит, — хохотнул Жеронимо, — де Вико предпочитает девочек, в основном рыженьких.

— Фу, как это пошло! — Сандро поморщился. — Рыжий — цвет разврата и куртизанок.

— Потише с такими высказываниями, сеньор художник, — шутливо одёрнул его Пьетро, — сама великая герцогиня Изабелла нынче красится под лисицу.

— Видимо, она разделяет вашу страсть к прославленному кондотьеру, — предположил Ваноццо.

Джулиано рассеянно прислушивался к праздным разговорам друзей. Его блуждающий взгляд отстранённо скользил по силуэтам людей, сидевших в амфитеатре, изредка задерживаясь на каком-нибудь миловидном женском личике, пока не упёрся глазами в почти истёршийся из памяти образ Кармины Лацио.

Девушка сидела в ложе на третьем ярусе в компании длиннобородого старика и тихо беседовала с ним. Джулиано наслаждался прекрасным алебастровым профилем Кармины, словно унаследованным ей от античной статуи. Её медовые кудри, уложенные в хитроумную причёску, при свете факелов отливали рыжим пламенем. Легкие завитки чуть падали вниз, прикрывая безупречные раковинки ушей с драгоценными изумрудными серьгами. Алые, чуть полноватые губы хотелось незамедлительно покрыть тысячами поцелуев. Джулиано не смог разглядеть цвет её глаз, но видел в них глубокую печаль и зарождающиеся бриллианты слёз.

Действие началось.

Нестройно заиграли музыканты, спрятанные где-то за сценой. На подмостки выбежал разодетый в пёстрые алые панталоны Арлекин.

— Пр-р-риветствую вас, уважаемая публика! — хорошо поставленный голос актёра разом перекрыл гомон зрителей. — Мы рады представить на ваш взыскательный суд комедию в трёх действиях. С нами вы перенесётесь в славное прошлое Конта. Узнаете всё о пороках и добродетелях…

Джулиано перестал слушать актёра. Его внимание занял прекрасный образ Кармины Лацио. Юноша представлял себе её нежный голос, пытался вообразить, о чем спорят девушка и старик. Он придумал тысячу достойных предлогов, чтобы подняться к ней в ложу, и ту же отмёл их. Сомнения и надежды боролись в его пылкой душе, попеременно одерживая верх, но пока никто не мог окончательно победить в этой битве.

Как в тумане сменялись на сцене герои в масках: полуголая Мессалина в рыжем парике; преследующие её любовники в белых туниках; рогатый муж Клавдий в порфировой мантии и короне; доктор, гоняющийся за всеми с огромной клизмой; старый неловкий купец Панталоне, спотыкающийся на каждом шагу; хвастливый капитан наёмников Антоний с огромным мечом длиной чуть ли не в пять локтей.

Вскоре у компании учеников де Либерти закончилось вино, и Пьетро, выманив у Сандро парочку аргентов, отправился с Жеронимо на поиски торговца. Копошения товарищей в поисках пустых сосудов отвлекли Джулиано от разглядывания девушки в ложе. Когда юноша снова поднял глаза, Кармины уже не было рядом с ветхим старцем.

Джулиано стал поспешно проталкиваться к выходу. Он желал непременно перехватить красавицу, чтобы познакомиться с ней и, если повезёт, назначить свидание.

С трудом протиснувшись мимо недовольных зрителей, де Грассо выскочил в пустую аркаду первого яруса, добежал до лестницы, ведущей ко второму, за пару ударов сердца взлетел на третий, заметался в разные стороны, не находя девушки. Ему припомнилось, что всё это уже было, и судьба, возможно, опять играет с ним злую шутку.

Из прохода, ведущего в боковую ложу, навстречу Джулиано выступила угольно чёрная тень в компании ещё парочки таких же.

— И кто это у нас тут такой резвый? — поинтересовался грубый мужской голос.

— Что вам угодно, сеньоры? — спросил Джулиано, медленно закипая.

— То же самое я могу спросить и у вас…

В тусклом свете лунного серпа де Грассо различил обшитые галуном и кружевом бархатные дублеты троицы. Золотые серьги с драгоценными камнями покачивались в мочках ушей. Крашеные страусовые перья на модных беретах развевались на легком ночном ветерке. Короткие щегольские плащи топорщились меховой оторочкой, чуть прикрывая витые гарды дорогого оружия, притороченного у поясов.

Дестраза! Забери их Дьяболла!

— Я не имею времени и желания разговаривать с вами, — сказал Джулиано, предостерегающе кладя руку на эфес.

— А мне, представьте, есть что вам сказать! Моё имя Валентино Томассо ди Лацио и мне не понравилось, как вы сегодня смотрели на мою сестру — Кармину Лацио.

— Это не ваше дело! — огрызнулся юноша. — Мои взгляды нисколько не роняют чести вашей сестры.

— Конечно нет, — вступил в разговор второй из Дестраза с рябым, словно бритым шилом лицом, — но ваша попытка завязать с ней знакомство в тёмных коридорах театра свидетельствует не в вашу пользу.

— Вы ошибаетесь, я искал здесь своих друзей — Пьетро и Жеронимо, — темнота скрыла красные пятна, проступившие на щеках юноши.

— Да что вы такое говорите?! — деланно изумился Валентино. — И что, интересно, эти достойные сеньоры из партера забыли в ярусе лож?

— Очевидно, они желали надрать ваши павлиньи задницы! — крикнул де Грассо выхватывая меч и нанося укол в широкую грудь Валентино.

Противник дёрнулся вбок, и меч Джулиано лишь оторвал кружевной воротник дорогого камзола. Лацио выругался. Воспитанники Дестраза с лязгом достали мечи. Три холодных молнии сверкнуло в лунном свете.

Брат Кармины сразу не понравился юноше, но он не хотел убивать или калечить его раньше времени, считая, что это обстоятельство может сильно испортить впечатление о нём в глазах вожделенной женщины.

Джулиано сделал ещё один выпад и попятился назад, яростно отбиваясь от наседающей троицы противников. Жёсткие удары сыпались на юношу со всех сторон. Его льняная рубашка быстро превратилась в окровавленные лохмотья. Он отступал до тех пор, пока не вывалился на лестницу амфитеатра, хорошо освещённую масляными светильниками и факелами. Соседние с дерущимися места быстро опустели, и юноша побежал вниз прямо по скамейкам, перепрыгивая через три ряда. Разгорячённые Дестраза неотступно следовали за ним, загоняя свою жертву.

— Куда же вы торопитесь, сеньор, а как же наши задницы? — ухмыляясь, спросил рябой.

— Вынужден вас разочаровать, но я предпочитаю женщин! — Джулиано оскалил белые зубы.

Улыбка мгновенно увяла на лице фехтовальщика, и он сделал быстрый выпад в сторону юноши, стоивший ему разорванного манжета с фларийской вышивкой.

Актёры, не обращая внимания на потасовку в зале, продолжили играть и веселить публику. Ученики де Либерти, толпившиеся в партере, заметили Джулиано и, разразившись радостными воплями, ринулись на выручку товарищу, выхватывая на ходу оружие.

Де Грассо вскочил на парапет, отделявший второй ярус