Кукловод - Сергей Шхиян

— Нет, с чего ты взял, — удивилась Маша, но в глаза мне почему-то не посмотрела.

Я начал вспоминать, что вчера сделал не так, но никаких грехов за собой не нашел.

— Но, я же вижу что ты какая-то не такая, — продолжил я.

— А, по-моему, самая обычная, — спокойно ответила она.

— Как ты спала? — спросил я. — Мне тебя очень не хватало!

Пропустив мои слова, мимо ушей, она оживленно заговорила о французах и принялась расспрашивать, кто они, откуда, так, будто это имело для нее хоть какое-нибудь значение. Мне скоро надоела игра в неопределенность, и я встал.

— Я вижу, ты не в духе, поговорим, когда у тебя исправится настроение, — сказал я и, не дождавшись ответа, вышел.

Делать мне было больше нечего, и я пошел в свою комнату. Француз был еще в бане. Я прилег на кровать и тотчас заснул. Сколько времени я спал, не знаю, но думаю не меньше часа. Проснулся от постороннего звука. Посередине комнаты стоял какой-то человек с обнаженной саблей в руке. Спросонья даже не стразу понял, что это де Лафер. Он помылся, побрился, почистил мундир и выглядел совсем другим человеком. Однако удовольствие, увидеть его над собой в такой позе было не самое приятное.

Я прикрыл глаза и наблюдал, что он собирается делать. Однако ничего опасного для моей жизни, виконт предпринимать не собирался. Сначала взвешивал саблю на руке, проверял центровку, геометрию клинка, потом подошел к самому окну и начал изучать ее, можно сказать, по миллиметру.

— Нравится сабля? — спросил я, когда понял, что занимает она его не в прямом, смертоубийственном, смысле.

— О да, — ответил он, оборачиваясь. — Извините, что взял ваше оружие без разрешения, но это такая драгоценная редкость! Такую саблю нельзя выносить из родового замка!

— Из родового замка? — уточнил я, и он утвердительно кивнул. — Я непременно так и сделаю, как только у меня появится замок. Пока же дело за малым, его сначала нужно построить.

Он оценил шутку и рассеяно улыбнулся. Потом спросил:

— Как этот клинок к вам попал?

— О, это длинная история, — попробовал отговориться я. — Боюсь, что я не смогу ее вам рассказать на моем плохом французском языке. Но когда-нибудь, я вам все подробно расскажу. Пока же, могу только сказать, что добыл ее в бою.

— Я так и подумал! — почему-то обрадовался он. — Вы ее случайный владелец!

— В общем-то, вы правы, но я к ней уже так привык, что чувствую ее своей собственностью.

— Если бы я был не простым пехотным капитаном, а императором Франции, то не пожалел бы за такое оружие отдать какое-нибудь европейское королевство, — пылко сказа виконт.

Если бы да кабы, то во рту росли грибы, — подумал я.

— Вас пытались из-за нее убить? — неожиданно спросил он.

— Пытались и не один раз, — подтвердил я.

— Вот видите, а я что говорил! — обрадовался он, хотя ровно ничего на эту тем еще не сказал. — И почему вас не убили?

Вопрос был дурацкий, и я соответственно ответил:

— Потому что не смогли.

— Я не могу этому поверить!

Разговор приобретал какой-то шкодливый оттенок, возможно, я не все правильно понимал по-французски, но как бы то ни было, мне было интересно послушать, что он еще скажет.

— Тем не менее, как видите, я пока жив.

— Тогда, может быть, я ошибаюсь? — спросил он меня.

— В чем? — уточнил я.

— Возможно это не настоящая сабля, а подделка. Посмотрите, вот тут выгравированы символы, («Le symbole», что я перевел как символы) вы знаете, что они означают?

— Нет, а что?

— Я тоже не знаю, — почему-то угрюмо ответил он, — но если бы эта сабля принадлежала вам, то я был бы вынужден, мосье Крылов, вас убить!

Так, сначала в огороде бузина, а потом в Киеве дядька, понял я. Похоже, что француз от перенесенных лишений сошел с ума.

— Ну, раз мы оба не можем прочитать, что там написано, может быть, вы положите ее на место? — попросил я.

— Это не просто надпись, это мистическое заклинание. С вашей саблей случались какие-нибудь чудеса?

— Пожалуй, пару раз что-то подобное было, но в основном я использовал ее по прямому назначению, для боя, — ответил я, с опаской наблюдая, как он во все стороны вертит клинком.

— Эта сабля принадлежит страшной организации (l'organisation), — сказал он. — Это их ритуальное орудие убийства.

— Я тоже что-то такое заметил, — согласился я, — правда я не знал, что они большая организация и думал, что просто религиозная секта. Эта La secte, едва не принесла меня в жертву своему козлиному покровителю.

— Вельзевулу? — уточнил он.

— Кажется, правда, у нас князя тьмы больше называют Сатаной.

— Мои родители пали жертвой этой l'organisatiоn, — мрачно сказа он. — После их убийства наша семья потеряла все, поэтому я вынужден служить простым пехотным капитаном в армии проклятого корсиканца.

Я впервые слышал, что француз так называл своего великого императора, и теперь мне стало понятно, почему виконт де Лафер так завелся.

— Я очень мало знаю об этой l'organisation, только один раз в роли жертвенного ягненка присутствовал на их сборище. После этого мы сталкивались только в бою. Может быть, вы мне расскажете, все, что о них знаете?

— Вы говорите, что сталкивались с ними в бою, — проигнорировав вопрос, сказал он. — Почему же они вас не убили?

Мне уже начало надоедать это переливание из пустого в порожнее и ответил я более резко, чем намеревался:

— Наверное, потому, что не сумели! Смогли бы так убили бы!

— Не сердитесь, мосье Крылов, эти люди без труда убивают всех, даже королей. Мне кажется, у вас есть грандиозный покровитель, и он вас спасает.

Я задумался.

Похоже, де Лафер был прав. За меня могла заступиться служба времени, по заданию которой я работал в Смутном времени, но мы с ними давно потеряли друг друга из виду. Вернее потерял их я, а они меня об этом не оповестили. Мог заступаться «Инопланетянин», как я его называл, человек с необычными способностями, сидевший со мной в Петропавловской крепости.

Естественно, что я не стал откровенничать с малознакомым человеком, но правоту признал:

— Наверное, вы правы, без такой помощи я бы давно погиб. Однако кто мне помогает, я не знаю. Так что вы знаете про эту l'organisation?

— Крайне мало, — наконец ответил на вопрос капитан. — Только то, что у них есть свои люди везде. Думаю, они найдутся и в окружении нашего корсиканца, и вашего императора Александра. У них очень строгая дисциплина и все подчиняются Великому Магистру. Кто он такой, никто не знает, даже члены организации. Ниже его стоят простые магистры…