Дети света - Дина Терентьева

Я удивилась.

– Когда он захочет?

– Да, я пока не могу раскрыть его личность, но обещаю, скоро ты все узнаешь.

Я прижалась к плечу отца еще крепче, вспоминая о ворвавшемся на шоссе незнакомце в сказочном золотистом Ягуаре. Мысли летели живой стрелой, вырисовывая в воображении образ нашего спасителя.

– Мама рассказала вкратце, кто ты, кто я, но у меня еще столько вопросов, папа!

Джеймс хохотнул.

– И ты, конечно же, хочешь получить все ответы сразу?

– Да.

– Ты обязательно их получишь, но постепенно. Я не хочу тебя перегружать. И потом, тебе многому нужно будет учиться. Ты готова? – он посмотрел украдкой на меня. Морщинки в уголках глаз засмеялись.

– Готова, папа. Я в строю! – сказала я уверенным тоном.

– Сразу видно, моя дочка! – довольно произнес отец.

Как обычно это бывает, дорога назад всегда кажется короче. Я не успела оглянуться, как Джеймс припарковался возле нашего дома. Тут же распахнулась дверь, и Эмили выбежала на крыльцо, но перед машиной остановилась как вкопанная. Мы с Джеймсом вышли из машины. Эмили приложила руки к груди, будто пыталась удержать сердце.

– Эмили, – Джеймс не выдержал и первый сделал шаг ей навстречу.

Эмили не выдержала и кинулась ему на шею, а потом, не обращая на меня никакого внимания, они слились в страстном поцелуе. Я стояла возле двери и не спешила подходить к ним. От переполнявшего меня счастья и одновременно боли слезы застлали пеленою глаза, и я, не выдержав нахлынувших чувств, снова села в машину и опустила лицо в руки. Я представила себя на месте обоих родителей. Им пришлось жить в разлуке восемнадцать лет, знать, что они рядом, и не иметь возможности увидеть друг друга, прикоснуться, насладиться объятиями и поцелуями. Их любовь не угасла, и долгий страстный поцелуй был этому подтверждением.

Джеймс и Эмили смотрели друг другу в глаза и что-то говорили. Я наблюдала за ними, словно смотрела немое кино. Их глаза говорили о нескончаемой любви, которую можно было увидеть только в кино. Волосы Эмили слегка растрепались на ветру, а Джеймс держал нежно ее лицо в руках и поправлял выбившиеся пряди, а затем вновь целовал и при этом что-то говорил. Теперь, я уверена, он никуда больше не уедет и не отпустит нас с мамой.

На их лицах играл смех, и они, обернувшись ко мне, помахали, чтобы я вышла из машины. Я захлопнула дверь и подошла к родителям. Они обняли меня, и мы, без слов, зашли в дом.

– Я жутко устала, ноги отваливаются, пойду спать, – я зевнула, прикрыв рот рукой. Эмили хотела что-то сказать, но я не дала ей этого шанса и опередила ее. – Завтра поболтаем, спокойной ночи.

– Спокойной ночи, дочка, – хором сказали родители, и я улыбнулась. Теперь я слышу не один голос одного родителя, а целых два. Сейчас мне этого достаточно. Но в груди вдруг больно защемило. Ведь Роберта я так и не увидела сегодня, хотя очень надеялась на это. Где же он и почему не появился ни в школе, ни на празднике?

Наконец, сняв с себя шуршащий наряд Клеопатры, я с удовольствием приняла душ, в котором согрела каждую клеточку тела. Добравшись до кровати, я прокручивала поцелуй Джеймса и Эмили и мечтала о таком же страстном поцелуе. Передо мною вдруг стал образ Роберта. Меня будто ударило током. Я приобрела отца, а теперь хотела увидеть и Роберта, но по другой причине. Я влюблена… Я пыталась отмахнуться от этой мысли, но от навязчивого образа Роберта, который преследовал меня последние дни, отмахнуться не смогла. И теперь я признаю, мои чувства к нему – это серьезно и бесповоротно. Вспоминая реакцию моего тела на его прикосновения, я вновь почувствовала, как тепло разливалось от корней волос и кончиков пальцев и концентрировалось внизу живота. Истома стоном вырвалась из моей груди.

Всю ночь Роберт не покидал мои сны. Было хорошо, тепло и уютно.