Каникулы строгого режима - Андрей Кивинов

— Смотри, не влюбись!

Спать легли, едва стемнело. Сумрак, окосевший от сплошныхкосяков, вырубился сразу. Кольцов ворочался до полуночи, терзаемый тяжкимидумами о своей дальнейшей участи. Сдаваться в сентябре теперь уже нельзя. Ивообще никогда нельзя. Сразу просчитают и Сергея, и его матушку. А подставлятьлюдей, которые тебя спасли, было бы совсем по-свински. Так что же, прятаться догробовой доски? Тоже еще та перспективка.

Интересно, матери уже сообщили о побеге? Скорей всего.Участкового отправили квартиру проверить. Мать жила в центре Питера, наМаяковского, в двушке. Кольцов велел сдать вторую комнату, если его посадят. Наодну пенсию не протянуть, а тут двести реальных условных единиц.

К бывшей жене, наверное, тоже придут, хотя у нее новый муж.Полагается отработать все связи. Аленке расскажут про плохого папку.

Дочке в августе десять лет. Совсем уже большая. Хорошаядевчонка… Как тут уснешь?

Но в конце концов уснул. Все будет хорошо. Или не будет…

Первым проснулся Сумрак и разбудил вожатого:

— А я думал, ты того… Умер.

— Почему? Так тихо дышал?

— Нет. Так сильно вонял.

Позавтракав тремя порциями жидкой овсянки и бутербродами ссыром, они продолжили уборку территории. Надо было завоевывать доверие ирасположение Зинаиды Андреевны любой ценой. Товарищ капитан-директор в разгарприборки навестила новый экипаж и с удовлетворением заметила, что мужчины нележат на раскладушках, попивая кисель, а, невзирая на тяжелые ранения,добросовестно трудятся. Причем облачившись в морскую форму. Молодцы! Женщин,например, ну никак не заставишь тельняшку и гюйс надеть — сплошныекапризы. А эти — пожалуйста. Пожав им руки, она еще раз про себяпоблагодарила Надежду Михайловну и Сергея.

Последний беженцев сегодня не навещал. Как и условились. Чемменьше дружеских встреч на воле, тем лучше.

Положенец, улучив момент, когда подельник отправился сжигатьмусор, быстро сковырнул половую доску беседки. Ложкой, прихваченной изстоловой, выкопал ямку и сунул в нее пакет с общаком. Авось за два месяца несгниет — грунт хороший, сплошной песок. Вернул доску на место, камнемзабил гвоздь. Лучше, чем в банковской ячейке. А если нарисовать на полу череп скостями, то вообще могила…

В лагерь тем временем прибывали остальные вожатые ивоспитатели. Все женского пола. Кроме физрука. Как оказалось, в дружномпедагогическом коллективе «Юнгограда» было всего пять мужчин. Сторож, завхоз,двое орлов из шестой яхты и шестидесятилетний физкультурник (он же плаврук). Тоесть раздолье для всяческих лав-стори…

Кольцов намекнул воспитателю, чтобы тот в контакт с новымиколлегами особо не вступал. Ни в тот, ни в другой. Неизвестно, что у коллег науме и кто у них родственники. Поведал пару ментовских историй, как серьезныхлюдей подводила излишняя откровенность со своими пассиями. После разрыва отношенийи прекращения финансирования девочки с наслаждением раскрывали интимные тайныбывших ухажеров. И про убийства заказные операм докладывали, и про схемы уходаот налогов, и про половую несостоятельность.

— Будут клеиться, посылай к черту. Только вежливо… Алучше молчи. Немой ты! Злые чечены язык отрезали!

Клеиться стали сразу. «А не поможете ли шкафчик подвинуть? Ане повесите ли занавесочку? А не посидеть ли вечером у костра?..»

Нет уж! Насиделись!..

«А это правда, что вы прямо из Чечни?»

Ой, спасибо, Зинаида Андреевна. Все растрепала! Даже вечеромидти на инструктаж к начальнице они решили попозже, когда разойдется женскийконтингент. Кольцов вновь предупредил подельника, чтобы тот не распускал язык.

Зинаида Андреевна встретила мужчин по-деловому:

— Проходите, товарищи… Жаль, что вы опоздали, я хотелапредставить вас коллективу.

(«Коллектив у нас прекрасный, правда, люди — дерьмо».)

— Извините, Зинаида Андреевна, мусор жгли.

— Конечно, конечно…

Зинаида Андреевна вручила педагогам по авторучке и чистенькомублокноту.

— Вы должны записывать сюда планы, отчеты, а такжеинформацию о детях.

— Зачем?

— Тетради останутся в лагере. Многие дети на следующийгод снова приедут, и новые педагоги могут ориентироваться, кто есть кто.

«Дела оперативного учета, — смекнул Кольцов. —Хорошо, хоть дактилоскопировать пионеров не надо… А может, надо?»

— Перепишите себе распорядок дня. Распорядок дня —это закон. Нарушать его можно только в экстренных случаях.

Распорядок висел на стене под портретом Ленина в краснойрамке. Белый ватман, гуашь.

8-00. ПОДЪЕМ

8-15. ЗАРЯДКА

9-15. ЗАВТРАК

12-00. ПОЛДНИК

14-00. ОБЕД

14-30–15–30. ТИХИЙ ЧАС

18-00. УЖИН

20-00. ВТОРОЙ УЖИН (Фрукты или сок)

21-00. ОТБОЙ ДЛЯ МЛАДШИХ ЯХТ

22-00. ОТБОЙ ДЛЯ СТАРШИХ ЯХТ

— Здесь не указана уборка территории. Это само собойразумеющееся. Каждое утро дети должны убирать территорию возле домиков… Всеостальное — мероприятия и свободное время, — добавила ЗинаидаАндреевна, когда товарищи переписали распорядок в блокноты.

— А вечерние поверки? — вновь забывшись, поинерции ляпнул воспитатель.

— В каком смысле?

— Ну, это… Все ли на месте? В нашем лагере всегдапроводились… Построим детей на плацу перед сном и перекличку проводим. Удобно.Если кто сбежал, сразу видно.

— Идея, в принципе, неплохая, — задумалась ЗинаидаАндреевна. — Если бы в том году проверяли, сразу бы заметили, что девочкинет. Той, что в тайгу ушла. Ну, я вам рассказывала. А так подружки целый деньскрывали… Да, очень здравая мысль. Спасибо, Виктор Сергеевич! Обязательновнесем в распорядок.

Сумрак приосанился и с гордостью взглянул на начальницу. «Нутак… Херни не посоветуем. Педагоги со стажем, ёпть…»

Начальница нацепила очки, бочком вылезла из-за стола ифломастером подписала после второго ужина:

«20–45. ВЕЧЕРНЯЯ ПОВЕРКА».

— А еще у нас секция дисциплины и порядка была! —добавил положенец. — Самых послушных детей туда забивали… то есть —заносили. В пример остальным ставили.

— Тоже правильная идея. Хороших, активных детей надообязательно поощрять и ставить в пример… Теперь главное, — ЗинаидаАндреевна вернулась на капитанский мостик, — завтра в час приедут дети. Выдолжны встретить их у автобуса и перенести чемоданы в кладовую. Самим детямзапрещено переносить тяжести. Тележек у нас нет, придется поработать. Потомвсех построите и отведете на яхту. Пускай выбирают места. В два сновапостроите — и в столовую. Все передвижения по лагерю только строем! Этодисциплинирует.