Странствие, книга I - Григорий Исаев

— Ясно, легат Галлус.

— Тогда иди по своим делам. Если я узнаю, что ты нарушил мой приказ, я закую тебя также, как ты сделал это с твоим отцом. Теперь проваливай.

Они обменялись многозначительными взглядами, и Титу стало ясно, что они не найдут общего языка. Тит молча развернулся и пошел прочь. В груди у него горело гневное пламя. Абсолютно все стало прозрачно. Круговая порука царствовала среди офицеров и чиновников Эзилата — все покрывали друг друга и не давали таким как Тит действовать. Когда Галлус отчитывал его, Титу хотелось выдернуть клинок из ножен и вонзить легату в грудь, но он не мог этого сделать. Он не мог подорвать доверие, оказанное ему Иллиром.

[1] Эсты — люди пришедшие из Эстерии — страны, расположенной восточнее Эзилата.

[2] Речь о деле Примота. Одним из поводов свержения Примота с трона было то, что он и его приближенные употребляли особые наркотические снадобья, которые выменивали у Ланишских ведьм на детей алинов. Детей похищали доверенные Примоту люди прямо с улиц. За последние пять лет известно по меньшей мере 85 случаев похищения детей, о судьбе которых ничего не известно. Когда Иллир прибыл в город и раскрыл этот секрет, то бо́льшая часть жителей Эзилата примкнула к Иллиру в его борьбе за власть.

Глава VII

Судный день, часть 2

Не смотря на уговоры сослуживцев, на следующий день Тит отправился в город. Он взял с собой Комуса и Вария. Эту поездку он организовал под предлогом подготовки к походу в Валлис. Комус крайне негодовал от затеи Тита. Ему казалось, что сейчас командир перебарщивает в погоне за своей целью, но идти наперекор ему не решался. Тит торопился. Он был уверен, что суд начнется к полудню и судьба Натана решится прямо там. Он должен был допросить Оликуса и Онестуса раньше, чем все это случится.

Стрелой воины промчались по улицам Эзилата, подняв клубы серой пыли и вызвав много негодования среди встречных горожан. Сильный ветер, пришедший в Эзилат пару дней назад, раздувал пыль, поднимая ее вихрями в высоту. Тит спрыгнул с коня у самого порога лачуги Онестуса, которую разыскали они не без помощи других погорельцев. Тит настежь раскрыл дверь и застал Онестуса в непристойном виде. Онестус, увидев четверых воинов, испуганно сел на табурет посреди комнаты — он сразу понял, что пришли за ним из-за его грязных дел.

— Ты Онестус Руфс? — грозно воскликнул Тит.

Тот кивнул. Комус и Варий схватили трясущегося Онестуса и прижали к стене.

— Мы пришли по поводу твоего дела с центурионом Оликусом.

— Какого дела? — Испуг перекосил и без того уродливое лицо Онестуса.

— Касающегося Натана. Мы все знаем. Давай по-простому: ты выкладываешь все как есть, и я не вспарываю тебе брюхо!

Тит и раньше прибегал к жестоким методам, но сейчас его воины почувствовали, что он находился практически у самой границы. Клинок командира кончиком уткнулся в мягкий живот Онестуса и стал резать кожу. Капелька крови просочилась через одежду. Комус даже шепнул ему на ухо: «Может полегче?» Но Тит никак не отреагировал на его просьбу.

Онестус не долго держался. Покрывшись потом от страха, трясясь всем своим жирным телом, он заговорил, пуская слюни и обливаясь слезами:

— А что мне оставалось? У меня все сгорело. Я всего лишился… в третий раз из-за этой треклятой войны!

— И поэтому ты решил подставить Алфаята?

— Его бы все равно оставили без гроша. У него было уйма долгов, которые ему нечем было покрыть. Его заказчики перестали покупать товары.

— Это не оправдывает тебя.

— Нет, — уже с обреченным спокойствием сказал Онестус, — не оправдывает. Я предлагал ему просто уйти из города, по-честному, по-дружески заботясь о нем, но он же сам вел себя как скряга. Вы поспрашивайте. Вы не найдете у него больше друзей, только я ему всегда помогал, а он… а черт с ним.

— Сомневаюсь, что ты теперь можешь называть его другом. — Тит взглядом приказал воинам отпустить купца.

— Что вы хотите?

— Одевайся, ты пойдешь с нами.

Обстановка накалялась, но воины, не смотря на все, держались браво — они верили своему командиру.

Тит и его люди привели Онестуса к общественным баням, где разместился суд.

— Что мы тут забыли? — ворчливо спросил Онестус.

Они вошли через главный вход и попали сразу в большой зал, где как раз и заседал суд. Тит надеялся успеть к моменту, когда туда приведут Натана, но обнаружил пустое помещение. Лавки, где накануне сидели присяжные, пустовали. Эхом разносились звуки шагов, отражаясь от мраморных стен. Тит прошел до самого центра помещения и обернулся к своим спутникам. Они стояли у входа.

— Никого… — недоумевая сказал он.

— А кого вы хотели застать? — спросил Онестус.

— Суд.

— Он был вчера. Вчера судили заключенных.

— А Натан? Он был тут?

— Да.

Тит понял, что они пришли слишком поздно, но он знал, что это еще был не конец.

Из другого противоположенного входа в зал донеслись приближающиеся голоса. Тит и остальные умолкли. Через мгновение в зале показались Бенегус Неро, Оликус и судья. Момент истины для Тита настал. Увидев всех их в одном месте одновременно, он понял, что все они были в сговоре и продолжали творить свои черные дела даже после установления новой власти.

Оликус первый увидел Тита и стоящих в отдалении от него Вария, Комуса, Хадегиса и Онестуса. Онестус, заметив гневный взгляд Оликуса, виновато развел рука.

— Что вы здесь делаете? — спросил Оликус.

— Мы пришли на суд дать показания, — ответил Тит.

Судья и Бенигус не сразу сообразили, кто был перед ними. Ошеломленный судья, широко раскрыв