Минус один - Евгения Пастернак

Ира легко поднялась и двинулась к выходу.

– В следующий раз, – сказала она на прощание, – мне сначала показывай, а потом подписывай! Пока!

Он закрыл за Ирой дверь и вспомнил, что еще вчера ненавидел ее изо всех сил.

Вернулся на кухню и обнаружил оставленный Ириной пакет с пачкой пельменей, сметаной и несколькими пакетиками «Быстросупа».

*

До конца уроков Славик досидел, как в первые дни учебного года. Глаза в стенку. Виктуар молчал. Роза попыталась сунуться с разговорами, но Славик сбежал, а потом все перемены отсиживался на подоконнике в самом дальнем коридоре.

После шестого урока он вылетел из школы как ужаленный и, если бы Женя не схватила его за рукав, пробежал бы мимо нее.

– Я тебя жду, – сказала она. – Поехали к Юре.

Славик выдернул рукав. Он и сам собирался в больницу, но он собирался один.

– А ты там зачем? – невежливо спросил он.

– Ну как, – растерялась Женя, – мы же друзья. Ему будет приятно.

– Какие друзья? – сказал Славик. – Вы неделю знакомы, ты его вообще не знаешь.

– Ну как же, – обиделась Женя, – мы с ним вторую ночь в сети трындим. Его из реанимации перевели, планшет отдали.

Славе стало обидно до слез.

Его никто не жалел, когда он болел. С ним никто не трындел ночами. У него не было девушки. У него и сейчас нет девушки. Зато у Юры, похоже, есть. И это та самая Женя, с которой он его познакомил. И уже через неделю она вся его.

– Не поеду я никуда, – сказал он.

– Это твои одноклассницы? – спросила Женя.

Слава обернулся и увидел Розу и Тоню.

– Меня сканируют, – удовлетворенно сказала Женя.

– Да на фига ты им сдалась? – грубо ответил Славик.

– Идиот, – не менее грубо ответила Женя, – съезжу-ка я в больницу без тебя.

*

Слава понял, что за эти месяцы на самбо он реально подкачал физуху. По крайней мере, к остановке припустил так, что Женька сразу отстала. Вскочил в уже закрывающуюся дверь троллейбуса, победно посмотрел в заднее стекло… и увидел, как Женя ловит такси. Сгоряча он выскочил на следующей остановке, чтобы тоже поймать такси, но вовремя сообразил, что денег нет. Пришлось ждать следующего троллейбуса.

Когда он вошел в вестибюль больницы, то первым делом заметил эту сладкую парочку: Юру на кресле-каталке и Женю. Юра выглядел изможденным, но бодрым, он приветственно помахал рукой, но Слава сделал вид, что изучает плакат на стене. Слава мучительно решал: сбежать или дождаться, пока эта нахалка уйдет? Оба варианта выглядели глупыми, и Славка незаметно для себя скатился к мыслям о своей несчастной судьбе.

Он один. В целом мире. Никто о нем не беспокоится. Мать только о деньгах своих думает. Отец бросил. Юрка – на бабу променял. Про школу вообще думать неохота. Как хорошо было, пока он был «зайчиком»! Никаких забот, все жалеют…

Тут в его ногу что-то стукнулось. Слава возмущенно обернулся и обнаружил, что это Юра подкатил на своем кресле. Он так лучезарно улыбался, что Славик не мог не улыбнуться в ответ. Заодно окинул коротким взглядом вестибюль: Женька ушла. Слава улыбнулся чуть искреннее.

– Привет! – сказал Юра. – Смотри, чего у меня есть!

Он задрал майку и продемонстрировал прикрепленный на поясе брюк приборчик. Приборчик мигал светодиодом. Он него шел десяток проводов к разным датчикам.

– Зайцер настоял! – похвастался Юра. – Лечащий пытался упираться, но моя мама плюс Зайцер по вайберу…

Он вдруг расхохотался.

– Зайцер! – вытирал глаза Юрик. – По вайберу! Зайцер-вайбер! Прикол!

– Хорошие у тебя антидепрессанты, – мрачно сказал Славик.

– Да так себе. – Юра понемногу успокаивался. – «Новопассит» в основном. Все медикаменты отменили, зайцеровское экспериментальное лекарство тоже. Кстати, спасибо, брат!

Он протянул руку Славе, и тот автоматически пожал ее.

– Ты же мне жизнь спас! И не только мне! Слушай, а давай ты сядешь, а то у меня шея болит с тобой снизу вверх говорить!

Славка уселся на ближайшее кресло для посетителей. Юрик подкатил к нему вплотную и объяснил:

– Мне планшет дали, а там запрос от Зайцера! Лично! Я ответил, а он мне сразу позвонил!

– По вайберу? – буркнул Слава.

– По скайпу! – продолжал сиять Юрик. – Он долго объяснял, я почти ничего не понял, кроме главного. Всех «зайчиков» можно вылечить!

Юра говорил горячо и сбивчиво, иногда перескакивая с мысли на мысль. Славику пришлось задать около десяти уточняющих вопросов, пока он не начал понимать, что случилось. «Экспериментальное лекарство» на самом деле ничего не лечило. Это было что-то вроде стабилизатора. Или, точнее, тормозатора. Если бы испытания прошли успешно, «зайчики» перестали бы умирать в переходном возрасте, могли бы прожить довольно долго – но все это время нужно было пить «таблетки Зайцера». И жизнь эта, судя по испытаниям, была бы несладкой.

Но случай с Юрой все изменил. Из-за маминого появления у него начался бурный стресс, который, по идее, должен был его убить. Но не убил, потому что стабилизатор сработал. Пошли какие-то то ли гормоны, то ли нейронные сигналы (тут Юра путался), которые что-то там в Юркином организме изменили (в этом месте Юрик даже не пытался объяснить).

– Так что, – победно закончил Юрка, – как только стану транспортабельным, меня везут в Израиль. Там меня изучают и делают уже не тормозатор, а нормальное лекарство! Или не лекарство, а какую-то операцию разрабатывают… Короче, Зайцер пока сам не понял, но меня на всех рентгенах просветит и поймет! Круто, правда?

– Да чего ты веселишься?! – не выдержал Славка, которому от энтузиазма друга становилось только хуже. – А если тебя опять тошнить будет? Или операция будет тяжелая?

– Да и пофиг! – рассмеялся Юра, а потом вдруг стал серьезным. – Я когда умирал… не знаю, какие гормоны там шли или нейроны… Но я вдруг так жить захотел! Пусть на таблетках до конца жизни! Пусть в кровати лежа! Главное – чтобы не умереть!

– А толку? – скривился Славка. – Это сейчас тебя все жалеют, а выздоровеешь… Всем на тебя плевать будет.

– Да пофиг же! Главное, что мне не плевать! Я тут нашел пару дистанционных курсов. Мне астрономия больше всего нравится… Но если вдруг от лечения зрение испортится, я тогда буду петь! Я маме не говорил, но скажу – она мне точно учителя вокала найдет! Или еще что-нибудь!

Слава понял, что спорить с этим жизнерадостным идиотом у него нет ни сил, ни желания. Он обхватил себя руками – и Юрка тут же на них уставился.

– О! Круто! У тебя бицепс!

Слава покосился на руку… Да, раньше она у него была идеально ровная, а теперь вроде чего-то появилось.

– Как твое самбо, кстати? Женя говорила, что ты бросил вроде…