Пустыня всадников - Варвара Еналь

— Кидайте все рядом с крылом Енси. Сейчас будет огонек.

— А можно, я разведу? — тут же спохватился Жак.

— Обойдешься. Прошлый раз ты сложил хворост так, что костер развалился. Теперь будешь смотреть и запоминать.

Мэши, наконец освободив затекшие руки, обошла распростертое драконье крыло, покосилась на потухшие перьевые пластины и остановилась около Люка. Какое-то время молча наблюдала за тем, как он проверяет и смазывает подвижные чешуйки у хвоста. Потом всмотрелась в надпись, проступающую на гладкой полоске в самом низу почти на брюхе, и пробормотала:

— «Максимальная высота — десять нигатов. Максимальная скорость — двадцать пять ликов. Зарядка осуществляется двумя способами»…

— Что ты говоришь? — не понял Люк, выпрямился и глянул на Мэши сквозь непослушные длинные волосы, упавшие на лоб.

— Тут написаны технические характеристики твоей машины. И кстати, она заряжается не только через лучи Светила, но и через энергетические камни. Только надо несколько камней. Штуки три, как минимум, чтобы поднять эту махину в воздух. Так что ночью на твоем драконе вполне можно летать.

— Как он может заряжаться от энергетических камней? В рот их совать, что ли? — хмуро переспросил Люк и тут же замолчал, поняв, видимо, что сморозил глупость.

Во всяком случае, выражение лица у него стало довольно озадаченным.

— Тут все написано. А под надписью должны быть небольшие отверстия для энергиков. Вот, видимо, и они.

Мэши присела на корточки, провела пальцами по теплой шершавой чешуе и легко нащупала узкие пазы.

Люк тут же опустился рядом, и его пальцы заскользили рядом с отверстиями.

— Действительно. Странно, я столько лет летал на Енси и понятия не имел, что его можно заряжать с помощью энергиков.

— Ты что, не читал этих надписей? — удивилась Мэши.

Люк поднялся, отряхнул руки, медленно завернул крышку на стеклянной бутылочке с маслом, которое пахло резко и неприятно. После, не глядя на Мэши, ровно проговорил:

— У нас не все знаки используют, что тут есть.

— Другими словами, ты не умеешь толком читать, — уточнила Мэши ехидным голосом.

Люк поднял голову, глянул на нее и невозмутимо подтвердил:

— Да.

— Ну и болван! Не уметь прочесть то, что написано на твоем драконе, это очень странно. Может, вам не в полеты посылать ваших мальчиков, а организовать для них что-то вроде школы, чтобы они научились нормально читать…

— Умничать будешь в своих Городах, — хмуро оборвал ее Люк. — Лучше расскажи, что ты и твой отец делали в лесах под Бен-А-Элси?

— Может, поедим сперва? А то неудобно болтать на пустой желудок.

— Да, давайте поедим, — тут же подхватил Жак. — Люк, пусть уже Енси даст нам огня.

Люк наклонился к странной кожаной емкости, подвешенной на веревке у драконьего крыла, полил себе на руки, смывая грязь и масло. После взялся за хворост. Уложил его высокой горкой, стараясь тонкие ветки пристроить наверх, а потолще расположить на земле. Дракон распростер крыло, создав что-то вроде крыши, под которой и должен был находиться костер, и Мэши поняла, что ночевка у них будет очень даже уютной.

— Енси, давай-ка нам огонька, — попросил Люк, когда последние приготовления к костру были закончены.

Дракон медленно повернул голову, сверкнул голубыми глазами, и Жак дернул Мэши за руку.

— Отойди немного, — прошептал он.

И Мэши попятилась, чувствуя, как внутри невольно растет восхищение. Драконья морда удивляла своим умным, немного философским выражением. Тонкими перепонками век, ровными, аккуратными белыми зубами. И необыкновенной способностью точно направлять пламя.

Узкая огненная струя рванулась коротким всполохом, обрушилась на кучу хвороста и в одно мгновение запалила сухие ветки. Костер ожил, затрещал радостно и победно, а Енси удовлетворенно рыкнул и медленно опустил голову в траву, щурясь на пламя и время от времени вываливая длинный черный язык.

— Вот теперь займемся ужином. — И Люк достал из седельной сумки куски мяса, щедро присыпанные солью.

Сначала он сложил ладони, наклонил голову и проговорил слова молитвы Настоящей Матери, потом кинул в огонь какой-то мелкий серый порошок и только после этого принялся нанизывать мясо на прутики. Через несколько минут сочные куски уже поджаривались на огне, потрескивали и распространяли вокруг одуряющий аромат.

— Сейчас поедим, а после сходим к водопаду и попьем. И еще выкупаемся, — распорядился Люк.

Он устроился у огня, прислонившись спиной к еще теплому боку дракона, вытянул ноги и принялся расшнуровывать кожаную обувь. Мэши глянула мельком и спросила:

— Вы сами себе обувь делаете?

Люк, не поднимая головы, пояснил:

— Ма шила.

Мягкая кожаная обувка была лишена твердой подошвы. На стопе — такой же кусок кожи. Хорошо выдубленный, твердый, шершавый. Кожа ящера отлично подходила для того, чтобы в ней ходить. Но смотрелось это странно. Никогда Мэши не видела так близко обувь, сделанную руками.

— А у нас обувь делают в мастерских на специальных приспособлениях. И каждый может покупать. Или каждому выдают. Например, ополченцам выдают и обувь, и одежду. Никто сам себе башмаки не шьет.

— Вот и славно, — пробормотал Люк, освобождая наконец ноги и с удовольствием шевеля смешными коричневыми пальцами.

— Неудобно ходить в таких чунях, — продолжала Мэши.

— Прямо там. А шо, в таких вот, как у тебя, тяжелых ботинках удобно? В них же жарко, — не выдержал Жак. — И как ты в них только сидишь у огня?

Мэши действительно было жарковато в ботинках. Слишком теплая обувь, но не станешь ведь надевать для дальнего путешествия тонкие туфли. А эти высокие ботинки защищали и щиколотку, и немного голень от колючек, от насекомых. Да мало ли от чего еще…

Люк велел:

— Устраивайтесь и отдыхайте. Завтра рано вставать. Мэй, сними уже свои башмаки, небось после них ноги болят жутко. И летать в них неудобно.

Мэши заколебалась. Спросила с осторожностью:

— Это еще почему?

— Потому что не чувствуешь пальцами и подошвой чешую дракона. Ты не чувствуешь машину, не сливаешься с ней.

— А мне и не надо.

В ответ Люк только дернул плечом.

Опустившись на траву, Мэши взялась за завязки. Уставшие ноги гудели, кожа ботинок так и не успела высохнуть, внутри стопам было и мокро, и жарко. Как много неудобств, а Мэши их почти не замечает. Столько всего непонятного и нового — до ботинок ли теперь?

Руки мыть никто не стал. И Люк, и Жак так и схватились за прутики с кусочками мяса немытыми руками. Да и Мэши поняла, что есть хочет страшно и сейчас не до чистоты. Она тоже вгрызлась в свою порцию и поймала себя на мысли, что еще никогда в жизни так быстро не жевала. Приготовленное на костре мясо ящера казалось необыкновенно вкусным, хоть и малость пересоленным.