Товарищ Н Релокант - Борис Рябов

Глава 16

Вместо дыма я решил, что надежнее для введения в заблуждение всех в порту, будет поставить парус. В историю с ремонтом Бал поверил сразу и лишних вопросов задавать не стал.

На следующий день мы с Алексеем перешли через Галатский мост и направились в центр старого района. Идя как раз по той самой дороге, которая вела к тюрьме. Остановившись возле угла одного из двухэтажных зданий, Алексей осмотрелся. На крыше этого дома, насколько я понял, Петр намеревался расположить свой наблюдательный пункт.

– Вот отсюда, Миша, ты стартуешь, – задумчиво сказал Алексей, заводя меня за угол.

Я слушал внимательно, не перебивая.

– Если все пойдет по плану, ты, Миша, прицепишь на себя Михри и очень быстро побежишь с ним вот по этим улочкам, – Алексей предложил мне жестом пройти за ним.

– Прицепишь это как? На себя что ли? На спину?

– Ага, я тебе потом покажу. Сейчас главное запомни маршрут. Запомни, как имя свое. Когда стрельба начнется, много что из головы может повыскакивать. И если ты улочкой промахнешься… Сам понимаешь.

– Угу, – осознавая серьезность сказанного, ответил я и последовал за Алексеем.

Поворачивая то влево, то вправо, Алексей провел меня узкими безлюдными улочками до не большого двухэтажного дома. Выхода у него было два. В проулке, частью которого была стена дома, имелась боковая дверь, недавно выкрашенная в коричневый цвет. Закрывалась она изнутри и никаких ручек не имела. Парадная дверь этого дома, на которой висел ржавый замок, выходила прямо на пирс, вместе с окнами с закрытыми ставнями, покрашенными в тот же цвет.

Оглядевшись, я вспомнил, что это было то самое место, куда когда-то меня привел Бал, для продажи Платону Алексеевичу. Это было совсем не далеко от моста, только с другой стороны от причала, где должен будет остановиться Линкор.

– В общем, Миша, если все пойдет по плану, тебе сюда, в эту дверь. Здесь тебя будет ждать Павел. Он тебя пустит, а сам выскочит. Ты с Михри переоденешься и будешь сидеть здесь тихо, до тех пор, пока за вами не придут. В дверь постучат, два коротких стука один длинный. Ну а дальше все сам поймешь.

– А если не по плану и без Михри?

– Тогда тебе все равно сюда. Только одному.

– Угу.

– Кроме того, я тебе дам наган. Ели вас найдут, или что пойдет не так. Три пули можешь потратить на врагов, другие две Михри в грудь, одну себе в голову. Поверь мне, это будет легче, чем плен. Тем более что в плену конец будет такой же, только через долгие ужасные мучения.

Услышав последние слова Алексея, я уставился на него не моргая. В моих глазах читался ужас, который Алексей легко увидел.

– Судя по взгляду, ты все понял, – утвердительно сказал Алексей. – Ты как? Если не уверен, не можешь, говори сейчас. Дело не шуточное.

– Страшновато конечно, – признался я, – Но я нормально, справлюсь.

– Это по-нашему, – Алексей осмотрелся по сторонам. – Теперь расходимся. Ты сейчас еще раз оттуда сюда пройди, пока людей мало. А потом назад на лодку иди, инструменты достань, сделай вид, что что-то чинишь. Завтра еще пару раз здесь пройдешь для закрепления.

Глава 17

Последние три дня мы провели в подготовке. Я еще несколько раз прогулялся по показанному мне маршруту. В последний день перед операцией, под видом испытания отремонтированной машины, мы вышли в море, для обучения мичмана управлению «Новой Еленой».

Он до автоматизма отработал очередность переключения всех рычажков для запуска винта и поддержания котла в готовом состоянии.

Алексей из пеньковой веревки сплел не хитрую сетку. Она крепко привязывалась мне за пояс и со спины обхватывала прицепившегося на спину рюкзаком человека. Натягивая её окончания, перекинутые мне через плечи, получалось плотно прижимать человека к спине и не тратить силы на поддержку его ног.

– А может он и сам сможет бежать? – понадеялся я, проводя испытания веревки с Петром в роли обездвиженного Михри.

– Навряд ли, – ответил мичман, – После фалаки5 больно-то не набегаешься.

Освоив управление, Павел Николаевич с Алексеем установили в каюте несколько зарядов с динамитом и привязали к мачте закрытый глиняный сосуд, наполненный керосином.

Я смотрел на их приготовления с сожалением, понимая, что судьба нашей «Новой Елены» незавидна.

– Ну что братцы, к оружию! – призвал всех Алексей после окончания основных приготовлений.

Он развязал на палубе серый мешок, который с утра мы вынули из секретного места, карта которого была мною описана четыре года назад. На материи лежало две винтовки и шесть пистолетов: четыре совсем новых маузера и два нагана, патроны и четыре гранаты.

– Петр, ты как с двух рук? – поинтересовался Алексей, взяв в руки маузер и наган.

– На отлично, – взяв два маузера, ответил Петр.

– Тогда, если машин будет несколько, твоя с Михри, а то я давно с двух рук не стрелял.

– Хорошо, – согласился Петр.

– Тебе, Миша, вот этот, – Алексей протянул мне наган. – И ровно шесть патронов.

Я взял наган в руки, повертел его и, откинув барабан, зарядил.

– И так, все готово, – подытожил Алексей. – Осталось только начать и кончить. Завтра, пока линкор не подойдет на позиции, не выходим. Павел, Перт, до его появления побудете на другой стороне моста. Как только он в видимости появится, вот тогда все по местам. Еще во время операции молчим, на русском ни слова.

Недолго помолчав, Алексей внимательно посмотрел на каждого:

– С нами бог! – уверенно сказал он, потом озорно сверкнул глазами и спросил, – Ну что, покажем немчуре образцово-показательную операцию!? А?!

– Покажем! – воодушевился Петр.

– Еще как покажем! – уверенно добавил мичман.

Подхватив общий настрой, я почувствовал, как на сердце у меня немного отлегло. Появилась какая-то уверенность в благополучном исходе завтрашнего дела. Зацепившись за этот душевный порыв, я провел остаток дня в приподнятом настроении.

Вечером, высадив товарищей, мы с Алексеем бросили швартовый напротив того самого дома, в который мне предстояло бежать одному или с Михри за спиной.

Глава 18

Идти ночевать в пустую квартиру мне совсем не хотелось. В ней меня начинали одолевать мысли о Лене, о том, как она сейчас, что с ней. Поэтому, сидя на палубе, свесив ноги к воде, я оттягивал этот момент. Глазея на алеющий от багрового заката противоположный берег, я вспоминал, что когда-то с восходом я впервые увидел этот город. Он пугал меня