Охотники за алмазами - Уилбур Смит

— Сержио, на помощь! — прохрипел он. — Ради Бога, Сержио!

И Сержио поднял ее на руки, как ребенка, и побрел к лестнице, ведущей вверх на палубу.

Несмотря на резь в глазах от грязи и морской воды, Джонни видел, что широкая спина Сержио, от плеч до бедер, пробита в десятках мест, как будто кто-то много раз ударил его шилом. Из каждой ранки капала кровь, покрывшая всю спину.

Наверху Сержио остановился, по-прежнему держа Трейси в руках; он стоял, как колосс, и смотрел вниз на скользящего в грязи Джонни.

— Эй, Ленс, выключите вашу проклятую машину. Она потопит мой корабль. Теперь я сам его поведу — поведу куда нужно. Без этой проклятой машины.

Джонни, придерживаясь за переборку, крикнул:

— Сержио, что случилось с Бенедиктом Ван дер Билом? Где он?

— Думаю, он на «Диком гусе» — но сначала он прострелил меня. Выключайте машину, некогда разговаривать.

И он унес Трейси.

Поток грязи снова потащил Джонни по коридору и бросил на дверь контрольной комнаты. Все его тело уже превратилось в один гигантский болезненный кровоподтек, но пока он пытался открыть дверь и проникнуть в контрольное помещение, избиение продолжалось.

Наконец, воспользовавшись засасывающим движением грязи, он сумел открыть дверь и влетел внутрь, сопровождаемый волной желтой смеси, доходившей ему до шеи.

Вцепившись в консоль, он начал нажимать клавиши.

— Стоп драга.

— Стоп двигатель драги.

— Главный двигатель — на ручное управление.

— Навигационная система — на ручное управление.

— Конец всех программ.

Немедленно стих рев перерезанной трубы, который сопровождал все их попытки спастись. Наступила тишина. Конечно, относительная, потому что корпус продолжал скрипеть и стонать от тяжести, которую нес, и от ударов воды и грязи о переборки.

Испытывая слабость и головокружение, Джонни цеплялся за консоль. Он дрожал от холода, каждая мышца в его теле болела.

Неожиданно характер движения корабля изменился, он вздыбился, как загарпуненный кит, и повернул по ветру. Джонни с тревогой встал.

Путь к мостику через полузатопленные коридоры принес новую боль в мозгу и теле: «Кингфишер» вел себя теперь странно и неестественно.

Сцена, которую Джонни увидел на мостике, вызвала такой же холодный ужас, как волна ледяной грязи.

Менее чем в ферлонге впереди и чуть справа лежали Молния и Самоубийство. Оба острова были затянуты сплошным потоком брызг и пены от прибоя, который с пушечным громом бился об их подножия.

Рев ветра смешивался с громом прибоя и производил симфонию, достойную залов ада, но поверх этого дьявольского шума слышался крик Сержио Капоретти:

— Не действует левый главный двигатель!

Джонни повернулся к нему. Сержио склонился над рулем, Трейси лежала на столе с картами, как брошенная кукла.

— Вода убила левый двигатель, — Сержио пытался включить судовой телеграф. Оставив эти попытки, он посмотрел вправо.

Белые утесы теперь были ближе, гораздо ближе, казалось, до них можно дотянуться рукой. Корабль быстро дрейфовал к ним по ветру.

Сержио повернул руль влево, пытаясь развернуть «Кингфишер», чтобы он встречал волны и ветер носом. Корабль раскачивался так, как не должен качаться ни один корабль: задерживался на каждой волне, наклонялся, и рубка в этот момент находилась лишь в нескольких футах от зеленых гребней. И зависала, как будто не собираясь подняться. Потом медленно, неохотно начинала двигаться назад, постепенно ускоряясь, становясь вертикально, а огромная масса воды и грязи в корпусе удерживала корабль, так что он лишь спустя секунды снова начинал медлительно заваливаться.

Сержио изо всех сил держался за руль, но «Кингфишер» продолжало нести в сторону Молнии и Самоубийства. Ветер тащил корабль, как собака несет в зубах кость. С одним двигателем, затопленный водой, «Кингфишер» не мог вырваться.

Джонни оставался беспомощным зрителем; оцепеневший от ужаса, он не мог даже подойти, чтобы оказать помощь Трейси. Он видел все со сверхъестественной ясностью: от кровоточащих ранок в спине Сержио до мощного непреодолимого натиска воды на белые утесы, которые теперь виднелись совсем рядом.

— Не отзывается на руль. Он слишком болен, — Сержио говорил теперь обычным тоном, но голос его, как ни удивительно, легко пробивался сквозь бурю. — Ладно. Попробуем по-другому. Пройдем в щель.

Мгновение Джонни не понимал, потом увидел, что нос «Кингфишера» находится почти посередине между двумя островами.

Это был пролив всего в сто ярдов в самом узком месте, где встречались сильные встречные течения, и при их встрече вверх взметались фонтаны воды. Вся поверхность воды была покрыта пеной, пена вздымалась горами, как будто под этим толстым одеялом океан боролся за глоток воздуха.

— Нет, — Джонни покачал головой, глядя на этот страшный проход. — Мы не сможем, Сержио. Не пройдем.

Но Сержио уже поворачивал руль, и, как ни странно, «Кингфишер» отвечал. Теперь ему помогал ветер, и корабль медленно поворачивался, казалось, задевая бортами за утесы. Корабль нацелился в щель. И тут Джонни увидел:

— Боже, прямо впереди корабль!

Крутые волны скрывали его до этого момента, но теперь он поднялся на вершину. Это крошечный траулер бился в челюстях Молнии и Самоубийства.

— «Дикий гусь»! — закричал Сержио и потянулся к туманному горну, висевшему у него над головой.

— Теперь позабавимся! — И Сержио поднес к губам горн. Хриплый звук горна отразился от утесов, сближавшихся по обе стороны.

— Убил моих парней, да? Стрелял в меня, да? Обманывал меня, да? Теперь я тебя обману, хорошо обману! — Сержио подчеркивал свои торжествующие крики звуками горна.

— Боже, нет! Не нужно! — Джонни схватил итальянца за плечо, но Сержио отбросил его руку и направил корабль прямо на траулер, застрявший в узком проходе.

— Я его предупредил, — и Сержио еще раз затрубил в рог. — А он меня не предупреждал, когда стрелял, ублюдок!

На палубе траулера видна была группа людей. Джонни видел, как они тащили надувной спасательный плот, толстый матрац из черной резины, к ближайшему борту траулера. Услышав туманный рог «Кингфишера», они застыли. Стояли, глядя на надвигающийся на них высокий стальной утес. Их лица казались в полутьме бледными пятнами.

— Сержио. Это убийство. Отверните, черт возьми, мы можем миновать их. Отворачивайте! — Джонни устремился через рубку и схватился за руль. Сержио нанес боковой удар, который пришелся Джонни по виску и отбросил его к штормовой двери.

— Кто капитан этого проклятого корабля? — На губах Сержио выступила кровь, крик разорвал что-то у него внутри.

Нос «Кингфишера» нависал над траулером, как топор палача. Они теперь были настолько близко, что Джонни мог узнать людей на палубе — но только один из них привлек его внимание.