Орудие богов - Талбот Мэнди

– Я обычно гуляю после завтрака – там, на холме, откуда можно видеть нависшую скалу; и вот вы показались на веранде. Вы тоже наблюдали рассвет. Он прекрасен. И мне захотелось с вами познакомиться. Люди, которые любят одни и те же явления, не совсем чужие, знаете ли.

И Тесс впервые почувствовала радость от присутствия Чаму.

– Если бы мой муж знал, он остался бы, чтобы вас принять.

– О нет! Мне известно, что он уехал на весь день. Все меры были приняты.

На Востоке вещи проясняются для вас одна за другой, постепенно… Как будто в ночной тьме зажигаются звезды. И в конце концов появляется столько световых точек, что люди говорят о «непостижимости Востока». Внезапно перед Тесс забрезжил свет.

– Вы хотите сказать, что эти трое нищих – ваши соглядатаи?

Гость кивнул.

– Вы не должны их бояться. Они будут полезны – часто.

– Каким образом?

– Ваш дворецкий знает английский. Вы знаете русский?

– Ни слова.

– Французский?

– Весьма слабо.

– Если бы мы были одни…

Тесс решила разобраться в непонятной ситуации. Она приехала из свободной страны, и частью ее наследия было встречаться с любым мужчиной лицом к лицу.

– Чаму, ты можешь идти.

Дворецкий заковылял за пределы видимости, гость подождал, пока звук удаляющихся шагов не замер где-то возле кухни. Затем спросил:

– Вы меня боитесь?

– Вовсе нет. С чего бы мне бояться? Почему вы хотите остаться со мной наедине?

– Я хочу, чтобы вы стали мне другом. Разве вам это не приятно?

– Но я ничего о вас не знаю. Может, вы мне расскажете, кто вы и почему используете попрошаек, чтобы следить за моим мужем?

– Те, у кого великие планы, приобретают могущественных врагов и сражаются до последнего. Я делаю своими друзьями всех, кого могу, и использую как инструменты даже своих врагов. Вы должны стать мне другом.

– Вы слишком молоды, чтобы…

Внезапно свет снова вспыхнул перед Тесс, и новое открытие заставило ее зрачки сузиться. Гость заметил это и рассмеялся. Наклонился вперед:

– Как вы поняли, что я женщина? Скажите мне. Я должна знать, чтобы лучше играть роль.

Тесс откинулась назад, полностью расслабившись, глядя в небо, наслаждаясь облегчением и тем, что она взяла реванш:

– О, сначала одно, потом другое. Прежде всего, ваша походка.

– Я достану другие сапоги. Что еще? Руки я держала, как мужчина. Может, у меня голос слишком высокий?

– Нет. У некоторых мужчин бывает такой. Ну, длинная прядь золотистых волос у вас на плече – она может принадлежать кому угодно, но у вас уши проколоты.

– Как и у многих мужчин.

– У вас голубые глаза и длинные светлые ресницы. Я видела голубоглазых раджей, но ваши зубы слишком совершенны для мужчины.

– Есть еще что-то. Скажите!

– Помните, как вы повернулись к дворецкому перед тем, как я его отослала? Вы женщина – и умеете танцевать.

– Значит, это плечи? Я еще поизучаю перед зеркалом. Да, танцевать я умею.

– Но расскажите мне о себе, – настаивала Тесс, снова предлагая сигареты. На этот раз гостья взяла одну.

– Моя мать была русской женой Бубру Сингха, сына у него не было. Я законная магарани Сиалпура, но эти дурни англичане посадили на трон племянника моего отца, утверждая, что женщина не может царствовать. Они отдали Сиалпур Гангадхаре, а он настоящая свинья и льстец. Это вместо того, чтобы посадить на трон женщину, которая стала бы только смеяться над ними! А этот гад еще наплодил кучу поросят, так что, если даже отравить его и его отродье, всегда останется какой-нибудь ублюдок – у него их так много!

– А вы?

– Обещайте, что будете молчать!

– Хорошо.

– Как женщина женщине?

– Положитесь на мое честное слово. Но больше я ничего не обещаю!

– Так говорит человек, чьи обещания искренни! Мы уже друзья. Теперь я расскажу вам, что у меня на сердце.

– Для начала скажите, как вас зовут

Гостья уже собиралась дать ответ, когда к воротам подъехал верховой. Его лошадь беспокоилась, и всадник разразился сильными выражениями.

– Том Трайп! – узнала Тесс. – Что-то он сегодня рано.

Гостья улыбнулась. С подозрительной внезапностью из задней двери появился Чаму и вперевалку направился к воротам. За ним наблюдала пара голубых глаз, которые могли прожечь дыру у него в спине.