Карл Великий - Александр Дюма

— Итак, бедный мой философ, у нас нет больше денег, не так ли?

— Клянусь честью, вы ловкий человек, мэтр Эвриан: вы сразу попали в точку, — отвечал ученый старик, не пытаясь скрыть свое финансовое положение.

— А король Карл не внимает голосу разума, если вбил себе что-нибудь в голову; он хочет, чтобы строительство продолжалось, будто мы купаемся в золоте?

— И это верно, — со вздохом кивнул старик.

— Значит, если по возвращении он увидит, что собор не готов, он рассвирепеет, вот что нас обескураживает?

— Все обстоит именно так, как вы говорите.

— Я пришел помочь вам выпутаться из этого положения, — продолжал мэтр Эвриан, упершись руками в колени и глядя мудрецу прямо в глаза.

— Вы, стало быть, можете ссудить меня деньгами? — полюбопытствовал старик.

— Разумеется, — отвечал мэтр Эвриан.

— И много вы могли бы мне одолжить?

— Сколько пожелаете.

— Дьявольщина! — вскричал старик.

— Как? — переспросил мэтр Эвриан.

— Что вы сказали?

— Прошу прощения, мне показалось, что это вы мне что-то сказали.

— Какой залог от меня требуется? — спросил мудрец.

— Да так, сущая безделица.

— Какая же?

— Я прошу душу первого, кто войдет в церковь после ее освящения, и только!

— Так вы, стало быть, дьявол? — опуская очки на нос и с любопытством глядя на мэтра Эвриана, проговорил мудрец.

— К вашим услугам! — привстав со стула, с поклоном отвечал Сатана.

— Очень рад знакомству, — поднимаясь и кланяясь в ответ, заметил старик.

— И что вы скажете?.. — продолжал Сатана.

— Скажу, что дело может сладиться, — молвил философ.

— Так я и думал, — обрадовался Сатана.

— А деньги у вас при себе? — полюбопытствовал старик.

— В этом кошеле, — отвечал Сатана, похлопывая себя по мошне.

— Вашему дьявольскому величеству угодно посмеяться: чтобы окончить строительство собора, мне понадобится больше миллиона, а в этот кошель едва ли войдет пятьсот золотых экю.

— Ваше философское величество шутит, — подхватил Сатана, — ведь вам известно, что мы, бедные дьяволы, владеем множеством секретных фокусов, неведомых человеку.

— Объяснимся начистоту! — предложил философ.

— С удовольствием! — кивнул Сатана.

— Я вас слушаю.

— Вам известна история Вечного Жида?

— У которого было при себе всегда пять грошей? Отлично известна!

— Ну, так мой кошель сделан из той же материи, что и подкладка его кармана; отличие заключается в том, что вместо пяти грошей в нем пятьсот золотых экю.

— Иными словами: сколько из него ни доставай…

— …они не убывают.

— Понимаю, понимаю…

— Ну и отлично!

— …однако сомневаюсь…

— Будьте осторожны: сомнение едва не погубило Фому-неверующего.

— Ну да; правда, Фома сомневался в словах Господа, а уж каково было бы его неверие, ежели бы он имел честь беседовать с дьяволом!

— Справедливо! — согласился Сатана.

— Уж он бы сразу потребовал доказательства, — продолжал философ как бы между прочим.

— Доказательства? — подхватил Сатана. — Извольте!

Он три раза кряду опорожнил кошель на стол перед стариком; тот с величайшим вниманием пересчитал деньги: оказалось ровнехонько пол торы тысячи золотых экю.

— А они не фальшивые? — на всякий случай спросил старик.

— Уж не за жида ли вы меня принимаете? — усмехнулся Сатана.

— Очень хорошо! Полагаюсь на слово вашего величества. Когда же мы заключим договор?

— Уже готово!

— Как так?

— Взгляните сами! — предложил Сатана, подавая ему черный лист, испещренный красными буквами. — Это наш договор, составленный по всей форме и без обмана.

— Вижу, вижу, — кивнул старик. — А ежели случится так, что в моих руках кошель потеряет волшебную силу?

— Сделка будет расторгнута.

— Не угодно ли вам будет отметить это на полях?

— С удовольствием, — улыбнулся Сатана.

Он сделал пометку, как того требовал старик, и подписался первой буквой своего имени; потом он передал договор придворному мудрецу со словами:

— Теперь дело за вами.

— Итак, мы уговорились, — повторил старик, — что вы забираете душу того, кто первым зайдет в церковь?

— Ну да, таков уговор.

— Хорошо, хорошо, — закивал старик, — вам угодно любую душу, не так ли; ежели после того, как я подпишу, вы потребуете у меня душу папы или императора, можно будет счесть вашу просьбу чрезмерной.

— Любую душу! — подтвердил Сатана. — В преисподней один — значит один, а душа папы или императора, как бы ни были тот и другой могущественны, за две не сойдет.

— Значит, любая душа! — повторил философ.

— Любая, — отвечал Сатана.

— Я вижу, вы великодушны. Вот вам моя подпись.

— А вот — полный кошель, — сказал Сатана.

— Ну, стало быть, до свидания, мэтр Эвриан!

— До свидания, господин философ.

— Проводите гостя! — крикнул придворный мудрец ожидавшему в передней лакею.

— Не стоит труда, — молвил Сатана. — Вы же знаете поговорку: «Все дороги ведут в Рим».

С этими словами он топнул, провалился сквозь каменные плиты, покрывавшие пол в кабинете мудреца, и исчез раньше, чем лакей успел отворить дверь.

— Чего изволите? — спросил лакей.

— Ступай за архитектором, — приказал мудрец.

Лакей вышел, а старик сейчас же принялся пригоршнями черпать из мошны золото. Дьявол исполнял свое обязательство на совесть: не успевал старик опорожнить кошель, как тот снова становился полнехонек; когда явился архитектор, мудрец дал ему столько золота, что его хватило бы не только на то, чтобы окончить строительство собора, но и чтобы построить целый дворец. Архитектор не мог прийти в себя от изумления: такого чистого золота ему в жизни своей еще не приходилось видеть; правда, оно попахивало серой; впрочем, чтобы это почувствовать, надо было поднести его к самому носу.

Поскольку никогда до этого архитекторы не отказывались от золота по той причине, что оно попахивает серой, работы, приостановленные было на некоторое время, немедленно возобновились с новой силой, и вскоре колонны выросли, словно грибы, в небо взметнулся купол, а решетки засияли позолотой, как по волшебству; одним словом, спустя полтора года были построены не только собор, но и дворец.