Кукловод - Сергей Шхиян

Действительно, слушать посередине дороги рассказы незнакомого человека о его ратных подвигах мне не слишком хотелось. Судя по выражению лица, добрым глазам и пылкой речи, муж Марьи Ивановны был пресимпатичным человеком, но мне было неловко перед его свитой, явно маявшейся от словоохотливости хозяина.

— Пустое, милейший, Алексей Григорьевич! Что вам в той Калуге? Калуга никуда не денется, как стоит на своем месте со времен князя Дмитрия Донского, так и еще постоит! Когда вы узнаете, что со мной случилось на прошлой неделе, так ни в какую Калугу не захотите!

— Ну, что же, извольте, я послушаю, — смирился я с неизбежным.

Было, похоже, что мне выпал счастливый день, сначала слушать философские рассуждения мужика, теперь батальные истории барина.

— Да знаете вы ли, милейший Алексей Григорьевич, что я был шпионом?!

— Шпионом? — повторил я за ним. — Как же так?

— А вот представьте! Поехал смотреть, как уходят из Москвы французы. Оделся, знаете ли, мещанином, да и смешался с войсками. Иду себе по дороге и все высматриваю, сколько у врага пушек, сколько лошадей и всяких повозок!

Он замолчал, и радостно смотрел на меня, ожидая реакции на свое сенсационное сообщение. Пришлось ему подыграть:

— Надо же, наверное вам было страшно?

— Отнюдь! Французы ведь не знали, что я шпион! — радостно воскликнул он.

— Ну, и много вы нашпионили? — поинтересовался я.

— Ничего не успел толком сделать, — засмеялся скромный герой, — представляете меня схватили французские солдаты и едва не расстреляли! Помог просто невероятный случай! Меня выручили другие французские солдаты.

— Да? — только и сказал я, уже переставая чему-либо удивляться. — Я могу даже сказать как…

Случай, как известно, дело непредсказуемое. Когда я попал в двенадцатый год, меня в бессознательном состоянии нашел в лесу французский патруль. Командовал им французский сержант Жан-Пьер Ренье. С отданными ему в подчинение итальянскими солдатами у сержанта, мягко говоря, не сложились отношения, они собрались Ренье убить, а покойника, за которого посчитали меня, ограбить. Сержанту это не понравилось и при моем посильном участии мародеров мы перебили.

Однако на этом, наши злоключения не кончились. Уже в непосредственной близости от Новой Калужской дороги по которой отступала из Москвы Великая армия Наполеона, мы с сержантом Ренье, наткнулись на троих французов, тащивших вглубь леса человека в штатском. Ренье их окликнул, те же, даже не ответив, тотчас начали в нас стрелять. Сержант получил пулю в плечо, но не испугался, и кончилось эта стычка тем, что с французами мы, с Божьей помощью, справились. А вот штатский, которого я не успел даже толком рассмотреть, пока шел бой сбежал.

— Вы? — удивился, новый знакомый, — откуда вы это можете знать?

— Французских солдат было трое?

— Трое, — подтвердил он, глядя на меня, что называется во все глаза, и даже перестал улыбаться.

— Двое вас вели, а последний, подталкивал штыком? — уточнил я.

— Алексей Григорьевич, дорогой, не томите, откуда вы все это знаете?! — явно волнуясь, спросил он.

— Эти трое солдат обстреляли двоих французских пехотинцев, а вас повалили на землю…

— Не может этого быть! — тихо сказал он, всматриваясь в меня. — Я бы вас непременно узнал. Правда, смотреть по сторонам, у меня не было времени…

— У меня тоже, вы так быстро скрылись, что я вас толком не рассмотрел.

— Я, признаться, запомнил только вашу саблю, такая кривая, скорее всего турецкая. А остаться я никак не мог, что мне было делать в бою без оружия…

— Вы правильно сделали, — успокоил я, обнажая клинок. — Узнаете?

— Это просто невероятно! — обескуражено сказал он. — Конечно, узнаю, я его видел почти возле своего лица! Неужели это были вы?!

— Случайно, но я.

— Голубчик, выходит, я обязан вам жизнью, — сказал он, от умиления заплакал, и опять принялся меня обнимать.

— Ну, нет, что вы, — попытался я остановить новый взрыв эмоций, — случись это со мной, вы бы сделали то же самое.

— Да как же это! Теперь вы должны, вы просто обязаны поехать со мной! Ну, хотите, я перед вами на колени встану? Если я вас не привезу, Марья Ивановна мне никогда этого не простит! Ну, пожалуйста…

Честно говоря, мне и самому стало любопытно разобраться со всей этой чередой совпадений, однако смущали схожесть с неведомым тезкой и неминуемое разоблачение.

К тому же совсем не хотелось обманывать этого милого, наивного человека.

— Ну, что поедете? — снова спросил он, просительно заглядывая в глаза.

— Пожалуй, почему не поехать, — сказал я, незаметно, освобождаясь из его объятий, — в Калугу мне не к спеху, только у меня есть одно маленькое «но».

— Вот и чудесно! — обрадовался он. — А все ваши сомнения мы как-нибудь решим!

— Это не то, что сомнение, — начал я, еще не зная как построить конец фразы, — видите ли, я не совсем тот, за кого вы меня принимаете.

— Что значит не тот? Я ведь даже вашу саблю узнал! Да и откуда вам было знать о тех французах, если вас там не было!

— Нет, с тем случаем все так и есть, а вот то, что я именно тот Алексей Григорьевич, которого вы знаете, я не совсем уверен.

— Что? — только и смог сказать добряк. — Что значит «не тот»? Алексей Григорьевич, вы, видно, надо мной смеетесь, а я не пойму, чем вас прогневил…

Он так обиделся, что я уже пожалел, что затеял этот разговор. Нужно было просто сослаться на занятость и идти своей дорогой.

— Получается, что вы это не вы? Вы с нами не хотите больше знаться? — тихо спросил он, отступая от меня.

— Нет, что вы такое говорите, мне очень приятно было с вами встретиться. Но только, я не тот Алексей Григорьевич, которого вы знаете.

— То есть как это не тот? — растеряно спросил он. — А какой?

— Не знаю, я сам по себе. То есть, меня тоже так зовут, только мы с вами, к сожалению, не знакомы. Вернее сказать, знакомы, ну, тогда в лесу, мы с вами виделись, а вот, раньше не встречались, — окончательно запутавшись, договорил я.

— Не встречались? — переспросил он с нескрываемой тревогой. — И с Марьей Ивановной вы тоже не встречались?

— Тоже, — подтвердил я.

— А с кем вы тогда встречались?

— Не знаю, с партизанами встречался с Сеславиным, с принцем Богарне, с Наполеоном.

— Понятно, вы встречались с самим Наполеоном! И фамилия ваша не Крылов?

— Крылов, — после долгой паузы, ответил я. — Выходит…

— И зовут вас не Алексеем Григорьевичем?

Теперь уже не он, а я совсем ничего не понимал. Ладно, похожая внешность, даже совпадение имени и отчества, но еще и фамилия…