Неукротимый, как море - Уилбур Смит

— А я бы не возражала заиметь такого…

«Золотой авантюрист» высился великолепной горой над пирсом кейптаунской гавани, поджидая своей очереди на постановку в сухой док.

Инженеры компании «Глобус», того самого подрядчика, что был назначен для ремонта лайнера, уже подписали передаточный акт и официально приняли на себя всю ответственность из рук старшего помощника «Колдуна». Впрочем, даже сейчас Дэвид Аллен испытывал за «Авантюрист» неимоверную гордость.

С ходового мостика открывался прекрасный вид на основную акваторию порта, и старпом без помех видел белоснежную надстройку, поблескивавшую под жарким летним солнцем. Высотой лайнер мог посоперничать со стальными кранами, и, уступая позыву, Дэвид с удовольствием вообразил себе этого красавца полускрытого снежной пеленой и морской пеной, переваливающегося с боку на бок в черных антарктических водах. Почему с удовольствием? Потому что он его спас, и теперь, сунув руки в карманы и насвистывая, он разглядывал лайнер и улыбался.

Из радиорубки высунулась морщинистая макушка Трога.

— Тебя с берега кличут, — сказал он, и старпом надел гарнитуру.

— Дэвид?

— Так точно, сэр. — Он вытянулся во фрунт, как только узнал голос Николаса Берга.

— К выходу все готово?

Дэвид сглотнул и посмотрел на часы, вмонтированные в переборку.

— Сэр, мы сняли буксир один час десять минут назад.

— Это я знаю. Я спрашиваю, мы готовы к выходу? И если нет, то когда?

Дэвид хотел было соврать, накинуть побольше часов, а потом просто делать вид, что занят подготовкой, на самом деле тратя время по личному усмотрению, но инстинкт подсказал ему, что сознательно обманывать Николаса Берга выйдет себе дороже.

— Через двенадцать часов, — наконец ответил он.

— Хорошо. Займемся буксировкой буровой вышки из Рио в Северное море. Полупогружная платформа.

— Да, сэр.

Дэвид сориентировался быстро. Слава Богу, он еще не успел отпустить команду на берег! Бункеровка запланирована на тринадцать ноль-ноль. Еще есть шансы успеть…

— Сэр, когда вас ждать на борту?

— Ждать меня не придется, — ответил Ник. — Теперь вы — новый шкипер. Я вылетаю в Лондон пятичасовым рейсом и даже не успею подскочить на «Колдун», чтобы вас облаять. Итак, Дэвид, принимайте командование!

— Благодарю вас, сэр, — промямлил старпом, чувствуя, как горят щеки.

— Бэч Уэки по телексу пришлет все подробности, а контракт согласуете вместе, только попозже. Сейчас главное, чтобы завтрашний рассвет вас застал на пути в Рио на верхней экономической скорости. Понятно?

— Да, сэр…

— Дэвид, я внимательно наблюдал за вами. — Голос Ника смягчился, стал более теплым, не таким официальным. — Вы, черт возьми, прирожденный буксировщик. Почаще напоминайте себе об этом.

— Спасибо, мистер Берг!

Саманта потратила полдня, оказывая посильную помощь оставшимся пассажирам «Золотого авантюриста» в посадке на туристические автобусы, которые развозили людей по гостиницам города, где они будут поджидать чартерного рейса на Лондон.

Это было не очень веселым делом: прощаться с новообретенными друзьями и вспоминать тех, кто не вернулся с мыса Тревоги, например, Кена, который мог бы стать ее возлюбленным, не говоря уже про погибших со спасательного плота номер шестнадцать…

Последний автобус покинул порт, в воздухе растаяли прощальные приветствия — «Спасибо за все! Удачи вам, милая! Обязательно приезжайте к нам в гости!» — и Саманта почувствовала себя такой же одинокой и покинутой, как и молчаливое, опустевшее судно. Девушка еще долго стояла, разглядывая высокий борт лайнера и следы, оставшиеся после атак моря и льда, затем повернулась и медленно пошла вдоль пирса, не обращая внимания на отдельные окрики, посвист или двусмысленные предложения, которыми осыпали ее рыбаки или матросы соседних траулеров и грузовых судов.

На этом фоне «Колдун» казался ее истинным домом. Его лихой, боевитый профиль украшали свежие шрамы, и буксир словно рвался на волю, нетерпеливо подергивая швартовные канаты. Тут Саманта вспомнила, что Николас Берг уже давно не на борту, и настроение вновь упало.

— Господи, — с чувством сказал Тим Грэхем, встречая девушку на сходнях, — я так рад, что вы вернулись. Ума не приложу, что делать с вашими вещами.

— В каком смысле? — нахмурилась она. — Вы что, меня выпроваживаете?

— Ну-у, если только не захотите отправиться с нами в Рио… — Он на секунду задумался, затем просветлел лицом. — А что? Отличная идея, не находите? Там как раз карнавал скоро, так что мы с вами могли бы…

— Тимоти, не увлекайтесь, — предостерегла она. — И почему Рио?

— Шкипер сказал…

— Николас?!

— Да нет же, Дэвид Аллен, он сейчас наш новый капитан.

Девушка тут же потеряла всяческий интерес, но из вежливости спросила:

— Когда отходите?

— В полночь.

— Что ж, мне лучше пойти собираться.

Она оставила третьего помощника у трапа, но, минуя камбуз, натолкнулась на Эйнджела.

— Ты где пропадала? — Кок расстроенно взмахнул мохнатыми ручищами. — Милочка, я весь извелся!

— Эйнджел, что тут происходит?

— Да что там говорить… Все равно, наверное, уже поздно…

— Не томи! — Саманта уловила явные нотки беспокойства. — Выкладывай давай!

— Он до сих пор в городе.

— Кто?

Впрочем, девушка и так поняла: лишь одного человека они могли обсуждать с подобной эмоциональностью.

— Радость моя, ни к чему прикидываться такой тупой. Я про твоего кавалера, естественно.

Саманте не нравилось, что кок постоянно говорит о Нике в таких выражениях, но на сей раз позволила ему продолжить.

— В общем, он пока в городе, но ненадолго. Его самолет вылетает в пять, сначала местным рейсом в Йоханнесбург, а оттуда пересадкой на Лондон.

Саманта замерла. Потом, нервно переплетая пальцы, спросила:

— Да, но… Эйнджел, чем я там буду заниматься?

Кок затряс головой. Бриллиантик в мочке уха и тот сверкнул раздраженным блеском.

— Ну что ты будешь делать… — Он тяжко вздохнул. — Знаешь, у меня в детстве были две морские свинки. Тоже напрочь отказывались этим заниматься. Я, грешным делом, даже подумал, что они умственно отсталые или что-то в этом духе. Перепробовал все, что мог, вплоть до гормонов, — ничего не помогло. Взяли и сдохли после уколов. Увы-увы, их любовь так и не нашла своего воплощения.

— Эйнджел, не паясничай.

— Ты могла бы его придержать за талию, а я тем временем подкрался бы, вколол ему гормончиков…