Сокровище Чингисхана - Дирк Касслер

— Ничего из того, что мы видим, до Улан-Батора нас не довезет, — разочарованно проговорила Тереза.

Рой угрюмо кивнул.

— Значит, будем пробираться к гаражу, который находится в стороне от главного здания, — отозвался он и застыл, услы­шав шум, в котором сразу же узнал фырканье коней. Они явно находились где-то поблизости. Затем послышалось ржание, уже совсем рядом. — Скорее. Прячемся за повозку, — шепнул Рой, кивая в сторону загона.

Бросившись на землю, они бесшумно проползли под длин­ной слегой забора, скользнули за ближайшую повозку и, при­таившись за деревянным колесом, принялись сквозь его спи­цы осматривать двор. Вначале раздался цокот копыт по сланцевым плиткам, а затем показались два всадника. Они объехали святилище, за­тем направились к загону, неторопливо проскакали вдоль за­бора и остановились. Одеты они были почти так же, как и воин на виденном Терезой портрете, — в оранжевых халатах, отливающих золотом в неясном свете, в мешковатых штанах, сапо­гах с высокими каблуками и полукруглых шлемах, украшенных косицами из конского волоса. Несколько минут они крутились всего в нескольких футах от колеса, за которым, стараясь не дышать, вжимались в землю Рой и Тереза. Она чувствовала за­пах конского пота и взбиваемой копытами пыли.

Затем один из всадников выкрикнул что-то неразборчивое, и лошади разом понеслись вскачь. В мгновение ока воины ис­чезли в темноте, перестуке копыт и легких облаках пыли.

— Ночной дозор, — объявил Рой, когда звук копыт стих.

— Рядом с ним чувствуешь себя неуютно, — сказала Тере­за, медленно поднимаясь и отряхиваясь.

— Пожалуй, времени на разведку у нас осталось совсем не­много. Они скорее всего еще вернутся сюда. Нужно проверить, можно ли добраться до гаража вдоль другой стены главного здания.

— Хорошо, давай посмотрим. Главное — убраться отсюда поскорее. Встречаться с такими воинственными ребятами дваж­ды за ночь мне что-то не хочется.

Протиснувшись под слегой, они выползли наружу и бро­сились к тому крылу главного здания, где находились ком­наты для гостей, но не успели добежать до стены, как позади них неожиданно раздались резкие гортанные крики и быст­рый лошадиный топот. Обернувшись, они с ужасом увидели летящих на них всадников. Всего несколько десятков ярдов от­деляло от них Терезу и Роя. Воины обманули их — ускакали не­далеко, затем бесшумно вернулись и спрятались в тени камен­ного святилища. Завидев Роя и Терезу, они устремились за ними в погоню и застали почти на самой середине внутреннего двора.

Беглецы в смятении замерли ни месте. Они не знали, в ка­кую сторону бежать — то ли назад, к главному зданию, то ли вперед, через двор. В сущности, разницы никакой не было, всад­ники настигли бы их все равно, поскольку отлично видели. Те­реза увидела, как один из них вдруг слегка откинулся назад, натянул поводья, и конь встал на дыбы. Второй всадник про­должал скакать, направив коня на них.

Рой сразу понял, что всадник хочет сбить их с ног. Тереза расширенными от ужаса глазами смотрела на неумолимо при­ближавшегося воина.

— Вперед! Беги! — закричал Рой и, схватив Терезу за плечи, оттолкнул в сторону. Всадник был уже рядом с ними, но Рой успел спасти Терезу и сам увернулся от коня. Всадник пронес­ся мимо. А затем Рой сделал нечто невероятное. Вместо того чтобы укрываться от нападавших, он повернулся и побежал за всадником.

Ничего не подозревавший воин проскакал еще несколько ярдов, затем остановился и развернул коня вправо, намерева­ясь снова попытаться сбить беглецов. Однако в этот момент передним неожиданно возник Рой. Подпрыгнув, инженер-сейс­молог ухватился за поводья и резко дернул их вниз. Конь за­хрипел от боли.

— Хватите нас веселого дерби, — пробормотал Рой.

Всадник изумленно смотрел, как Рой останавливает хоро­шо объезженного коня и тот, хрипя и выпуская клубы пены, покоряется ему.

— Не-е-е-е-ет! — раздался крик Терезы, такой пронзитель­ный и громкий, что его, наверное, услышали даже в Тибете.

Рой, бросив короткий взгляд на Терезу, увидел, что та ва­ляется у стены, но никакая опасность ей не угрожает. Только потом он уловил слабое движение вдали — навстречу ему выле­тел какой-то предмет. Затем он почувствовал сильный удар в грудь, и внутри у него словно все загорелось. Он начал оседать на землю, упал на колени, его охватила слабость. Почти сразу же рядом с ним появилась Тереза, подхватив его за плечи.

Длинная стрела с отточенным как бритва наконечником, выпущенная вторым всадником, прошла в миллиметрах от серд­ца Роя. Она насквозь пронзила его тело и вышла со спины как раз напротив сердца, пробив легочную артерию. Эффект был почти тот же самый, что и при попадании в сердце, — обильное внутреннее кровотечение, приводящее к неизбежной его оста­новке.

Тереза отчаянно пыталась остановить поток крови, стекав­шей на грудь Роя, — зажимала ладонью место, куда попала стре­ла, но ничем не могла помочь. Рой истекал кровью. Тереза при­жала к себе его лицо, с которого начала медленно сходить крас­ка. Он жадно хватал ртом воздух, тело его обмякало. На секун­ду глаза его вдруг вспыхнули, и Тереза подумала, что он про­держится. Рой посмотрел на Терезу и мучительно выдохнул:

— Постарайся спастись.

В следующую секунду веки его сомкнулись, и он умер.

17

Пассажирский сверхзвуковой лайнер «Ту-154» Аэрофлота медленно снизился, сделал круг над Улан-Батором, поймав ве­тер, поравнялся с главной взлетно-посадочной полосой аэро­порта Буянт-Уха и начал садиться. Под безоблачным небом Монголии, сидя в тесном пассажирском кресле у окна, Питт любовался панорамой города и окружавшим пейзажем. Мно­гочисленные строительные краны и бульдозеры свидетельство­вали о том, что столица Монголии стремительно растет. Пер­вое впечатление от города оставалось неважным. Улан-Батор казался задворками советского блока, увязшими в середине 1950-х годов. Город с населением в миллион двести тысяч че­ловек был когда-то возведен по советским проектам, отличав­шимся безликостью и однообразием. Десятки районов с уны­лыми серыми домами, дарующими тепло и комфорт на уров­не тюремного барака, усеивают Улан-Батор. Некое подобие архитектурного самосознания проглядывается лишь в партий­но-правительственных монолитах, окружающих центр горо­да. Однако недавно обретенная независимость, вкус к демо­кратическим преобразованиям и рост экономики позволили разнообразить и модернизировать некогда застойную столицу. Быстро растущие сети ярких магазинов, шикарных ресторанов и модных ночных клубов оживили облик Улан-Батора, доба­вили ему динамичности и новизны. Однако окраинные райо­ны все так же состоят из множества ветхих войлочных юрт, на­поминающих перевернутые пиалы, — традиционных жилищ монгольских скотоводов и их семей. Сотни белых и серых юрт раскинулись по пустынным полям вокруг Улан-Батора, един­ственного настоящего города в стране.

О Монголии на Западе известно очень немного. Да практи­чески ничего, если не считать Чингисхана и монгольской го­вядины. Малонаселенная страна, зажатая между Россией и Китаем, занимающая обширную территорию, равную Аляс­ке. Скалистые горы формируют пейзаж на севере и западе стра­ны, с юга раскинулась пустыня Гоби. Середину Монголии пе­ререзают бескрайние степи и холмистые поля, давшие миру не­превзойденных наездников, составивших некогда ее славу. По­бедоносные времена кочующих монгольских орд давно стали историческими воспоминаниями. Годы советской власти во­гнали Монголию, одно из самых крупных государств коммуни­стического блока, в бедность и отсталость. Лишь в последние годы монгольский народ вновь начал обретать собственный голос.