Золотой лев - Уилбур Смит

Грей продолжил – «Точно так же невозможно выжить, не говоря уже о процветании на таком острове, как Занзибар, не имея возможности общаться и с более подлыми людьми - похабниками, карманниками, разбойниками и торговцами человеческим мясом. Светский человек может оказаться в каком-нибудь темном переулке каменного города, ведя дела с людьми, которые скорее продадут своих дочерей, чем будут честно работать, так же легко, как в конторе уважаемого делового человека ...’

- Разница не всегда очевидна, - заметил Пэтт.

‘Конечно, нет, сэр, хорошо сказано! - воскликнул Грей. - ‘Однако я хочу сказать, что человек всегда должен уметь вести себя так, как того требуют обстоятельства. И я не достиг бы того положения, которое занимаю сегодня, сэр, будь я слишком робок, легковерен или в малейшем отношении некомпетентен.’

‘И все же, сэр, если вы не возражаете, я не могу не отметить, что теперь ваше положение кажется мне менее завидным, чем когда-то. Когда нас провожали в этот особенный салон, я не мог не отметить, что на некоторых стенах были пустые места, указывающие на продажу картин, которые когда-то там висели. Хотя ваш двор очень приятен, клумбы вокруг фонтана не были должным образом ухожены, и я не мог не отметить, что некоторые из слуг, хотя они были достаточно послушны, казались неуверенными в своих ролях и относились к вам совсем иначе, чем слуга с давних времен заботится о нуждах своего хозяина. Поэтому мне пришло в голову, что вы могли бы пригласить их на эту трапезу, где когда-то они были частью вашего обычного заведения.’

‘Вы очень наблюдательны, мистер Петт, - едко заметил Грей.

‘Это требование моей профессии.’

‘Тогда вы явно мастер своего дела, потому что вы правы. Как и вы, сэр, я знаю, что такое страдать от несправедливого и жестокого обращения. Я поверил сэру Генри Кортни на слово. Я поверил, что он именно тот джентльмен, за которого себя выдает.’

‘Я так понимаю, что он получил от вас информацию хитростью.’

‘Совершенно верно. Он пришел сюда, утверждая, что он мой друг, и все же он взял свой корабль, чтобы сражаться против единственного истинного Бога и тех самых людей, которых он поклялся поддерживать.’

Петт собрался с духом, чтобы оставить это богохульство безнаказанным – по крайней мере, пока. В его голове звучали голоса, взывающие о возмездии этому гнусному отступнику, который отрекся от Бога и Христа ради языческого божества. Но у Петта была работа, и она требовала сотрудничества Грея, поэтому он был вынужден хранить молчание и сохранять маску самообладания, несмотря на то, что он едва мог слышать голос Грея из-за святого, вопящего в его черепе.

‘Я полагаю, что были и такие, кто совершенно несправедливо обвинял вас в том ущербе, который Кортни нанес их делу, - сказал Петт.

- Именно так. Двери были закрыты для меня, Петт, двери, которые когда-то приветствовали меня в самых высоких и прекрасных слоях общества. Мое состояние, как вы столь проницательно оценили, сильно пострадало. Я нахожусь на самом низком уровне, как никогда раньше. А теперь у Кортни хватает наглости показаться здесь после того, как он обманул меня. Если бы он пришел ко мне в духе искреннего извинения, желая навести между нами мосты, загладить свою вину за то пренебрежение, с которым он обращался со мной при нашей последней встрече, что ж, я очень разумный человек, я мог бы дать ему второй шанс. Но выказывать лишь малейшее раскаяние и приносить самые пустячные извинения ... ей-Богу, сэр, это бессовестно!’

- Я приписываю это молодости. Кортни просто не понимал всей серьезности того зла, которое он причинил вам. Он все еще иногда ведет себя так, словно играет в игру, в которой его обаяние и добродушие помогут ему пройти через любую передрягу. Я ясно видел, что он засовывает голову в петлю, но я сдержался.’

- Только потому, что вы хотели стать палачом.’

‘Я совершенно уверен, что вы понимаете необходимость зарабатывать себе на жизнь, мистер Грей.’

- Конечно, понимаю. Это еще более усугубляется тем фактом, что здесь, на Занзибаре, есть и другие люди, которые чувствуют себя столь же обиженными им, если не больше, чем я. Они будут очень рады, если я избавлю их от Генри Кортни, и будут очень щедры ко всем, кто поможет мне в этом деле.’

- Тогда я буду рад помочь вам. И есть еще один элемент в этом стремлении, который заслуживает рассмотрения. Кортни не один в Занзибаре. Его женщина с ним, и она ждет ребенка.’

Глаза Грея широко раскрылись, как будто он увидел особенно аппетитную тарелку с едой. - А сейчас она жива? Скажи мне, правдивы ли слухи, которые мы слышим? Неужели Кортни действительно ушел с генералом Назетом, прославленным воином, который победил могущественного Оманского генерала Эль Гранга и посадил на трон этого маленького говнюка Иясу? - Он покрутил в воздухе пальцами с кольцами. - Или лучше сказать, его Христианнейшее Величество, Царь царей, правитель Галлы и Амхары, Защитник веры Христовой и так далее, и тому подобное. Теперь Кортни привезет домой из Эфиопии прекрасную безделушку - блестящую черную жемчужину, которая вызовет переполох от самых элегантных салонов Вестминстера до самых шумных таверн Саутуорка.’

‘Это действительно генерал Юдифь Назет, и я знаю, где ее можно найти. А теперь, сэр, возможно, мы обсудим, как лучше действовать дальше. Мне, конечно, потребуется солидный кошелек, и у меня есть различные другие требования. Благодаря потоплению «Графа Камберленда» я не располагаю обычными орудиями своего ремесла. Я бы также предположил, что будет гораздо легче иметь дело с Кортни и Назет, если они будут разделены. Это потребует определенной хитрости. Я также приветствую ваши советы в этом конкретном вопросе.’

Грей улыбнулся - "О, я знаю одну вещь, которая может пробить брешь между нашими двумя вероломными влюбленными птичками. Это то, что их обоих волнует, за что они оба дали торжественные клятвы и за что они оба боролись. Вы уверены, что не хотите присоединиться ко мне и выпить чашечку-другую бханг тандая? Это охлаждающий настой, употребляемый индейцами. Вкус приятно сладкий, но с оттенком перца и специй, а бханг - смесь листьев и бутонов того, что левантийцы называют гашишем, - восхитительно расслабляет. Нам предстоит многое обдумать, и я нахожу это очень полезным.’

Мистер Петт отклонил предложение Грея, но консул заказал кувшин