Фараон – 5. Император поневоле - Дмитрий Викторович Распопов

— Конечно, но условия сделки мы обсудим позже, — согласился я с ним, успокаивая злую Бастет.

Когда наконец Усерамон увёл него, я поманил Хейру к себе, она испугавшись моего тона, сразу опустилась на колени.

— Откуда ты узнала, что она беременна? — поинтересовался я у неё.

Девушка смутилась.

— Хейра, говори правду, ты знаешь, как я не люблю ложь, — мой голос похолодел ещё ниже на пару градусов.

— Догадалась, мой царь, — тихо ответила она, — спутница Его величества стала тяжелее, стала аккуратнее спрыгивать с кресла, да и в целом, я вижу, как меняется её отношение к своему телу. Для женщины это естественно только в одном случае, и я знаю это по себе.

Я перевёл взгляд на Бастет.

— Хм, значит всё же не толстеешь.

— «Уже не смешно, — спокойно ответила та».

— Ну, когда ты никак не реагируешь, то да, — со вздохом согласился я, вернувшись к Хейре.

— Ты права, поэтому не нужно об этом никому говорить, а необходимо обеспечить моей спутнице комфорт и удобство.

— Мой царь, конечно, я понимаю всю важность предстоящего события, — облегчённо вздохнула жена, видя, что я не сержусь на неё.

— Ты даже не представляешь себе, насколько, — вдохнул я, вспомнив слова Бастет о том, что боги рождаются очень редко.

— Я лично прослежу, чтобы спутнице Его величества был обеспечен ещё больший комфорт, чем сейчас, — поклонилась Хейра.

— Не забывай мой приказ о себе, — напомнил я ей, — никаких тяжестей и прочего.

— Конечно мой царь, — Хейра поднялась и осторожно показала охране, что хочет меня просто обнять, а в руках у неё ничего нет.

— Я так соскучилась по нашим ночам, — жарко сказала она, целуя меня.

— Сначала роди, — напомнил я ей, — не будем рисковать ребёнком.

— «Вы всё? Или прямо здесь начнётесь совокупляться? — раздался ревнивый голос Бастет».

— В общем мне пора работать, — разорвал я объятья с Хейрой, — но можешь поужинать со мной.

— Благодарю своего любимого супруга за такую честь, — на полном серьёзе ответила она и поклонившись мне, пошла на выход.

Я, проводив её взглядом, обратился к Бастет.

— «Про её дату я знаю примерно, а у тебя когда всё случится? Может хватить уже отмалчиваться?».

— «Маахес не хочет рождаться, — после длительного молчания ответила наконец Бастет, — полубог, получеловек, это не то, с чем он может смириться, зная, что его ожидает в нашем мире».

— Он может остаться здесь, на Земле, — удивился я её ответу, — я сделаю его своим наследником.

— «Царь со львиной головой? — Бастет скептически на меня посмотрела, — как ты это себе представляешь?».

— А ты уже знаешь, как он будет выглядеть? — удивился я.

— «Конечно, ведь он плоть от плоти моей, — она скептически посмотрела на меня».

Я никак этого не представлял, но чтобы её не сердить перевёл тему на приготовление к походу, а также то, что скоро начнётся общий Совет всех номархов.

— Во дворце будет слишком шумно и многолюдно, а потому не лучше ли тебе будет уехать на время с Хейрой в моё поместье? — поинтересовался я у неё.

Бастет задумалась.

— «Сколько это всё продлится?».

— Ну официальные мероприятия неделю, а так все три, — пожал я плечами, — не выгонять же дорогих гостей сразу. Рехмир придумал для них обширную развлекательную программу, помимо моего ипподрома.

— Хорошо, тогда ты прав, мне не нравится с некоторых пор шум, — согласилась она, — за день до приезда всех этих людей, я уеду.

— Всё организую, не волнуйся, — я поднял её озадаченную мордашку и поцеловал её.

— «Оставь свои нежности для своей следующей жены по графику, — проворчала Бастет, но явно просто для порядка»,

— Мир? — я ещё раз поцеловал её.

— «На твоё счастье, нашёлся ещё больший идиот, который меня взбесил, — продолжала она ворчать, а я её целовать, — и теперь мне уже не хочется убить именно тебя».

— Поужинаем? — предложил я.

— «Да, но я ещё тебя не до конца простила».

Я простонал, вызвав в своей голове довольный смех.

— Как думаешь? Что это будет? — качаясь на волнах в лодке под мерный плеск вёсел, два номарха двигались в сторону Фив, а по бокам, впереди и позади шли десятки лодок с их сопровождением, охраной, слугами и рабами.

— Меня больше волнует, где разместят такое количество номархов, — озадаченно ответил ему глава соседнего нома, с которым они договорились поехать на устроенное царём Менхеперрой странное мероприятие.

— Я неоднократно слышал от своих купцов, что столицу полностью перестраивают, — заметил ему в ответ собеседник, — на это тратятся какие-то нереальные суммы денег, лучше бы построили на них храмы в наших номах.

— Ну царю виднее, на что тратить его деньги, — не согласился с ним другой номарх, — главное, чтобы они были в царстве.

— О, с этим точно у него нет проблем, — скривился собеседник, — сам устроил в прошлом году разорение зернохранилищ, а потом заставил нас и храмы покупать зерно у него по тройной цене. Мне пришлось скрипя зубами это сделать, чтобы не было голода.

— Ну я слышал, что в номах, где зерна не оказалось и голод всё же начался, то приезжал Десница царя и весьма сурово наказал владельцев земли, на которой был голод. Люди говорили, что он поставил ультиматум, либо они купят зерно и накормят людей, либо землю и налоговые послабления у них