Удачи капитана Блада - Рафаэль Сабатини

Донья Исабела, чей страх возрастал по мере того, как она всёбольше вникала в происходящее, внезапно вскочила на ноги.

— Постойте, постойте! Что вы намерены делать?

— Это тебя не касается, малютка, — сказал Ферфакс иповелительным взмахом руки отпустил Тима.

— Нет, касается. Я всё поняла. Ты не можешь так поступить,Джордж.

— Почему не могу? Ведь мошенник наверняка сейчас спит, какубитый. Так что особого труда это не составит. Да, его ждёт весёленькоепробуждение. — И Ферфакс разразился хохотом, только усилившим ужас девушки.

— Но Dios mio![134] Ты же не можешь предать человека,который спас тебе жизнь!

Ферфакс обернулся к девушке, устремив на неё насмешливыйвзгляд. Будучи закоренелым негодяем, он не сомневался, что имеет дело с обычнойглупой сентиментальностью, которую ничего не стоит преодолеть. К тому же он былуверен в своём влиянии на Исабелу, чью невинность он принимал за простодушие.

— Пойми, девочка, это мой долг. Ведь этот Блад — вор, пирати убийца, от которого необходимо как можно скорее очистить море.

Но девушка ещё сильнее разволновалась.

— Может быть, он в самом деле пират. Об этом я ничего незнаю. Но я знаю, что он спас тебе жизнь и именно поэтому находится здесь.

— А вот это неправда, — возразил Ферфакс. — Блад находитсяздесь потому, что он воспользовался преимуществом моего положения.

Он прибыл на борт «Цапли», чтобы удрать с Мэйна отпреследовавшего его правосудия. Ну, ничего. Завтра он обнаружит, чтопросчитался.

Побледнев, как смерть, девушка в отчаянии ломала руки,затем, придя в себя, она устремила на Ферфакса пронизывающий взгляд, и на еёлице появилось выражение, не слишком ему понравившееся.

Вера в этого человека, которого она знала не так уж давно,иллюзии, которые она питала в отношении его, заставившие её бросить всё, чтобысвязать с ним свою судьбу, сильно поколебались при виде гнева, обуявшего его,когда он узнал о потере драгоценностей. Теперь же эти иллюзии готовы былирассыпаться в прах, так как те свойства, которые только что продемонстрировалеё возлюбленный, наполнили её ужасом и отвращением. Правда, она ещё пыталасьпротивиться нахлынувшим на неё чувствам. Ведь если Джордж Ферфакс оправдаетхудшие её подозрения, какая же участь могла ожидать её, находящуюся целиком вего власти?

— Джордж, — спокойно заговорила донья Исабела, глубокоедушевное волнение которой выдавала только высоко вздымавшаяся грудь. — Неважно,кто этот человек. Ты обязан ему жизнью. Не будь его, ты лежал бы сейчас мёртвымна той аллее в Ла-Аче. А ты хочешь решиться на такой позорный поступок.

— Позорный? Чёрт возьми! — И Ферфакс снова разразилсяотталкивающим пренебрежительным хохотом.

— Ты просто ничего не понимаешь. Долг каждого честногоджентльмена выдать властям этого грязного пирата.

В чёрных глазах девушки, в упор устремлённых на него,появилось презрение.

— И ты ещё говоришь о честности! По-твоему, честно продатьчеловека, который спас тебе жизнь, за пятьдесят тысяч? Тогда честен и Иуда,предавший Спасителя за тридцать сребренников!

Сердито глядя на девушку, Ферфакс, подобно всем негодяям,тотчас же нашёл аргумент, оправдывающий его поведение.

— Если тебе это не нравится, то можешь винить себя. Непотеряй ты своих драгоценностей, мне незачем было бы идти на это. Где ещё явозьму деньги, чтобы заплатить Тиму и его команде, закупить провизию на Ямайкеи подготовить «Цаплю» к плаванию через океан?

— Так вот оно что! — В её голосе послышалась нотка горечи. —Значит, всему виной потеря моих драгоценностей? Que verguenza![135] — Рыданиясотрясли её. — Dios mio, que veltad! Ay de mi![136] — И девушка, несмотря насвоё отчаяние, всё ещё питавшая слабую надежду, схватила его за руку ивзмолилась: — Хорхито!..

Но мистер Ферфакс, как вы, должно быть, поняли, не отличалсятерпеливостью. Желая прекратить мольбы своей возлюбленной, он отшвырнул её стакой силой, что она ударилась о переборку. Его злобный нрав проявился во всейкрасе, чему немало способствовало то, что резкое движение вызвало новый приступболи в раненом плече.

— Довольно скулить, девчонка! Чёрт бы тебя побрал, из-затебя моя рана снова начнёт кровоточить. Какого дьявола ты суёшься в дела, вкоторых ничего не смыслишь? Неужели ты до встречи со мной не знала, что мужчиныне любят, когда к ним без толку цепляются? — И он повелительно закончил своютираду: — Иди спать!

Так как девушка стояла неподвижно, побледневшая, испуганнаяи не верящая своим ушам, то Ферфакс, раздражённый молчаливым упрёком,светившийся в её взгляде, бешено заорал:

— Ты слышала, что я сказал? Иди в постель, чёрт побери!Ступай немедленно!

Девушка сразу же вышла, не произнеся ни слова, что пробудилов Ферфаксе подозрение. Словно забыв о своей ране, он осторожно слез с койки и,шатаясь, добрался до двери, успев увидеть донью Исабелу, проскользнувшую вкаюту напротив, и услышать приглушённые рыдания, доносившиеся из-за закрытойдвери.

Ферфакс презрительно скривил губы. Как бы то ни было, ей непришло в голову выдать капитану Бладу его намерения. А даже, если бы это ислучилось, то Тим с его шестью матросами легко бы справился с корсаром, вздумайон сопротивляться. Всё же такая мысль могла появиться у девушки, и следовалопредотвратить возможные последствия.

Ферфакс позвал Алькатраса, который дремал, растянувшись накормовом рундуке. Разбуженный криком хозяина, стюард примчался на зов и получилот Ферфакса приказ не спать и следить за тем, чтобы донья Исабела не покидаласвоей каюты. В противном случае он должен был помешать ей силой.

После этого с помощью Алькатраса Ферфакс вновь улёгся накойку. Крен на правый борт убедил его, что корабль лёг на соответствующий курс,и Ферфакс, считая своё будущее обеспеченным, заснул глубоким сном смертельноуставшего человека.