За тихой и темной рекой - Станислав Рем

— Куда путь держим? — поинтересовался Белый у мужика, когда тот вывернул на Зейскую

— Как сказали. К церкви Святителя Николая.

— А я не говорил, что именно к ней. Нет, братец, давай-ка покатай меня по всему городу, да все церкви покажи. А выбирать я уж сам стану, в какой молиться.

Архип тяжко вздохнул: пассажир ершистый попался. К тому же внутри неопохмелившейся души кучера нарастала волна недовольства. Во-первых, вышеуказанная церковь всё равно находилась ближе всех, а потому «объезд города» требовалось начинать с неё. Во-вторых, Архип уже явственно представлял себе, как за него возьмётся Анисим Ильич, коли прознает, что барин, не заходя в номер, уехал по церквам. А он, Архип, ничем ему в этом не помешал. Скверная получалась история.

А Белый прикидывал, что творится в городе сейчас. По логике именно в данный момент генерал-губернатор должен бы общаться с купцами. Поздним вечером или ночью наверняка было заседание Офицерского собрания. После него к действиям приступили военные. Но город следовало предупредить о происходящих событиях. И лучше, чем через купечество, это сделать никак нельзя.

Город пока ещё не знал тревоги. Люди, не торопясь, степенно шли на церковную службу.

Белый спрыгнул с возка у небольшой, саженей в шесть, одноэтажной, из крепких брёвен, церквушки, над которой возвышалась колокольня, прошёл за ограду, перекрестился, и, минуя небольшое низкое крыльцо, вошёл в помещение.

Аромат ладана плыл над головой. Внутри церковь мало чем отличалась от себе подобных по всей Руси, от Балтики до Тихого океана. Белый вновь перекрестился, постоял немного, слушая проповедь священника, и уже собрался покинуть придел, как заметил знакомую девичью фигуру.

Анна Алексеевна стояла несколько левее от алтаря, куда свет не пробивался сквозь узкие окна, потому её и не было видно. Но и она не могла видеть того, кто возжелал бы за ней наблюдать, как Олег Владимирович.

Глядя на стройную, тонкую фигуру дочери губернатора, он подумал: а достоин ли он её? И вспыхнувшие чувства, не блажь ли это уставшего от длительного одиночества человека? Нет, у него, естественно, были и друзья, и родственники, и близкие люди. И женщины. Но они не могли заполнить пустоту, которая образовалась после смерти отца. Тот был для него всем. Лёгким, беззаботным детством. Советником и помощником. Жизненным университетом. Другом. Самым близким и самым преданным. Одиночество иногда толкает на самые безрассудные поступки. И теперь все мысли его собрались там, чуть левее алтаря. У девичьей фигурки. Он готов был немедленно стать частью её души и плоти. И это здесь! В церкви!

Белый перекрестился третий раз, резко повернулся и торопливо вышел. На улице он задержался у деревянной ограды, переводя дух. Заминка и привела к неожиданной встрече.

Полина Кирилловна подошла тихонько, чуть шелестя подолом платья по щебню:

— Олег Владимирович, вам плохо?

Белый встрепенулся, но, увидев дочь Мичурина, буркнул:

— А, это вы… Нет. Со мной всё в порядке.

Олег Владимирович хотел обойти госпожу Мичурину, но та преградила ему путь:

— Вы сердитесь на меня за ту шутку?

— Какую?

— В ресторации.

— А… Господи, нет, конечно!

— Как мне извиниться перед вами?

— Вы ни в чём не виноваты, сударыня.

— Напротив. Господин Индуров действовал по моей прихоти. Я и есть причина его грубого отношения к вам. И его поведение…

— Но это было его поведение. А не ваше. И я его прекрасно понимаю. Ради красивой девушки мужчины могут пойти на… необдуманные поступки.

— Вы так считаете? — щёки Полины Кирилловны вспыхнули.

— Я так вижу. Простите, сударыня, но обстоятельства требуют… Честь имею!

Откланяться Белый не успел.

— Олег Владимирович? — Анна Алексеевна, выйдя на крыльцо, увидела беседующую пару. — Вы уже приехали?

Теперь краснеть была очередь Белого:

— Так точно.

Ему мешало присутствие госпожи Мичуриной. Однако та и не думала уходить, а потому Олег Владимирович был вынужден подыскивать нужные слова, время от времени поглядывая на Анну Алексеевну, что не могло скрыться от Полины Кирилловны:

— Я слышал, в городе в моё отсутствие произошли какие-то события?

— Какие-то? — Полина Кирилловна бросила гневный взгляд на дочь губернатора. — Если расстрел «Селенги» можно считать какими-то событиями…

— Ну да, — не замедлила отпарировать Анна Баленская. — Были и другие происшествия. К примеру, ограбление господина Мичурина. Прямо перед его домом.

Полина Кирилловна с трудом сдержала себя. Дуэль продолжалась. С появлением Анны Алексеевны дочь первого в городе купца напряглась: соперница! Как может она вмешиваться в интимную беседу? Должна была пройти мимо, не обратив на них внимания. Чутьё Полине Кирилловне подсказывало: дочь губернатора неравнодушна к столичному чиновнику, но ещё не разобралась в своих чувствах к Белому. Следовало как можно скорее встать на её пути. Что Полина Кирилловна и решила сделать незамедлительно.

— Олег Владимирович, а вы знаете, что перед вами, — маленькой ручкой она указала на здание церкви, — первый дом нашего города?

— Да что вы говорите? — Белый неудачно изобразил удивление.

— Да, — продолжила девушка. — И вначале его называли «мёртво-кладная». Попросту говоря, мертвецкая.

Белому было абсолютно безразлично, как сие здание называлось ранее и почему. Ответ неожиданно прозвучал из уст дочери губернатора:

— А потому, что в первый год — до заселения Благовещенска — в этой церкви лежали тела умерших казаков Усть-Зейского поста, с коего начинался будущий город. Их и захоронили где-то здесь, невдалеке от церкви. Может, кто-то из нас сейчас стоит на том самом месте…

Полина Кирилловна вздрогнула, повела плечом и переместилась на дорожку. Пальчики нервно теребили веер: «А эта дворяночка не лыком шита!».

— Что ещё известно сударыне? — не смогла сдержаться Мичурина.

— А то, — Анна Алексеевна расслышала дерзость в тоне купчихи, но сдержалась и, обратившись к Белому, указала на небольшие холмики вдоль ограды, — что помимо казаков здесь захоронили первого священника Сизого. И первого городского врача Давыдова, умершего в результате заражения крови после оказания медицинской помощи больному китайцу.

— Какие глубокие познания! — Полина Кирилловна приблизилась к Олегу Владимировичу и слегка коснулась грудью его локтя. Белый вздрогнул. — Признаться, вы меня удивили.

Баленская заметила и движение купчихи, и реакцию господина Белого.

— Благодарю вас. Олег Владимирович, я знакома с местными достопримечательностями, и могу предложить вам прогулку по городу. Прямо сейчас. Папенька и господин Киселев в городской управе общаются с жителями. Так что, час у нас есть.