Нити судьбы - Сергей Шхиян

— У нас была оперативная информация, что на этой даче хранятся наркотики. Возможно, она была необъективной. Но мы обязаны были выполнить свой долг и проверить. Поверьте, в этом не было ничего личного.

Такая наглая ложь была достойна вознаграждения.

— Понятно, — согласился я с его профессиональными доводами. — Значит, говорить правду ты не хочешь. Хорошо, тогда пойдём другим путём, я буду с тобой играть в Вильгельма Теля.

— В какого, ещё Телля? — не понял он.

— В швейцарского героя. У вас есть яблоки? — спросил я красавицу.

— Вон в вазе лежат, — она удивилась вопросу, но показала на стол. — Хотите попробовать?

— Нет, поставьте, пожалуйста, одно яблоко на голову Альберту, — сказал я, становясь в позицию и наживляя стрелу. — Я буду в него стрелять. Вопрос — ответ — выстрел. Будем играть, пока кто-нибудь из нас не промахнется.

Красавица пожала плечами и пошла за яблоком.

— Погоди, Валентина, — остановил ее капитан, потом обратился ко мне, — зачем же сразу лезть в бутылку. Разобраться с дачей приказал наш генерал, с него и спрашивайте.

— Ладно, вызывай сюда генерала, будем с ним разбираться.

— Кого? Ты это серьезно? — спросил он, перейдя, как и я, на «ты». — Чтобы генерал приехал по моему приказу! Ну, ты даешь!

— А ведь я могу попасть тебе в лоб и без яблока, — сказал я и начал натягивать тетиву.

Альберт уже начинал дергаться, явно не зная, что от меня ждать. Несмотря на видимость, капитан был не тем человеком, который сломается просто так, без настоящего давления. Стрелять в него безоружного, я бы не решился, все-таки живой человек, но ему это показывать было нельзя. Главное было нащупать самое слабое место. Однако когда я поднял лук и начал в него целиться, он дрогнул.

— Делай, что хочешь, все рано ничего у тебя не получится!

— У меня многое получается, и надеюсь лучше, чем у тебя, — попробовал подобраться я с другой стороны. — Этот дом, надеюсь, записан на Валентину?

— Да, ну и что с того? — стараясь сохранить лицо, небрежно ответил он.

— Ничего, вот что я думаю, ведь вы с ней даже не родственники, — глубокомысленно сказал я, начиная демонстративно с ног до головы рассматривать красавицу. Не могу сказать, что такая бесцеремонность её возмутила. Напротив она села в картинную позу, слегка выставив бедро. — Значит, говорите, у вас проблемы с сексом? — спросил я уже её.

— Мы со своими проблемами как-нибудь сами разберемся! — дернулся капитан, начиная по-насто-ящему злиться. — Нечего лезть в чужие дела!

— Ну, эти дела вполне могут стать и моими. Уважаемая Валентина, — повернулся я к красавице, — вы не покажете мне дом. Давайте сразу же начнем со спальни.

Красавица быстро встала, право не знаю по какой причине: то ли возмутилась моей наглостью, то ли хотела подразнить нерадивого любовника, но Альберт рявкнул на нее командирским голосом:

— Сидеть, кукушка!

Потом повернулся ко мне, ожег ненавидящим взглядом и сказал:

— Ладно, твоя взяла, пойдем в кабинет, будем разговаривать!

Я пожал плечами и пошел следом за ним. Кабинет у капитана был скромный, голые стены, стол, пара стульев, и зачем-то небольшой старинный конторский сейф середины двадцатого века.

— Садись, — кивнул он на один из стульев, сам, опускаясь на другой. — Скажи, чего тебе от меня надо?

Теперь, когда мы оказались в другой обстановке, он стал совсем другим, чем раньше и заговорил со мной тепло и душевно, как с тайным единомышленником.

— Я разве непонятно спрашивал? — не принял я его нового тона.

— Да понятно, понятно, — Альберт пренебрежительно махнул рукой. — Слушай, я смотрю, парень ты умный, а поступаешь как дурак. Тебе что, больше всех нужно?

— А с чего ты решил, что я умный? — решил уточнить я.

Обычно даже последний дурак считает себя первым умником. Впрочем, бывает и наоборот, но скорее как исключение. Капитан запнулся, однако легко выкрутился:

— Что я, сам не вижу? Вот я говорю, ты умный человек…

— А с чего ты решил, что ты можешь судить, кто умный, а кто нет? По-моему, ты сам дурак дураком.

Это было уже почти оскорблением, но Альберт пропустил грубые слова мимо ушей. В том, кто из нас умнее, у него никаких сомнений не было.

— Я и говорю, зачем тебе все это нужно? Учти, полезешь в наши дела, пеняй на себя. В этом деле очень крутые люди имеют большой интерес!

— Ты это серьезно? — испуганным голосом спросил я.

Он усмехнулся и кивнул. Теперь я смотрел на него скорбно, почти с жалостью. Это его насторожило.

— Ты это что? — спросил он.

Теперь настало время моего выхода. Все-таки какое-то время я прослужил окольничим у русского царя и потерся в сенях власти, кое какие навыки плести интриги наработал.

— Да ты, смотрю, парень, попал, очень крепко попал! — сочувственно сказал я. — Тебя как лоха разводят, а ты меня гнилой крышей пугаешь? Ты хотя бы знаешь, где сейчас твои люди?

— Где? — быстро спросил он, надеясь поймать меня на слове.

— В морге, покойники они с бирками на большом пальце, а тот, что был с крашенной мордой, он и вовсе остался без головы.

— Как покойники, почему Васька без головы? — глупо переспросил он. — Ты шутишь, если бы они были в морге, мне бы первому доложили!

— Они не в вашем морге, друг Альберт, а у зетов. Те их к себе увезли.

— Как это увезли? — глупо спросил он.

— Как обычно, в труповозке. Ты помнишь лысенького мужичка, которого ты самолично унизил и его служебное удостоверение сломал?

— Ну, сломал, большое дело, удостоверение-то было фальшивое! — непонятно кого, себя или меня, попытался обмануть он.

— Думаешь? А он так не считает. Приехал, понимаешь, один из руководителей спецслужбы «Зет» оттянуться на вольном воздухе с девочками, а на них напали местные менты, избили, унизили. Девочек попытались изнасиловать. Причем твои подчиненные, по твоему личному приказу. Ты понимаешь, чем это тебе грозит?

— Ты что такое говоришь, не было этого!

— Было, и все записано на камеру.

— Тот, что ли, задохлик руководитель «Зет», да на него плюнуть и растереть!..

— Ваш крашеный Васька видно тоже, так как ты думал, а лысенький, руки от наручников освободил, взял со стола саблю и снес ему с плеч голову. Другого просто заколол, а лейтенанту пулю между глаз всадил. Жаль, что тебя с ними не было…

— Врешь ты все, — тихо, сказал капитан, — если бы Ваське голову срубили, там бы было море крови!

— Так они все после себя убрали, все улики уничтожили, а ты приехал, из гранатомета дверь высадил и двух своих идиотов в засаду посадил. До утра они там были в гостиной, сидели и тебя последними словами ругали…