Последний поход "Новика" - Юрий Шестера

— Кстати, как вас зовут? Я, к сожалению, еще не успел полностью ознакомиться с личными делами даже строевых офицеров.

— Павлом Спиридоновичем, — снова порозовел прапорщик.

«Еще совсем юноша, — отметил про себя Андрей Петрович. — Краснеет, как девушка. Надо будет не забыть отметить его в случае успешного снятия крейсера с камней. Тьфу, тьфу, тьфу…»

— Еще раз спасибо за работу, Павел Спиридонович! — поблагодарил он прапорщика, когда ознакомился со схемой. — Теперь можно смело вызывать и горного инженера — не стыдно будет показать ему это произведение искусства.

Глаза прапорщика засияли.

* * *

В дверь каюты негромко постучали, и после разрешающего «Да!» появился Федор:

— Горный инженер, ваше высокоблагородие!

— Проси!

В каюту вошел мужчина средних лет в форменной одежде, на тулье фуражки которого белели серебром перекрещенные молоточки.

— Горный инженер Грызлов! — представился тот. — Направлен в ваше распоряжение Горным управлением Сучанских копей.

— Командир крейсера «Богатырь» капитан 2-го ранга Чуркин! Присаживайтесь! — указал он на кресло, стоявшее по другую сторону его стола.

— Андрей Петрович!

— Иван Кузьмич!

Еще раз представились они, пожимая руки.

— У меня к вам, Иван Кузьмич, есть ряд вопросов, касающихся вашей специальности.

— Я весь внимание, Андрей Петрович!

— Дело в том, что при посадке крейсера на камни некоторые вершины их через пробоины в днище оказались внутри его корпуса. Они-то и препятствуют его снятию с этих рифов.

Он развернул схему, лежавшую на столе, так, чтобы инженеру было удобнее рассмотреть ее.

— Прекрасное исполнение, — отметил тот, изучая схему.

— Мне она тоже пришлась по душе, — улыбнулся командир. — А посему необходимо эти выступы каким-то образом разрушить. У вас будут какие-либо предложения?

— Одну минуту, Андрей Петрович. Мне необходимо более подробно ознакомиться со схемой.

Командир согласно кивнул и позвонил в колокольчик.

— Позови ко мне прапорщика Игнатьева! — приказал он вестовому.

— Трюмный механик прапорщик Игнатьев, Павел Спиридонович! Горный инженер Грызлов, Иван Кузьмич! — представил их Андрей Петрович друг другу.

Пока инженер с прапорщиком вполголоса обсуждали свои вопросы, Андрей Петрович прохаживался по своей просторной каюте, чтобы не смущать их своим присутствием. «Вроде бы толковый мужик, — рассуждал он. — И вдумчивый — не стал с ходу выдвигать свои версии, пока не разобрался в сути вопроса. Интересно, что он предложит? И насколько я был прав, выдвигая свои предложения адмиралу?»

— Я готов, Андрей Петрович, огласить вам свои соображения.

— Вот и прекрасно! Слушаю вас, Иван Кузьмич, — сказал командир, усаживаясь в кресло.

— Что касается «сухих» выступов, как назвал их господин прапорщик, — Андрей Петрович утвердительно кивнул головой, — то здесь нет никаких проблем — их можно элементарно срубить отбойными молотками, тем более что на вашем корабле, как заверил меня ваш трюмный механик, есть мощный компрессор. А вот с «подводными» будет сложнее. Здесь отбойные молотки, естественно, исключаются, и остается только их подрыв, как мы это делаем при подземной проходке. Но в этом случае, ввиду наличия в отсеках довольно значительного слоя воды, потребуются для подготовки шурфов длинные сверла, которые очень хрупки и к тому же еще и дороги, — и он вопросительно посмотрел на командира.

— Морское ведомство оплатит все ваши расходы, — заверил тот.

Инженер удовлетворенно кивнул головой.

«Молодец ты, все-таки, Андрей Петрович! — мысленно похвалил он сам себя. — Не ударил лицом в грязь перед адмиралом! Придется «подводные» выступы все-таки подрывать».

— Кстати, Андрей Петрович, эти камни, случайно, не базальтовые? — с некоторой тревогой в голосе спросил инженер.

— Вроде бы нет, Иван Кузьмич.

— Но я должен буду осмотреть их лично. А заодно и наметить план работ на месте.

— Это уже прерогатива Павла Спиридоновича, — кивнул командир в сторону прапорщика.

Инженер удовлетворенно посмотрел на того.

— У меня есть к вам, Иван Кузьмич, еще один немаловажный вопрос.

— Я весь внимание, Андрей Петрович!

— Какова будет мощность зарядов и не вызовут ли они детонацию боезапаса, находящегося на крейсере, при их подрыве?

Инженер заметно вздрогнул и внимательно посмотрел на командира.

— А как далеко находится этот самый боезапас от «подводных» выступов?

Теперь уже командир вопросительно посмотрел на прапорщика.

— Если это возможно, я бы мог принести общий план крейсера в разрезе, — напряженным голосом предложил тот, так как допуск к этому документу имел строго ограниченный круг лиц исключительно командного состава.

— Надеюсь, уважаемый господин Грызлов не состоит в штате японской разведки? — улыбнулся командир.

— Вы очень прозорливы, Андрей Петрович! — откровенно рассмеялся инженер.

И командир утвердительно кивнул прапорщику.

— Отметьте на плане «подводные» выступы в соответствии с вашей схемой, — попросил Андрей Петрович прапорщика, подавая ему карандаш.

И когда тот выполнил эту кропотливую работу, инженер склонился над чертежом с грифом «Секретно» в верхнем правом углу, производя манипуляции измерителем, который принес с собой предусмотрительный прапорщик, и сравнивая полученные расстояния с масштабом, нанесенным на плане.

Наконец он вынес свой вердикт:

— Вроде бы расстояния достаточно безопасные, учитывая небольшую мощность зарядов аммонала, но чем черт не шутит, пока бог спит? А нельзя ли этот боезапас, на всякий случай, конечно, переместить на время подрывов выступов куда-нибудь подальше?

— А вы представляете себе, Иван Кузьмич, сколько этого самого боезапаса только в одном носовом пороховом погребе?

— Конечно нет, Андрей Петрович, — упавшим голосом ответил тот, уже сообразив, что предложил трудновыполнимую задачу.

— Однако безопасность корабля намного важнее. Так что постараемся переместить его куда-нибудь подальше.

Инженер заметно повеселел.

— Только подрывать заряды будете по одному, а не все сразу! — предупредил командир.

— Это само собой, Андрей Петрович! Только надо, чтобы все люки, или как они там у вас называются, ведущие в помещения, где будут подрываться заряды, были открытыми. Это снизит ударную волну.

— Договорились! А теперь предлагаю вам отправиться с Павлом Спиридоновичем в преисподнюю корабля, а я тем временем займусь вопросом по перемещению боезапаса.