Машина смерти - Клайв Касслер

— Пока мы не появимся.

Таксист кивнул, повернул ключ и отъехал от тротуара.

— А ты уверен, что мы не втянем его в неприятности? — спросила Катерина.

Остин уже не сомневался, что они избавились от «хвоста», который подцепили возле ресторана.

— Ему опасаться нечего, — уверенно ответил он. — Нам, кстати, тоже, если только французы не решать подраться за керн, который они взяли.

— Французы? Никогда.

— Где их дом? — спросил Курт, оглядывая выстроившиеся вдоль берега виллы.

— Сюда. — Катерина сошла с тротуара на газон. Наверно, босиком так лучше, пришло на ум Курту.

— Тебе надо купить какую-нибудь обувь.

— Может, это тебе надо избавиться от своей, и тогда мы пойдем на пляж, — улыбнулась она.

Предложение Катерины звучало куда соблазнительнее вторжения к незнакомым ученым с обвинением в краже.

Они подошли к выкрашенной в желтый цвет вилле.

— Вот эта, — сказала Катерина.

Курт постучал в дверь. Потом еще раз. Они подождали.

Никто не ответил.

В окнах было темно. Наружный свет тоже выключен.

— Ты не ошиблась домом? — спросил он.

— Прошлой ночью здесь была вечеринка. Пришли все.

Курт постучал еще, сильнее и настойчивее, уже не думая о том, что может разбудить соседей. И тут случилось нечто странное. Наружный свет вдруг вспыхнул, погас и замигал при каждом ударе.

— Что еще за?..

Курт перестал колотить в дверь и, подняв руки, нащупал светильник. Подкрутил лампочку. Свет загорелся.

— Занимаешься ремонтом? — осведомилась Катерина.

Остин поднял руку, и она замолчала. Он согнулся и осмотрел дверную ручку. Царапины у замка ничего хорошего не предвещали.

— Что-то не так?

— С замком кто-то поработал. Лампочку выкрутили, чтобы их никто не увидел. Старый воровской прием.

Курт толкнул дверь — заперта.

Он зашел за угол дома. Катерина последовала за ним.

— Оставайся на месте.

— Вот уж нет.

Спорить не было времени. Курт пробрался мимо куста бугенвиллеи и двинулся дальше, к задней части дома, к солярию. Запрыгнул на веранду. Подошел к раздвижной стеклянной двери.

Внутри было темно.

На то, чтобы открыть дверь, ему понадобилось не больше трех секунд.

— Ты случайно взломщиком не подвизался? — шепотом спросила Катерина.

— Опыт впустую растраченной юности, — прошептал он в ответ. — А теперь, пожалуйста, постой здесь.

— А если тебя кто-нибудь снова станет душить, и меня не будет рядом?

Курт подумал, что еще один такой момент ему не пережить. Он проскользнул в дом. Катерина не отставала. С первого взгляда им обоим стало ясно: здесь что-то случилось. По комнате как будто прошелся ураган.

Катерина вдруг ойкнула и торопливо опустилась на четвереньки. Курт присел рядом. Кроме них двоих, в доме никого вроде бы не было.

— В чем дело?

— Стекло, — ответила она, вытаскивая из пятки прозрачный кусочек.

— Дай мне пару минут.

На этот раз Катерина не стала упрямиться и послушно кивнула.

Остин быстро обошел виллу и вернулся, не скрывая озабоченности. Включил свет в гостиной. Здесь все было перевернуто: диваны опрокинуты, шкафы распахнуты, вещи разбросаны. Кто-то сбросил настольную лампу, и осколки разлетелись по полу.

— Надо вызвать полицию. — Курт оглядел комнату, наткнулся взглядом на шлепанцы у двери и протянул их новой знакомой.

— Надень.

Пока она обувалась, он отыскал телефон и снял трубку.

Гудка не было. Провода вырвали из розетки, саму розетку разбили. Он направился в кухню — может, там есть другая.

— Что здесь, по-твоему, случилось?

— У французов есть плохая привычка — они слишком много болтают.

Вторая розетка нашлась у мойки. Он сунул шнур, услышал гудок и начал набирать номер.

Ожидая ответа, Курт пробежал глазами по кухне и заметил выдвинутый ящик. Под ним валялись столовые приборы и прочая утварь, в том числе устрашающего вида разделочный нож. Похоже, французы пытались сопротивляться.

Отвлекшись, Курт не сразу заметил, что Катерина стоит в дверном проеме и уже тянется к выключателю.

— Не надо.

Предупреждение запоздало. Щелчок, и комнату залил яркий свет. Катерина охнула и отвернулась. Курт бросил трубку и подхватил ее, не дав упасть.

Она оглянулась и тут же ткнулась лицом ему в грудь.

— Их убили…

— Мне очень жаль. Не хотел, чтобы ты это увидела.

Убили всех. Всю французскую группу. Четыре тела лежали на полу, сдвинутые бесцеремонно к стене, словно мешки с мусором. Одного из мужчин изрешетили пулями, другого, судя по отметинам на горле, задушили. От чего погибли еще двое, Курт не понял, а подходить и рассматривать не стал. Но даже издалека он узнал парня, которого совсем недавно вытащил из глубины с утяжеленным поясом.

Почувствовав, что Катерина дрожит, Курт повернул ее, вывел в другую комнату и усадил на диван.

— Мне нужно позвонить в полицию.

Она не открыла глаза и даже не отняла руку ото рта — только кивнула.

Вернувшись в кухню, он не стал закрывать дверь, чтобы не выпускать русскую из виду. Да, вечер выдался щедрым на смерть, но те, что погибли, сами хотели убить и его, и ее. К тому же они сорвались с обрыва в машине, их смерти не были видны. Здесь было по-другому.

Эти люди были учеными. Катерина знала их и, по крайней мере однажды, выпивала с ними.

— Но как получилось, что полиция до сих пор ничего не знает? — спросила она.

— Наверное, все произошло слишком быстро, — сказал Курт, надеясь, что так оно и было. — Оружие, вероятно, было с глушителями. К тому же французов, скорее всего, застали врасплох.

— Но почему? Зачем нужно было…

— У них была проба, керн. Насколько я смог понять, вещь крайне ценная. Именно поэтому мы здесь, тогда как испанцы и португальцы решают, кому принадлежит образец и на какой процент каждая сторона имеет право. Этим ребятам достало смелости взять незаконно пробу, но не хватило ума держать язык за зубами.

— Все из-за выпивки. Мужчины любят потрепаться, когда примут лишнего.

В полицейском участке наконец взяли трубку и пообещали прислать следователей и коронера. В ожидании их прибытия Курт обыскал виллу в надежде найти керн. Безрезультатно. В комнате с оборудованием нашлась продолговатая прямоугольная коробка с пенопластом. Она лежала на полу, раскрытая и перевернутая. Скорее всего, образец был в ней.