Шевалье де Сент-Эрмин. Том 1 - Александр Дюма

Пути м-ль де Фаргас и Костера де Сен-Виктет случайно пересеклись неподалеку от деревни Ля Герш, то есть в трех лье от того места, где находился лагерь Кадудаля.

Костер де Сен-Виктор, один из самых элегантных кавалеров того времени, который соперничал с первым консулом Бонапартом, добиваясь благосклонности одной из красивейших актрис Франции[62], увидел девушку, быстро ехавшую в открытой коляске, и, воспользовавшись тем, что на подъеме лошади пошли тише, нагнал ее. Ему было просто это сделать, так как сам он был верхом.

Сначала Диана отвечала незнакомцу с холодной сдержанностью, однако он так обходительно говорил с ней, в его приветствии и комплиментах чувствовалось такое благородство, что она оставалась холодна не дольше, чем этого требовали приличия.

Она путешествовала в совершенно неизвестном ей краю, где на каждом шагу могли подстерегать опасности, а всадник, пытавшийся завязать с ней знакомство, казалось, прекрасно знал эти места. Он мог оказаться полезен, указав, например, где искать Кадудаля.

Оба не открыли друг другу правды о себе. Костер де Сен-Виктор сказал, что его имя д'Аржантан, он — сборщик налогов из Даиана. Диана представилась как м-ль де Ротру, вдова начальника почты в Витре. После того, когда обмен ложными сведениями было окончен, настало время сказать правду. Дело было в том, что оба искали Кадудаля.

— Вы с ним знакомы? — спросил д'Аржантан.

— Я никогда не видела его, — отвечала Диана.

— В таком случае, сударыня, я буду счастлив предложить вам свои услуги, — сказал лже-д'Аржантан. — Кадудаль — мой близкий друг, сейчас мы приближаемся к тому месту, где должны встретиться с ним, и я полагаю, что вполне могу вам признаться, что собираю деньги не для государства, а для него. Если вам нужна рекомендация, сударыня, то я вдвойне счастлив, что случай, и я бы даже сказал, само провидение, способствовало нашей встрече.

— Откровенность за откровенность, — сказала Диана, — я такая же вдова из Витре, как вы сборщик налогов в Данане. Я последняя из семьи роялистов, мне нужно отомстить за гибель родных, и я еду наниматься на службу.

— В каком качестве? — спросил д'Аржантан.

— В качестве волонтера, — отвечала Диана.

Костер с изумлением посмотрел на нее и продолжал:

— В конце концов, в этом нет ничего необычного. У Дюмурье были в адъютантах сестры де Ферниг. Мы живем в такое странное время, когда нужно привыкнуть ко всему, даже к самому невероятному.

И больше он не задавал вопросов.

В Ля Герш им попался отряд республиканцев, направлявшийся в Витре. Спустившись по склону холма, на котором стояла Ля Герш, они увидели, что дорогу преграждают поваленные деревья.

— Черт побери! — сказал Костер. — Не удивлюсь, если по ту сторону баррикады мы найдем Жоржа.

Он остановился, сделал Диане знак последовать его примеру и прокричал один раз неясытью, другой раз совой. В ответ закаркал ворон.

— Друзья узнали нас. Но ждите здесь, я вернусь за вами.

Среди поваленных деревьев был расчищен проход, и Диана увидела, как ее попутчик бросился в объятия человека, который, судя по всему, и был Кадудалем. Кадудаль вышел за баррикаду и направился к Диане. Подойдя к коляске, он снял шляпу.

— Сударыня, — сказал он, — поедете ли вы своей дорогой или согласитесь оказать мне честь и примете мое приглашение, в любом случае прошу вас поторопиться. Меньше чем через час здесь будут республиканцы, а мы, как вы сами можете видеть, намерены оказать им теплый прием, — и он указал ей на баррикаду: — Полторы тысячи моих людей прячутся вокруг в зарослях и зададут такую музыку, которой вам, должно быть, не приходилось слышать раньше.