Резидент, потерявший планету - Рафаэль Михайлович Михайлов

— Исключено. Между прочим, сорвались они на попытке уверить Сангела, что в их возможности помочь ему заполучить Эстер. Вот еще что… Откреститься от спутника советую возможно позднее.

Не прощаясь, человек ушел.

Ивар сделал круг, прежде чем вернулся к машине. Он повторял про себя: «Свидетельствую свое почтение Планетному Гостю, вмешательство Диска лишило нас духовном поддержки братьев (Оясоо) и кооперативного идеалиста (Сангела). Отправляюсь проверить возможности Диска к переориентации и прозорливость Улыбки, который вывез меня из опасной зоны и способен заменить Диска. Уточню по каналу экстремального назначения. Тесьма. 7 июня».

Когда Ивар включил зажигание, задняя дверца распахнулась, тяжелое тело плюхнулось на сиденье. Голос Килпа срывался:

— Вы опоздали на семь минут! Немедля — к Яласто. От него на вокзал. После всего этого везите меня куда хотите, но на обратном пути позаботьтесь о супруге. Ей придется трудно, очень трудно.

Он едва не завыл.

…На звонок им открыли не сразу, только через три минуты на лестнице раздались осторожные шаги и низкий голос бухгалтера спросил:

— Кто так поздно?

— Ревизия, — насмешливо отозвался Роберт Килп.

Дверь распахнулась. Яласто стоял в прихожей, с плащом, переброшенным через руку. Другой рукой он держал высоко над собой канделябр с зажженной свечой. Бухгалтер наклонил голову, приглашая гостей в комнату. Уже войдя, Килп подозрительно осмотрелся, ткнул пальцем в сторону сложенного чемодана.

— В дорогу готовишься, дружище?

Яласто с тревогой взглянул на Йыги.

— Что это значит, Роби? Ты допрашиваешь меня?

— А если бы и так! — вскипел Килп. — Да тебя после всего случившегося на немецкой растяжке надо допрашивать!

Выслушав обо всем, что произошло неподалеку от Выру, бухгалтер начал пространно объяснять предысторию готовившегося выступления Яана Роотса.

— Так дело не пойдет, — решительно оборвал его Килп.

— Все это я знаю не хуже тебя. И ты, и Вессарт подтвердили в последнем донесении, что Оясоо готовы стать рядом с Роотсом. Какого лешего ты сунулся к ним? — Судорога перекосила его лицо, и он взвизгнул: — Да, да, какого лешего?!

— Я и не думал к ним обращаться, — недоумевал Яласто. — У меня была возможность передать Яану Роотсу весточку, и я посоветовал ему застраховаться от колебаний братьев. Йыги, да разве не от вас исходила информация об их метаниях?

— От меня? — Ивар захохотал. — Ну, и номера вы выдаете, бухгалтер Яласто. Вы же сами послали меня под Ряпина почти накануне решающих событий!

— Возможно, я спутал… Может быть, Вессарт…

— А может быть, Борис Кумм тебе подсказал эту уловку? — рявкнул Килп. — Выкладывай, чего уж там…

Яласто схватил со стола очки, надел их, вгляделся в Килпа.

— Роби, тебе нездоровится… Кто тебе наплел все это?

Килп махал перед его лицом пальцем:

— Факты против тебя на сей раз! Оттолкнув Оясоо, Роотс попал в западню, и не было заслона, и не было тыла.

— Но не мой же совет…

— Твой, именно твой! — заорал Килп. — Не раскрывай больше глотку, если у тебя нет фактов, или я просто впущу в нее пулю и на том разойдемся.

Яласто сел за стол, в лице его появилась сосредоточенность.

— В чем ты еще меня обвиняешь?

— Ты удивительно точно умеешь наводить на нас хвосты. Чем тебе помешала старая Линда?

— Ты же не младенец, Роберт! — Яласто искоса взглянул на Йыги. — Оказывается, она помнит и наши вальпургиевы ночи, и, к сожалению, меня.

— Разве тебе мало было переправить ее в деревню? Кажется, я распорядился точно. «Переселить», а не «перевести в святую обитель»!

Под жгучим взглядом Килпа бухгалтер испытывал беспокойство.

— Считай, Роберт, — он жалко улыбнулся, — я немного застраховал себя.

— И вызвал огонь на всех нас! — Килп сжал пальцы в кулаки. — Идиот, свое скудоумие ты нажил с девками в Париже, а кто тебя рекомендовал разведке? Может, когда ты явился в мою лавку, вопреки всем запретам Планетного, ты уже тогда тащил за собой хвост?

— Ты забыл, Роберт, информация не могла пролежать у меня и ночь: одна за другой проваливались группы Пресса, Пихо, Вихму… Суди нас, боже, не за мелкие прегрешения наши…

— Давай о крупных! — Килп говорил жестко, лицо его выражало свирепость. — Что ты выудил у Кооператора?

Яласто задумчиво смотрел на партнера.

— А что, Роби, у тебя не было ни одного прокола доселе?

— Ты хочешь сказать, — Килп чуть на задохнулся от негодования, — что уже сидящую на крючке рыбу ты выпустил в озеро?

— Улыбка, — мягко, почти просительно обратился к Йыги бухгалтер, — поясните моему коллеге неточность его формулировки.

Ивар сконфуженно улыбнулся.

— Мне очень жаль, бухгалтер, но я не хотел бы, чтобы мои донесения за океан вы перечеркивали одним неуклюжим шагом. Я получил у Сангела весь цифровой материал по сельской кооперации, кое-какие планы их ЦК по застройке островов и даже фотоматериал. Не вы ли отобрали у меня эту рыбку на крючке?

Яласто ударил кулаком по столу.

— Все это пахнет провокацией, Килп.

Маска добродушия слетела с лица Ивара, оно вытянулось и превратилось в ехидну, готовую укусить.

— Провокацией? — переспросил он. — Но с чьей стороны? Да Сангел же идейный недоброжелатель обидевшей его власти, а вы… вы… Кто вас дернул сболтнуть, что вы сделаете его непревзойденным соперником всех женихов Эстер Тийвел? Он понял, что вы несерьезный человек, Яласто. А он, имейте в виду, варил всю жизнь бизнес с людьми серьезными.

Килп обошел стол, положил свою тяжелую руку на плечо Яласто:

— Ты говорил с ним о Тийвел? Отвечай!

— Говорил, а что с того? — дернулся бухгалтер. — Не такой уж он аристократ и бессребреник, каким его изображает Йыги. Борец за идею, как же! Сытая, хитрая и самовлюбленная поросятина!

— Так вот, — припечатал Килп. — У меня тоже бывали проколы. Но не десяток за неделю. Роотс, Оясоо, Кооператор, а до этого уборщица, — начал он перечислять и сорвался, перешел на бешеный шепот. — Безмозглый перестраховщик, труха! Шкуру свою хотел спасать, перевербовку затеял?

— Эти шуточки ты оставь, — Яласто сбросил с себя руку Килпа. — Чужой грех мне не шей!

Шепот Килпа принял драматический оттенок:

— Вот как? Чужой грех? А кто писал об остатке людей Роотса за три дня до его разгрома? Кто?

Яласто потер лоб, напряженно вспоминал:

— Что-то в этом роде я написал… Для Альвине или Йыги… Речь шла о переводе их на Сааремаа… Да. Но имелись в виду остатки других групп… Одиночки, шатающиеся по лесу… — Он встретился взглядом с Килпом. — Ты что, вообще не веришь мне? Столько лет…

Килпа затрясло, он хотел что-то сказать и вдруг пошел к двери, обернулся.

— Цианистый калий