Отряд бессмертных - Александр Тамоников

– Но почему ты следовал за нами?

– Я же сказал, что исполнял приказ государя всея Руси.

– Значит, он, отправляя нас к Бабаеву, не имел полного доверия ко мне и моим людям?

– Если бы царь не доверял тебе и твоим воинам, то сидел бы ты на Москве, а не был бы здесь. Иван Васильевич хотел моими глазами увидеть, как исполняется его задание. Скажу честно, твой отряд сделал больше того, на что рассчитывал государь. Я был восхищен твоим решением преследовать мурзу и на ханских землях. Ты все верно рассчитал, в итоге Захир у тебя. Отряд сделал большое дело. Об этом, если пожелает, тебе скажет и сам царь.

– Почему ты объявился, коли имел приказ следить за отрядом?

– А потому, что ханша под давлением крымского посла решила любыми способами перехватить твою дружину и уничтожить ее вместе с мурзой. Этим она убила бы двух зайцев сразу. Исполнила бы требование Крыма, и Захир, разумеется, совершенно случайно погиб бы вместе с твоим отрядом. Тем самым Сююмбике на какое-то время сохранила бы трон себе и своему сыну Утямышу. Что было бы далее, это уже нас не касается. Важно то, что ханша уговорила Кадим-бека направить в погоню за тобой отборную сотню Чуака, которая будет действовать вместе с отрядом Хазытура. Этот человек тоже служит Кадим-беку.

– И как эта татарская рать собирается выйти на нас? – поинтересовался княжич.

– Твоя дружина разгромила сторожевой отряд Исмаила. Ты рассчитывал, что его не скоро хватятся, однако на следующий день начальник другого отряда Хусаин выслал к Исмаилу гонца, и тот нашел следы боя. Хусаин тут же сообщил об этом Усману. Они послали гонцов к Чуаку, который со своей сотней и отрядом Хазытура шел южнее. Татарам стало ясно, что ты решил укрыться в Белозерске. Допустить этого Чуак не мог. Он знал, что крепость ему не взять, однако направил рать в сторону Белозерска. Скоро она должна выйти к полянам, где ты наверняка собрался устроить ночной привал. Я понял это и поспешил в Белозерск, к тамошнему воеводе князю Василию Михайловичу Филатову. Он направил к полянам две сотни из четырех, имеющихся в крепости. Их ведет Ярослав Градов, человек боевой, опытный. Думаю, что они уже где-то рядом. Как, впрочем, и орда Чуака.

– Значит, нам надо идти прямиком к Белозерску?

– Погоди, княжич. Есть другое соображение.

– Какое?

– Твоему отряду следует показаться татарам, дабы они вывели на тебя свою рать. Уже потом на них обрушатся сотни воеводы Ярослава Градова.

– А что, без такого вот показа дружины Градова не разобьют рать Чуака?

– Ты же знаешь, как хитры казанцы. Они не выведут на поляну все свои силы, покуда не будут видеть цель, не убедятся в том, что пред ними та самая русская дружина, которая захватила мурзу. Татары распределятся по опушкам малыми отрядами и будут ждать. Незамеченным подход дружины Градова для Чуака не останется. Он увидит угрозу своему войску и отойдет. Я не знаю, что предпримет Чуак, но уверен в том, что он не вернется в Казань ни с чем. Его отряды по численности почти равны нашей рати. Они могут нанести удар где угодно, тем более что места отсюда и до крепости вполне подходят для этого. Твой отряд, даже прикрытый силами воеводы Градова, не будет в безопасности. Татары подберут время и место, где смогут отвлечь основные силы и навалиться на тебя. В общем, без уничтожения сотни Чуака и отряда Хазытура рассчитывать на успешное завершение твоего похода особо не приходится. Противник силен и коварен. Посему надо выманить его на поляну. А сделать это может только твой отряд.

Княжич потеребил короткую бородку и спросил:

– А зачем этому Чуаку высылать на мой отряд всю свою рать? Почему не отправить одного Хазытура?

– Если он так и сделает, то все равно будет держать всю свою сотню недалече. Ему ведь известно, что мурза потерял в схватках с тобой едва ли не сотню воинов. Он знает, что в такой поход Москва пошлет не обычную дружину, а только особую, способную вести бой с численно превосходящими силами противника и уничтожать их.

– Конечно, это льстит мне. Судя по всему, я должен подчиниться.

– Приказать тебе я не могу, у нас равные права, но мыслю, что ты сам примешь верное решение и продолжишь путь к полянам.

Княжич кивнул и сказал:

– Пусть будет так. Но мне надо предупредить об этом воинов и освобожденных полоняников.

– Это можно сделать и в движении. Заодно мы с тобой обдумаем, как будет действовать твой отряд на поляне.

– Ну что ж. Ты пойдешь с нами?

– Да, но у полян уйду к воеводе Градову. Он должен встать в двух верстах от них, там, куда не доберется разведка Чуака. Воеводу на мякине не проведешь. Ему надо было знать, как будешь действовать ты. Об этом мы с тобой договоримся.

– Добро, – сказал княжич и отдал команду: – Баймак, Агиш, продолжаем движение до поляны. Вперед!

Служивые татары слышали весь этот разговор. Они без лишних слов вскочил на коней и пошли ранее выбранной тропой.

Савельев поднял отряд, и тот двинулся следом за головным дозором.

Сотня Кадыра Чуака и отряд Ахада Хазытура подошли к полянам, когда солнце приближалось к зениту.

Чуак остановил рать в сотне саженей от кромки леса и сказал Хазытуру, ехавшему рядом:

– Давай спешимся и пройдем к передовому дозору. Я запретил ему выходить на поляны, велел лишь смотреть за ними.

– Как знаешь, Кадыр. Ты здесь начальник.

– Не скромничай, мы оба начальники. Мне дано только временное главенство над объединенной ратью.

– Да, идем.

Они дошли до дозорных, которые прятались в кустах недалеко от первой, южной поляны. Ложиться не стали, встали за деревьями.

Потом Чуак спросил старшего дозорного:

– Что тут, Мохаммад?

– Как видишь, господин, все тихо, никого нет. Надо бы в лес пройти. Северная поляна лучше подходит для привала неверных.

– Ее и отсюда видно, – ответил осторожный Чуак. – Отряд с освобожденными невольниками и обозом мы разглядим и с этого места. Сразу узнаем, где и как русские встанут на привал.

– Я все хотел спросить тебя, Кадыр, почему ты решил, что они отклонятся от пути, выбранного ранее, и пойдут именно сюда? – спросил Хазытур.

– Разве я не объяснял тебе?

– Нет. Да я и не спрашивал.

– Хорошо, слушай. Русские идут слишком быстро, оттого устают. Им нужно безопасное место для отдыха. В округе такие есть, но мало. Еще следует учесть, что русский воевода не может быть уверен, что за ним нет погони. Но он мог узнать лишь о сторожевых отрядах Усмана и Хусаина. В удобных для привала местах, расположенных на прежнем пути, сложно организовать оборону даже против двух десятков. Там и засаду подходящую не устроишь. А вот здесь, на северной поляне, этот воевода сможет дать отпор Усману и Хусаину. Да только вот беда для русского в том, что он ничего о нас не ведает.