Идите к черту: снова - Александр Пантелеймонов

— Куда прикажешь сажать пленных? — чувствовалось недовольство в хозяйственном замечании Мелара, спустившегося с парапета. Видимо, он в первую очередь решил осмотреть внутренности корабля.

— Разве вы их еще не освободили? Они должны лететь на своем судне.

— Да не этих. Священники и те, кто их слушал, последнее время не очень довольны ситуацией, — подарки не прекращали сыпаться. — Без их наставлений наш инквизитор совсем поменялась, — вот уж чего не заметил. Но на его лице заиграли совсем другие эмоции. Кто знает, что за секреты они там обсудили.

— Я что-то пропустил? — как человек, недавно отвесивший мне отцовский пендаль, старый командир лишь поморщился и тоже повел плечами.

В этот раз моя паранойя отличилась завидной скромностью, позволив продолжить подготовку посадочных сидений. Под моим присмотром их занесли на выстеленный средний этаж, под которым разгоралась бурная сортировка припасов и установка перекрытий. Набравшиеся при постройке башен опыта умельцы лихо приноровились вставлять прутья в пазы и вешать на них отделку. Тем же методом была обработана внешняя оболочка, утепленная подобием пенопласта.

— Нам придется отложить наше путешествие, — исчезнувший после моего утреннего променада кот объявился с потрясающей новостью. Я не верил, что все пройдет гладко. Боялся отказавших пропеллеров, чьей-нибудь истерики, как и своих сдавших нервов. Да еще батареи как назло не спешили пополнять заряд. И вот оно наказание.

— Выкладывай! — заорал я на лазутчика, под давлением нарастающего раздражения.

— Джита сейчас работает над этой проблемой и… — схватив его за шкирку, я помчался к свалке, подумав о случайной травме при попытке завести вертолет. — Нам в другую сторону, — все будто сговорились и безразличная, не живая морда пушистого гада ничего не говорила. — Вы главное не беспокойтесь, все под контролем, — когда такое вообще было? — Алия в безопасности.

— Что с ней? — сердце, будь оно у меня, екнуло, предчувствуя неладное.

— Она беременна.

Глава 26

На грани

Обстановка внутри деревянного короба, куда проследовал хвостатый, отдавала сюрреализмом. Лориан, Милли и Джита молча склонились над спящей красной с капельницей. Пока троица наблюдала за ручным сканером, какой-то прибор едва слышно жужжал в углу, на столе. Там же лежала созданная для Алии огнестойкая материя. Комната смотрелась скудновато, но чисто. Широкая кровать у дальней стены, ящик вместо сундука, крючки у входа и шкура на полу.

— А-а, — кроткое, протяжное удивление привратниц окликнуло важных особ, и я оказался под вниманием подозрения, разочарования и испуга.

Запущенное корыто с водой моментально прервало немую сцену, выпроводив меня из спальни. Одна из услужниц выскочила следом, украдкой подобрав лоток. И скрылась с ним, миновав пятерых встрепенувшихся молодчиков инквизиторской стражи. Тут же передо мной выплыло суровое лицо жены Олафа. Она холодно оглядела беспомощных охранников и, выдохнув, захлопнула дверь. Суровая баба. Как граф с ней уживался?

— Э-э ы, — из подворотни угрожающе вывалился Пекур и принялся толкаться. Положение подруги быстро привело его в чувство. Что бы он ни перенес, многим внезапное отцовство срывало башню. А сказать без языка, что его беспокоило сейчас, у него не получалось. По мокрым глазам казалось, ему самому становилось горько от положения беспомощной сторожевой собаки. И мне оставалось лишь подыграть ему и отойти подальше.

Шуметь, кроме нас с ухажёром, в огромном подземном шоссейном пролете было некому. Все, кто мог, занимались погрузкой и обустройством гигантского вертолета. Возня в кибитках не выходила за их пределы. Так что мы ненадолго стали объектом созерцания для детворы и стариков, выглядывающих из-за укрытий. В момент затишья в стенах коморки раздался гул женской дележки сомнениями, отвлекая нападающего.

Не знаю, что конкретно говорят врачи беременным, но перелет на ненадежном ведре я бы и сам не рекомендовал. Конечно, какие-то преимущества моей биологии у нее были. Как я надеялся, это касалось только внешних изменений и не задело появившегося зародыша. Хотя возможность принять участие в зачатии, при очевидном бесплодии, воодушевляла. Наверняка Джита выяснит этот нюанс, так что мне тут делать нечего.

— Ройки! Ройки! — раздался крик служанки. Молодая девка с лоханкой бежала по проулкам, когда я собрался вылететь из этого гнезда. — Там, под камнями, — задыхаясь, она указала на обломки прилегающих коридоров шагнувшему навстречу воину.

— Откуда им здесь взяться? — в голосе чувствовалось недоверие к паникерше, но, заметив мое возвращение, он поменял пренебрежение на заинтересованность: — Ладно, показывай, — еще один солдат присоединился к ним.

Остановившись недалеко от заброшенной деревянной лестницы возле завала, стража насторожилась. Через минуту ожиданий даже мне удалось расслышать глухое постукивание. Разогнав всех, я постарался своими корнями бесшумно расчистить путь к источнику звука. Валуны, постепенно превращенные в щебень, гарантировали обвал внизу, с противоположной стороны. Так и произошло, когда масса просела, высыпавшись на неизвестных.

Наличие туннеля метро или целой станции весьма вероятно рядом с торговым центром и парковками. С учетом погребения первых этажей, мои защитные рвы впритирку доходили до прежнего уровня земли. А значит, кто-то, имеющий доступ к более глубоким проходам, пробирался сюда. И ориентиром, скорее всего, был ручей, текущий под кусок бетона. Будет неприятно обнаружить там готовый к нападению отряд.

Немного погодя шуршание продолжилось. Кто бы там ни копался, соваться туда и получить по голове мне не хотелось. Поэтому я предпочел дождаться гостей, спрятавшись за край, пригрозив остальным не подходить. Вскоре пробились лучи света, и шум гребли прекратился, сменившись ударами металла о камень. Донеслось чье-то бормотание и пыхтение, а затем высунулась чумазая голова.

— О-у! — схваченный за волосы, взвыл от неожиданности и замахал руками, оставив кирку воткнутой. На поясе висел меч, но я сдернул с него штаны и выкинул все причиндалы. Вытаращившись, чумазая физиономия со злобным оскалом повисла в воздухе. Получив свой кляп из собственного тряпья, его боевой дух быстро осел, и проявилась беззвучная паника. Несложно принять такого за пацана, если бы не густая борода с проседью. Карлик?

— Крил? Ты скоро? Кидай веревку, — чей-то шепот снизу окликнул приятеля. Обшарив брошенное снаряжение, я вытащил моток и связал первого, спуская конец второму. Следующего постигла та же участь. Он был моложе, стройнее и значительно выше. Оба отправились под надзор охраны. А я спустился проверить чужое присутствие и закрыть обнаруженный лаз.

Шахта вывела меня к трухлявым железнодорожным путям, идущим не иначе как к