Чорный переворот - Алексей Птица

Постепенно здание наполнялось звуками. Сверху зашумели, потом донесся скрежет передвигаемой мебели: видимо принесли недостающие стулья. Немного погодя послышался многоголосый гомон, присущий большому сборищу людей. Я дождался, пока шум наверху немного стихнет, и потихоньку развязал первый мешок. Сыпанув туда порошок, кратковременно снижающий активность змей, я аккуратно, по одной доставал их и капал на нос маслом, от которого они приходят в бешенство. Затем отправлял наверх по верёвке. Занятие это оказалось очень муторное и времени поначалу отнимало много. Впрочем, с каждой новой змеёй я проделывал все эти манипуляции всё легче и быстрее.

Минут через десять все змеи уже ползли по верёвкам. Некоторые, правда, срывались вниз, и я с большими предосторожностями снова направлял их обратно. В общем, вскоре с грехом пополам моё змеиное воинство всё же устремилось на выполнение поставленной им задачи и, судя по громким крикам сверху, хорошо с ней справилось.

Услышав первые вопли, я дёрнул за подведённую в подвал леску, освободив томящихся в вентиляции гадюк. Ор в зале усилился, и раздался топот ринувшихся оттуда людей. Пришло время сматываться и мне! Пусть теперь ищут ветер в поле!

Выпучив глаза и изображая обезумевшего от страха человека (хотя большинству явно было не до меня), я воспользовался суматохой и выскочил из здания. Оставалось только дождаться информации об итогах мой проделки и принять дополнительные меры. Думаю, завтра всё и узнаю.

Ожидания меня не обманули! Новости о змеиной атаке и её последствиях мгновенно разлетелись по всему городу. Мысль о том, что это могла быть спланированная акция, никому и в голову не пришла. В результате своего трюка я вывел из строя почти две трети лидеров повстанцев и местных вождей! Легко отделалась лишь четвертая часть из всех присутствовавших в зале заседаний. Да и то не факт, что все укушенные выживут.

А вот Афеверке остался жив! Его отвезли в дом местного богатея и оставили под присмотром единственного местного врача. Необходимо было принять решение: возиться ли с ним дальше или помочь уйти к духам Африки?

Принять окончательное решение помог случай: в Накфу всё-таки добрался выживший при нападении дозорный. По городу поползли новые слухи, в которых всё чаще мелькало слово «диверсанты», и я решил уйти. Пусть они тут сами разбираются и ищут тех, кто расстрелял местных повстанцев.

Напоследок мне захотелось повторить свою проделку: набрать ещё змей и натравить их. Но я в этом не преуспел, ползучих гадов в округе почти и не осталось. Выжившие попрятались, остальные пошли на «шнурки»… Не став больше ничего предпринимать, мы в тот же день уехали, прикупив на местном базаре старый пикап и пару канистр с бензином к нему.

На пикапе мы проехали столько, насколько хватило бака и одной канистры. В следующей канистре бензин оказался только сверху, а под ним плескалась обычная вода. Ну, или ослиная моча, если по канону. Пикап заглох, и никакой возможности его реанимировать не было: едва я заглянул в двигатель, сразу понял, что ехал он почти на честном слове. Так что нам ещё очень сильно повезло. Пришлось дальше идти пешком, благо вещей с собой особо не имелось, кроме оружия.

Мы пошли вдоль дороги и где-то через сутки добрались до населённого пункта, достаточно удалённого от Накфы. Там мы купили верблюдов и дальше уже поехали чуть быстрее. Но всё же не так быстро, как если бы ехали на машине. Однако машин в той деревне попросту не оказалось.

Добравшись до небольшого городка, лежащего на пути в Асмэру, мы остановились в какой-то кафешке пообедать. И вот тут-то нас настигла неожиданная новость: оказывается, пока мы занимались ликвидацией эритрейских сепаратистов, Эфиопия подверглась внезапной интервенции!

— Французы осадили столицу!

«Вот те раз!» — мысленно воскликнул я и, подойдя к этому человеку, спросил:

— Какие ещё французы? Этого не может быть! Откуда они взялись? Кто вам сказал?

— Может, может, — покачал головой посетитель кафе. — Я не просто слышал, а точно знаю! Мой брат работает на телеграфе. Из Аддис-Абебы пришла телеграмма, что на поезде из Джибути едут войска французов. Поезд остановили передовые отряды генерала Бульто, завязался бой, после которого эфиопы отступили и теперь обороняют столицу.

— Не успел, — вслух обронил я и поморщился.

Оснований не доверять этому эритрейцу у меня не было. Так оно видно и было: получив паническую телеграмму, он тут же побежал в кафе, чтобы растрезвонить об этом всем посетителям. Рядом с нами как-то незаметно уже собралась толпа из желающих узнать подробности. А тот и рад стараться, в красках расписывая, как его брат получил телеграмму, как прочитал, как испугался, как… Понимая, что ничего нового всё равно не узнаю, я потихоньку выбрался оттуда. Следовало сменить маршрут и возвращаться не в Асмэру, а в Аддис-Абебу.

— Так, парни, уходим! Нам пора в столицу и побыстрее.

Разумеется, никакой машины для быстрого перемещения у нас в наличии не было. Поэтому пришлось воспользоваться первой попавшейся. И плевать, что принадлежала она местной администрации! Мы нагло украли её прямо напротив входа в здание. Теперь главное — это скорость!

В это время Саид сидел с капитаном Негашем и думал думу горькую. Нежданно-негаданно на их головы свалились неприятности, появление которых никто не предусмотрел. А Мамба так некстати исчез в Эритрее! Что теперь делать, они не знали. Ведь когда не знаешь, лучше ничего не делать. Или делать то, что хорошо умеешь. И они просто решили заняться усиленной подготовкой своих бойцов к бою, ожидая, когда же, наконец, вернётся Мамба.

* * *

Жак Монтегю — бригадный генерал пятой республики прилетел на военную базу в Джибути в самом приподнятом настроении. Перед ним открывались удивительные перспективы, да и само назначение казалось ему весьма авантюрным.

Получив подробные инструкции, Жак подошёл к задаче со всей ответственностью. Ещё бы! Ведь в случае удачного завершения операции он мог надеяться не только на серьёзное повышение по службе, но и на вступление в элитарный клуб.

Прибыв в Джибути, он первым делом переговорил с командиром базы полковником Жераром Гепардом. До этого они не знали друг друга лично, лишь видели имена в списках. А раз не знали, то что мешает им исправить ситуацию? Ведь всем французам давно известно: ничего не сближает людей лучше, чем рюмка французского коньяка! На этот раз это был «барон Легранд» 1960 года.

Охлаждённая до нужной температуры бутылка с напитком гордо возвышалась над блюдами французской кухни. Полковник расщедрился и предоставил своему