Заря империи - Сэм Барон

* * *

Те же самые недели пронеслись еще быстрее для Треллы, поставившей, кроме всего прочего, перед собой задачу, которую она не могла выполнять в открытую. Это началось после того, как они перебрались в дом Дриго. Покончив с утренними обязанностями, Трелла проводила два или три часа, гуляя по деревне. Ее всегда сопровождал стражник. Она надевала старую одежду, которую носила в доме Никара, и разговаривала с женщинами на рынке, помогала стирать на реке, даже посещала женщин, которые работали в поле или на строительстве стены.

Но не только посещала. Она сама трудилась на строительстве стены не менее напряженно, чем мужчина, хотя редко оставалась там дольше нескольких часов. Она носила камни и кирпичи или копала ямы вместе с другими женщинами. Когда Корио впервые заметил ее за работой, то попытался остановить. Однако она сказала, что и так делает мало по сравнению с другими женщинами.

Вначале группы любопытных женщин собирались везде, куда бы она ни пошла. Они хотели с ней поговорить и давали советы. Через неделю ее стала сопровождать жена Бантора, Аннок-сур.

Это была некрасивая, но практичная женщина на несколько лет младше Эсккара. У Аннок-сур были навыки и опыт, необходимые для управления большим хозяйством. Вдвоем они вскоре превратили бывший дом Дриго не только в дом для Эсккара и его воинов, но и в центр подготовки обороны Орака.

Они вместе давали слугам задания на день и установили определенный распорядок дня. И вскоре хозяйство уже крутилось, словно само по себе. Несмотря на разницу в возрасте, они стали подругами.

Трелла сидела за небольшим столиком в комнате, а Аннок-сур расчесывала ей волосы. Ни одна из них не считала странным, что свободная женщина расчесывает волосы рабыне.

— Госпожа Трелла, твои прогулки по деревне стали самым главным событием дня для многих жителей, — сказала Аннок-сур тихим голосом, которым привыкла говорить, хотя в эти минуты они были одни на втором этаже. — Они прекращают свои дела и ждут, когда ты пройдешь мимо, и огорчаются, если ты выбираешь другую улицу.

— Мне нравится встречаться с людьми, Аннок-сур. Я многое от них узнаю об Ораке.

— Возможно, ты учишь их больше, чем понимаешь сама. Столько людей просят твоего совета или помощи! И ты многим даешь медные монетки. Почему ты такая щедрая ко всем?

Трелла ответила вопросом на вопрос:

— Ты давно замужем за Бантором. Это трудная жизнь — быть женой солдата, не правда ли?

— Очень трудная, госпожа. Мои первые два ребенка умерли, один сразу же, как только родился, а второй через несколько месяцев. Выжила только Нингаль, моя дочь, — она вздохнула. — Бантор — хороший человек, он много работает, но иногда туго соображает. Пока Эсккар не повысил его, у нас почти ничего не было, и не было надежды на улучшение. Мне приходилось делать много неприятных вещей, чтобы помочь Бантору и Нингаль выжить.

“Лучше не произносить некоторые слова вслух”, — подумала Трелла.

— Но теперь жизнь стала лучше, не правда ли?

— Да, пока. Но после того, как мы отразим атаку варваров, боюсь, что снова наступят трудные времена.

— Ты уверена, что мы их отразим?

— Нет, конечно, нет. Я знаю, насколько они сильны. Но если наши мужчины проиграют, все это уже не будет иметь значения. Если нас не убьют сразу же, мы с тобой станем рабынями в шатре какого-нибудь воина, нас будут насиловать и бить по его желанию. Нет, больше всего я боюсь состариться, имея лишь солдатское жалованье. У Нингаль не будет приданого, и она не сможет найти хорошего мужа. С тех пор, как Эсккар стал командиром, кажется, что будущее моего мужа благословлено богами. Бантор — очень верный и преданный человек. Мы оба помним, что для него сделал Эсккар.

Трелла взяла расческу из рук Аннук-сур и повернулась к ней:

— Я тоже солдатская женщина. И я боюсь того же, что и ты, Аннук-сур, того, что после поражения варваров все вернется к прошлому. Сейчас Эсккар силен, но когда Ораку больше не будет ничего угрожать, высшему сословию, возможно, не нужен будет такой сильный начальник стражи. Вероятно, им не потребуется и столько солдат, в особенности тех, которых они не вырастили сами.

— Значит, вот почему ты ходишь по деревне? Ты завоевываешь дружбу людей? Их дружбы будет недостаточно для защиты твоего хозяина.

— Я хочу гораздо большего от жителей деревни. И ты можешь мне очень помочь, если захочешь. Такая помощь не будет забыта, Аннук-сур.

— Я с радостью помогу тебе, Трелла. Ты не вечно будешь рабыней. Все это знают. Нет, ты будешь важной дамой в Ораке, а Эсккар заложит великий Дом. А с ним может подняться и Бантор.

— В таком случае нужно многое сделать, чтобы обеспечить это будущее. Мы должны заручиться поддержкой людей после победы над варварами. Жители деревни должны связывать свое будущее с будущим Эсккара; нужно, чтобы никто представить не мог это будущее без него. К старому не должно быть возврата.

— А ты знаешь, как этого добиться? Представителям высшего сословия такое не понравится.

— Нет, не понравится. На самом деле будет очень опасно.

Трелла ничего больше не сказала, просто ждала, пока Аннук-сур думала.

— Я не хочу возврата к старому. Объясни, что я могу сделать, чтобы тебе помочь.

Трелла заговорила. А когда она закончила, старшая женщина сжала ее руку своей.

— Это можно сделать, Трелла. Мы можем этого добиться. Я сделаю все, что нужно.

— Помоги мне, Аннук-сур, и у тебя когда-нибудь будет своей огромный Дом. Я обещаю.