Сальватор. Том 2 - Александр Дюма

– Сударь! – отвечал незнакомец. – Не мне вам объяснять, что, чем бы все это для вас ни кончилось, – он подчеркнул эти слова, – свидетели нам не нужны.

Эти слова, а в особенности тон, которым они были произнесены, заставили г-на Жакаля вздрогнуть. Что хорошего можно ждать от приключения, когда люди пытаются отделаться от свидетелей? Сколько опасных преступников казнили на его памяти ночью, за городом, в придорожной канаве, за городской стеной, в лесу, без свидетелей?!

– Ну, раз уж приходится расстаться, мой мальчик, вот тебе моя рука!

Кучер поцеловал г-ну Жакалю руку и сказал:

– Не будет ли с моей стороны нескромностью напомнить вам, сударь, что завтра истекает мой срок?

– Ах ты дурак! Вот что тебя беспокоит в такую минуту?

Господа! Позвольте мне снять повязку и за все с ним рассчитаться!

– Не нужно, сударь! – остановил его незнакомец. – Я за вас расплачусь.

– Держи! – сказал он кучеру. – Вот тебе пять луидоров за месяц.

– Сударь! – возразил кучер. – Здесь тридцать франков лишних.

– Выпьешь за здоровье хозяина, – послышался уже знакомый г-ну Жакалю насмешливый голос.

– Ну довольно! – произнес сосед г-на Жакаля. – Закрывайте дверцу, едем дальше.

Дверца захлопнулась, и карета снова стремительно покатила вперед.

Мы не станем продолжать рассказ о дорожных впечатлениях г-на Жакаля об этом ночном путешествии.

С каким бы вопросом он теперь ни обращался к своему спутнику, тот отвечал с неизменным лаконизмом, столь пугающим, что полицейский предпочел молчать. Но ему чудились призраки, они все теснее обступали его со всех сторон. И чем быстрее неслась карета, тем его охватывал все больший ужас. Через полчаса бешеной скачки его спутник сказал:

– Вот мы и прибыли.

Карета остановилась. Но, к великому удивлению г-на Жакаля, дверцу никто не открывал.

– Вы, кажется, сказали, сударь, что мы приехали? – собравшись с духом, спросил г-н Жакаль у своего соседа.

– Да, – ответил тот.

– Почему же не открывают дверь?

– Потому что еще не пришло время.

Господин Жакаль услышал, как с крыши снимают второй предмет, и, прислушавшись, утвердился в своем предположении, что это лестница.

Он не ошибся. Люди в масках, сменившие кучера на облучке, приставили лестницу к дому.

Она доставала до окна второго этажа.

Один из людей подошел к дверце и доложил по-немецки:

– Готово!

– Выходите, сударь, – пригласил спутник г-на Жакаля. – Вам подадут руку.

Господин Жакаль вышел без возражений.

Мнимый кучер взял его за руку, помог спуститься с подножки и подвел к лестнице.

Сосед г-на Жакаля вышел из кареты и последовал за ними.

Чтобы г-ну Жакалю не было одиноко, он положил ему руку на плечо.

Другой незнакомец уже влез наверх и алмазом вырезал стекло на уровне оконной задвижки.

Просунув руку в образовавшееся отверстие, он отпер окно.

После этого он подал знак товарищу, ждавшему внизу.

– Перед вами лестница, – сказал тот г-ну Жакалю. – Поднимайтесь!

Господин Жакаль не заставил повторять приглашение дважды. Он поднял ногу и встал на нижнюю перекладину.

– Считайте, что вы дважды мертвец, если хоть пикнете, – предупредил незнакомец.

Господин Жакаль кивнул в знак того, что все понял, а про себя подумал:

«Решается моя судьба: развязка близка».

Впрочем, это не помешало ему подняться по лестнице в полной тишине, да так ловко, словно у него не были завязаны глаза и дело происходило средь бела дня, – настолько для г-на Жакаля это было привычное занятие.

Он на всякий случай стал считать перекладины и насчитал их семнадцать, когда очутился на самом верху лестницы. Его ждал человек, отворивший окно: он любезно подставил руку и приказал:

– Перешагивайте!

Господин Жакаль и не думал возражать.

Он сделал, что было велено.

Следовавший за ним человек сделал то же.

Тогда тот, что шел впереди, – а его единственной целью было, как видно, проложить им путь и помочь г-ну Жакалю влезть наверх, – снова спустился и положил лестницу на крышу кареты. К своему величайшему ужасу, г-н Жакаль услышал, как лошади поскакали галопом прочь.

«Вот я оказался заперт, – подумал он. – Но где? Уж во всяком случае, не в погребе, раз мне пришлось подняться на семнадцать ступеней. Развязка все ближе».

Он обратился к спутнику с вопросом:

– Не будет ли с моей стороны нескромностью узнать, подошла ли наша прогулка к концу?

– Нет! – отозвался тот, кто, судя по голосу, сидел с ним в карете и, очевидно, решил быть его телохранителем.

– Долго ли нам еще предстоит путешествовать?

– Мы будем на месте примерно через три четверти часа.

– Так мы снова поедем в карете?

– Нет.

– Стало быть, нас ждет пешая прогулка?

– Вот именно!

«Ага! – подумал г-н Жакаль – Все окончательно запутывается Три четверти часа ходить в помещении, да еще во втором этаже! Как бы огромен и живописен ни был этот дом, такая долгая прогулка по нему может показаться утомительной. Это более чем странно! Куда же мы придем?»

В эту минуту г-ну Жакалю показалось, что сквозь повязку на глазах пробивается свет. Это натолкнуло его на мысль, что его товарищ снова зажег фонарь.

Он почувствовал, как кто-то взял его за руку.

– Идемте, – пригласил его проводник.

– Куда мы идем? – спросил г-н Жакаль.

– Вы очень любопытны, – заметил тот.

– Я, может быть, не так выразился, – спохватился начальник полиции. – Я хотел сказать: «Как мы пойдем?»

– Говорите тише, сударь! – послышался голос.

«Ого! Похоже, в доме кто-то живет», – предположил г-н Жакаль.

И он продолжал в том же тоне, что и его собеседник, то есть несколько тише, как ему и было приказано:

– Я хотел узнать, сударь, как мы пойдем, то есть по какой дороге. Предстоит ли нам еще подниматься или спускаться?

– Мы спустимся вниз.

– Хорошо. Если дело лишь в том, чтобы спуститься, давайте спустимся.

Господин Жакаль старался говорить в шутливом тоне, чтобы казаться хладнокровным. Однако на душе у него было неспокойно. Сердце его готово было вырваться из груди, и в темноте, обступавшей его со всех сторон, он с завистью думал о тех, кто путешествует свободно, в ярком свете безмятежной луны: per arnica silentia lunce, как сказал Вергилий.