Земля теней - Генри Райдер Хаггард

«Она явно в безопасности, и мне стоит ретироваться!» – подумал капитан Грейвз.

В этот самый момент Джоанна, кажется, почувствовала, что она не одна – во всяком случае, она быстро обернулась… и они с Грейвзом оказались лицом к лицу.

Девушка вздрогнула и покраснела – возможно, чуть более сильно, тем того требовали обстоятельства – ибо Джоанна не привыкла к неожиданным встречам с незнакомцами, явно принадлежащими к одному с ней классу. Капитан Грейвз не заметил ни первого, ни второго, поскольку, по правде говоря, был занят изучением внешности самой милой девушки, которую он когда-либо видел. Возможно, милой она казалась только ему; возможно, другие не оценили бы ее так высоко; возможно, чувства обманывали капитана Грейвза, и Джоанна не была красавицей в истинном смысле этого слова; возможно всё – но ни до того, ни после он не встречал равных ей, хоть и повидал множество женщин в самых разных уголках мира.

Она была довольно высока; фигура ее была изящна, без малейшей угловатости – и обещала оставаться такой и впредь. Руки были несколько длинны для ее роста, но переходили в красивые плечи и стройную шею; кисти рук были тонкими, прекрасной формы. Весь ее облик дышал энергией и здоровьем – впрочем, подобное – не редкость для английских девушек. Самым необычным показалось Грейвзу ее лицо – таким он и запомнил его. Дышащее юностью лицо девятнадцатилетней девушки, нежный изгиб губ, маленький, но решительный подбородок, безупречный овал, дуги бровей и сияющие под ними нежные карие глаза… Аккуратную маленькую головку увенчивали густые каштановые локоны, собранные сзади в простой узел.

Она была одета в простое белое платье с кожаным ремешком на талии, а осанка говорила о том врожденном изяществе, которое дарует одна лишь Мать-Природа. Наконец, в облике девушки сквозила некоторая утонченность, и Грейвз заметил ее, хотя по некоторым признакам и счел, что незнакомка не принадлежит к его кругу.

Такова была внешность Джоанны. Девушка была привлекательна, но все же Грейвза очаровала не только ее красота. В Джоанне скрывалось нечто новое для него, какая-то тайна одухотворяла ее черты – эту странную дымку он видел раз или два в произведениях искусства прошлого, но никогда доселе – в живых человеческих глазах. Джоанна казалась воплощением Психеи… до того, как Купидон поцеловал ее.

Объект его поисков уже стоял перед ним

Оставим Джоанну и обратимся на минуту к Генри Арчибальду Грейвзу – человеку, которому суждено было стать героем главного романа в жизни мисс Хейст.

Как и многие моряки, он был невысок, чуть выше самой Джоанны, и весьма крепкого сложения. Цвет лица капитан имел самый здоровый, хотя постоянное пребывание на открытом воздухе и частое посещение южных широт сделали его кожу бронзовой; его голубые глаза были острыми и проницательными, как и можно ожидать от того, кто днем и ночью наблюдал за морем в течение почти двадцати лет. Он был чисто выбрит. Черты лица у него были приятные, хотя и немного резкие – особенно это касалось носа и подбородка; его вряд ли можно было назвать красавцем – но это определенно был весьма привлекательный и благородный джентльмен. На первый взгляд, у него было лицо человека жесткого и сурового, однако при более тщательном изучении выяснилось бы, что это, скорее, лицо человека, привыкшего управлять своими эмоциями. Хранящее печать гордости, это лицо принадлежало человеку, привыкшему командовать и подчиняться командам, но при этом откровенному и открытому, что становилось особенно хорошо видно, когда Грейвз улыбался – тогда его лицо можно было назвать и красивым.

В течение нескольких мгновений эти двое стояли, глядя друг на друга и не произнося ни слова; удивление и восхищение в глазах незнакомца были настолько очевидны, что Джоанна покраснела еще сильнее.

Капитан Грейвз чувствовал, что ситуация довольно неловкая. Первым его побуждением было вежливо снять шляпу и откланяться, вторым – остаться и объясниться.

– Я прошу прощения! – пробормотал он, наконец, с почти комической застенчивостью. – Я увидел леди, стоявшую на вершине башни, когда проезжал мимо – и решил, что она могла попасть в беду.

Джоанна отвела взгляд, с ужасом чувствуя, что румянец и не думает слабеть. Внешность незнакомца ей очень понравилась; кроме того, девушка была польщена тем, что он принял ее за «леди». К тому же до сего момента ее безопасность не волновала никого, кроме, пожалуй, Сэмюэла Рока.

– Это очень мило с вашей стороны! – робко отвечала она. – Однако мне ничего не грозило – я спустилась без всякого труда.

Капитан Грейвз снова смолк. Он был смущен и озадачен. Голос у незнакомки оказался под стать внешности, глубоким и выразительным, однако в речи звучал легкий акцент, свойственный восточным графствам. Кем же она была?

– В таком случае я должен лишь извиниться за беспокойство, мисс… мисс…

– Я просто Джоанна Хейст из Брэдмута, сэр, – смущенно прервала она Грейвза, словно догадавшись о его сомнениях.

– Прекрасно! А я – капитан Грейвз из Рошема – там, наверху, вы же знаете. Брэдмут, он… я хотел сказать… то есть, спросить… хороший ли вид с этой башни?

– Думаю – да, но я отправилась туда не за этим. Понимаете, я хотела достать галчат. Для одного маленького мальчика в Брэдмуте, он сын священника.

– А! – лицо Грейвза озарилось, поскольку перед ним открылась прекрасная возможность продлить заинтересовавшее его знакомство. – Тогда, возможно, я смогу быть вам полезен! Полагаю, с галчатами я могу помочь.

С этими словами Грейвз отважно шагнул к башне.

– О, я не уверена, что это совершенно безопасно, сэр! – в некоторой тревоге сказала Джоанна, протягивая руку и пытаясь задержать Грейвза. – Прошу вас, не беспокойтесь из-за этого.

– Уверяю вас, это совершенно не проблема – мне нравится лазать. Видите ли, я к этому занятию привык. Однажды я даже забрался на вторую египетскую пирамиду, ту, что была вся в лесах – хотя, честно говоря, этот подвиг мне повторять не хотелось бы, – с веселым смехом сообщил Грейвз.

И прежде чем Джоанна смогла помешать ему, он уже поднимался по полуразрушенной лестнице.

Наверху Генри остановился и с некоторым сомнением осмотрел осыпающуюся стену. Затем он снял сюртук, бросил его вниз, а затем решительно закатал рукава рубашки, обнажив мощные предплечья.

– Прошу вас, не надо! – умоляла снизу Джоанна.

– Ну, уж теперь-то я не сдамся! – отвечал Генри.

Схватившись за выступающий камень рукой, он нащупал ногой наиболее устойчивый участок и начал восхождение по стене. Вскоре он достиг вершины и оказался в относительной безопасности, однако столкнулся с другой трудностью. Оконный проем, в котором пряталось гнездо галок, находился за углом и немного выше – с того места, где стоял Генри, добраться до него было невозможно. Тогда Грейвз наклонился и внимательно оглядел каменную кладку. Прямо рядом с ним росла очень мощная плеть дикого плюща, тянувшаяся вверх и разделявшаяся надвое примерно в пяти футах под гнездом. Генри знал, что доверять крепости плюща опасно, а еще опаснее – пытаться пробраться по нему за угол, но в данную минуту вопросы собственной безопасности (да и любые другие) волновали его в последнюю очередь – важнее всего было добраться до галчат, которые были так нужны этой деревенской красавице. Кроме того, Генри Грейвз был человеком, который не любит проигрывать.